Чтение онлайн

Из восьмидесяти восьми офицеров, старшин и рядовых, входивших в состав экипажа “Тэнга”, уцелели только пятнадцать человек, подобранных японскими судами.

Когда 29 августа 1945 года лагерь для военно-ценных в Омори, где содержались уцелевшие моряки с “Тэнга”, освободили американские вой-

|ска. они нашли здесь только девятерых из пятнадцати оставшихся в живых. Среди них были ка-итан О’Кэйн и лейтенант Флэнаган. О’Кэйн был уже награжден Почетной медалью Конгресса.

Он и раскрыл подлинную историю гибели 'Тэнга”. Лодка сама потопила себя своей последней торпедой. Из орудийного ствола торпеда вы-1_ла в полном порядке, но потом что-то испортилось в ее рулевом механизме, и, развернувшись, торпеда нацелилась на собственный корабль.

Билл Либолд оказался прав. Им следовало »ста вить свою последнюю торпеду в качестве сувенира.

СЛЕВА: Барьер между жизнью и смертью: герметичная дверь подводной лодки флота США.

ВНИЗУ: Кубрик для экипажа на подводной лодке США. В аварийной ситуации каждый должен точно знать, как действовать без промедления.

Странная история с Рудольфом Гессом

скоре после 10 часов вечера 10 мая 1941 года радиолокационная станция противовоздушной обороны на северо-восточном побережье Англии обнаружила неопознанный самолет, входящий в британское воздушное пространство. Два ночных истребителя “Дефиант” поднялись по тревоге с базы ВВС Великобритании в Престуике, чтобы перехватить вторгшийся самолет, но он мчался так быстро, что перехват не удался.

Загадочный самолет, “Мессершмитт-110”, пролетел над городом Килмарнок, что в двадцати пяти милях к югу от Глазго. Подлетев к морю, пилот повернул на юг и проследовал несколько миль над берегом, а потом снова направился в глубь страны. Затем он поднял самолет на 6500 футов и выпрыгнул с парашютом. Приземлился он возле деревни Иглсхэм и был сразу схвачен. “Мессершмитт” разбился рядом. Часы показывали 11.09.

Позже той же ночью подполковника авиации герцога Гамильтона, под надзором которого состояла оперативная часть в Тарнхаузе, близ Эдинбурга, разбудили поразительной новостью: немецкий пилот хочет встретиться с ним. В 1936 году герцог, ласково называемый коллегами по Королевским ВВС Дуг-ло, посетил Олимпийские игры в Берлине, где встречался с несколькими пилотами люфтваффе. Он запомнил их имена, но среди них не было Альфреда Хорна — так назвался человек, просивший встречи.

Дугло был заинтригован и вскоре выехал в тюрьму “Мэрихилл Баррэкс” в Глазго, где содержался заключенный. На следующий день он вернулся в Тарнхауз. Здесь его ждали два пилота из истребительной эскадрильи № 602, которой он раньше командовал, — капитаны авиации Джордж Чэтер и Сэнди Джонстоун; они заехали навестить бывшего командира и были уже навеселе. Взволнованный Дугло присоединился к их компании.

“Не сочтите меня сумасшедшим, — заявил он свои гостям, — но я думаю, что в Глазго — Рудольф Гесс”.

Рудольф Гесс — не кто иной, как заместитель Гитлера. Невероятно, но тем не менее это было гак. Официальный рапорт герцога Гамильтона о его встрече с Гессом звучит следующим образом:

ВВЕРХУ: Гесс усердно пыталс быть таким

же высокопарным, ка> его наставник.

ВВЕРХУ: *Мессершмитт-110'.

СЛЕВА: Обломки 'мессершмитта' Гесса.

ВНИЗУ СЛЕВА: Сел ьскохозя йсгвенный рабочий

Дэвид Маклин — человек,

задержавший Гесса, вместе с матерью, предложившей Гессу чашку чаю.

ХсоПа.

шт

Г-р,

1 "‘кгП*

«. |.и “ ",г Тн‘ *«**.-

Гг,*Л[«п г '««ь»

я?»

СПРАВА: Гесс и другие восторженно приветствуют Гитлера на съезде нацистской партии.

20

х|-1

]ВшкЗ

Пж' 'Д

\ 1

|'

НПП

Н

Щшт

ЛИНННгаЕ'-

шш

Л

“Я вошел в камеру в сопровождении следователя и офицера охраны. Заключенный, которого, насколько помню, я никогда прежде не видел, сразу же потребовал, чтобы мы говорили с ним один на один. Я попросил офицеров выйти, что они и сделали.

Немец начал разговор с того, что видел меня в Берлине на Олимпийских играх в 1936 году и что я был на завтраке в его доме. Он сказал: “Не уверен, узнаете ли вы меня, но я — Рудольф Гесс”. Он продолжал говорить о том, что прибыл с гуманной миссией и что фюрер не желает поражения Англии, а стремится прекратить боевые действия. Его друг Альбрехт Хаусхофер сказал ему, что я — именно тот англичанин, который, по его мнению, должен понять его (Гесса) точку зрения. Потом он хотел организовать со мной встречу в Лиссабоне. (Альбрехт Хаусхофер, интеллектуал и близкий друг Гесса, пытался переслать герцогу письмо через Лиссабон в сентябре 1940 года. Оно было перехвачено британской разведкой.)

Гесс рассказал, что не раз намеревался прилететь в Дангавел (поместье герцога Гамильтона), это уже четвертая его попытка; первая была в декабре. В трех предыдущих случаях он возвращался из-за плохой погоды. Он не счел нужным искать встречи в то время, когда Британия одерживала победы в Ливии, поскольку не хотел, чтобы его миссию интерпретировали как проявление слабости, но теперь, когда Германия добилась успеха в Северной Африке и в Греции, он с удовольствием прибыл...

По его словам, фюрер уверен, что Германия победит в войне, если не за один, то за два-три года. Но он хотел бы избежать напрасного кровопролития, которое в противном случае неминуемо.

На вопрос, не мог бы я встретиться с ведущими членами моей партии, чтобы обсудить проблемы, связанные с выдвинутыми предложениями о мире, я ответил, что здесь сейчас есть только одна партия. Тогда он заявил, что мог бы сообщить мне возможные условия заключения мира со стороны Гитлера. Во-первых, тот хотел добиться соглашения, на основании которого обе наши страны никогда снова не вступали бы в войну.

Я поинтересовался, что могло бы инициировать такое соглашение, и он ответил, что одно из условий, конечно, заключается в том, чтобы Британия отказалась от традиционной политики постоянного противодействия самой мощной силе в Европе. Я ответил, что если мы сейчас заключим мир, то через два года, несомненно, снова ввяжемся в войну. Он попытался возразить, на что я высказал свои соображения: если бы мирный договор был возможен, то это соглашение должно было быть заключено до начала войны, но поскольку Германия в то время, когда мы больше всего стремились сохранить мир, предпочла войну, я не питаю сейчас надежды на мирный договор... По фотографиям в прессе и описанию Гесса, данному Альбрехтом Хаусхо-фером, я полагаю, что это действительно был Гесс”.