Чтение онлайн

И все же фельдмаршалу Кессельрингу удалось задержать продвижение союзных войск и разоружить итальянскую армию. Союзники не сумели продвинуться дальше рубежа, находившегося в сотне миль от Рима. Только через восемь месяцев союзники овладели итальянской столицей. Затем их продвижение вновь было задержано еще на восемь месяцев, прежде чем они сумели выйти из горных районов полуострова на равнины Северной Италии.

И все же эта длительная задержка в достижении конечного успеха, который казался столь близким в сентябре 1943 года, компенсировалась общими благоприятными перспективами для союзников. Гитлер первоначально намеревался вывести свои войска из южных районов Италии и организовать оборону на севере страны. Однако неожиданный успех действий Кессельринга навел Гитлера на мысль перебросить, вопреки совету Роммеля, резервы на юг Италии, чтобы удерживать как можно большую территорию этой страны в течение длительного срока. Это решение лишило Гитлера резервов, которые вскоре ему потребовались для отражения удара русских с востока, а западных союзников — из Нормандии. Военные действия западных союзников в Италии отвлекали не больше 6-7% сил фашистской Германии. — Прим. ред

Союзные войска в Италии привлекли на себя б[ac]ольшую долю немецких резервов, чем на других фронтах. Более того, если на итальянском фронте немцы могли позволить себе уступить территорию с наименьшим риском, то попытка в равной мере оказывать сопротивление на всем протяжении своих фронтов создала для них все большую опасность окончательного поражения из-за перенапряжения сил. Это обстоятельство служило моральным подспорьем для союзных войск в Италии, надежда которых на быстрый успех долгое время терпела крах.

Следует заметить, что крупные операции никогда не предпринимаются в расчете на такую неудачу, которая в конечном итоге принесет успех. Человек по своей натуре не может искать пути к успеху через поражение. Проследим, что же произошло и как это могло случиться.

Первое серьезное разочарование союзники пережили в связи с тем, что долго не могли использовать благоприятную возможность после антивоенного переворота в Италии, в результате которого был свергнут Муссолини. Это случилось 25 июля, но прошло еще шесть недель, прежде чем союзники высадились в Италии. Задержка была вызвана политическими и военными соображениями. На конференции высших военных руководителей США и Англии, состоявшейся в конце мая в Вашингтоне, американцы возражали против высадки в Италии из Сицилии, если это помешает осуществлению планов вторжения в Нормандию и разгрома Японии на Тихом океане. Лишь 20 июля, когда итальянские войска в массовом порядке начали сдаваться союзникам, комитет начальников штабов США дал согласие на вторжение в Италию, однако время было упущено, чтобы быстро воспользоваться сложившейся там обстановкой.

Политическое требование "о безоговорочной капитуляции", сформулированное Рузвельтом и Черчиллем на конференции в Касабланке в январе 1943 года, также создало известные трудности. Новое правительство в Италии во главе с маршалом Бадольо, естественно рассчитывало на более благоприятные условия в переговорах с союзниками, однако выяснилось, что не так-то легко установить с ними контакт. Самым очевидным каналом связи были посланники США и Англии при Ватикане, однако этот канал связи оказался бесполезным прежде всего из-за политической близорукости официальных лиц. Бадольо писал: "Английский посланник сообщил нам, что к сожалению, имеющийся у него код устарел и известен немцам, а потому им нельзя воспользоваться для секретных переговоров итальянского правительства с правительством Англии. Временный поверенный в делах США в Ватикане заявил, что в его распоряжении совсем нет нужного кода". Таким образом, итальянцам пришлось ждать до середины августа, пока они нашли подходящий предлог отправить своего доверенного человека в Португалию, чтобы встретиться с представителями Англии и США. Однако и этот окружной путь для ведения переговоров не ускорил решения вопроса.

А Гитлер не терял времени и принимал меры на случай, если новое правительство Италии попытается начать мирные переговоры и выйти из войны. 25 июля, то есть в тот день, когда в Риме произошел переворот, в Грецию прибыл Роммель, чтобы принять командование немецкими войсками в этой стране. Незадолго до полуночи ему сообщили по телефону, что Муссолини свергнут и что фельдмаршалу надлежит немедленно отправиться в ставку Гитлера, находившуюся в лесных районах Восточной Пруссии. По прибытию в ставку Гитлера Роммель получил приказ "сосредоточит войска в Альпах и подготовиться к возможному вступлению в Италию".

Вскоре начался ввод немецких войск в Италию, правда, в несколько замаскированной форме. Опасаясь, что итальянцы при поддержке парашютных войск союзников попытаются блокировать альпийские перевалы, Роммель 30 июля отдал приказ головным подразделениям немецких войск перейти границу и занять перевалы. Это было сделано под предлогом охраны путей подвоза в Италию. Итальянцы заявили протест и были даже готовы оказать сопротивление, однако не решились вступить в прямой конфликт со своими союзниками. В дальнейшем немцы расширили зону вторжения под предлогом, что они освобождают итальянские войска от задачи по охране северной части страны и предоставляют им возможность усилить оборону южных районов, где в любой момент могли высадиться союзники. В стратегическом отношении этот довод был настолько убедителен, что итальянские руководители не могли отвергнуть его, не обнаружив своих намерений выйти из войны. Таким образом, к началу сентября восемь немецких дивизий под командованием Роммеля разместились в северной Италии и были готовы прийти на помощь войскам Кессельринга, находившимся в южных районах страны.

В дополнении ко всему из Франции в район Рима была переброшена 2-я парашютная дивизия. Командующий немецкими воздушно-десантными войсками генерал Штудент также прибыл в Италию. На допросе после окончания войны он заявил: "Итальянскому верховному командованию не не было известно о прибытии 2-й парашютной дивизии в район Рима. Итальянцам сообщили, что она будет использована в Сицилии или Калабрии. Однако мне Гитлер дал указание держать дивизию в районе Рима и принять под свое командование 3-ю моторизованную дивизию, также переброшенную в этот район. С помощью этих двух дивизий я должен был по получению приказа разоружить итальянские войска у Рима".

Прибытие двух указанных немецких дивизий практически исключило для союзников возможность выброски воздушно-десантной дивизии (речь шла об американской 82-й дивизии под командованием генерала Риджуэя) в Риме с целью помочь итальянцам удержать их столицу и создать угрозу штабу Кессельринга, находившемуся в Фраскати, в 10 милях юго-восточнее Рима.

Однако и теперь, по крайней мере пока не началось вторжение союзников в Италию, перед Штудентом стояла трудная задача. Маршал Бадольо удерживал пять итальянских дивизий в районе Рима, несмотря на настойчивое требование немцев перебросить хотя бы часть этих сил для усиления обороны побережья на юге страны. Пока эти дивизии не были бы разоружены, Кессельринг находился бы в трудном положении. Ему пришлось бы отражать натиск высадившихся англо-американских войск и вести борьбу с итальянскими войсками, которые располагались на коммуникациях шести немецких дивизий, оборонявших южные районы Италии. Кстати эти шесть немецких дивизий были сведены во вновь сформированную 10-ю армию под командованием генерала Витинггофа. Четыре из них были эвакуированы из Сицилии, понеся в боях серьезные потери в живой силе и технике.

3 сентября в Италии высадились войска 8-й армии Монтгомери, переправившихся из Сицилии через Мессинский пролив. В тот же день представители итальянского правительства тайно подписали с союзниками соглашение о перемирии. Объявить об этом договорились после высадки главных сил союзников в Салерно, южнее Неаполя.

5-я армия под командованием генерала Кларка высадилась в заливе Салерно в ночь на 8 сентября, через несколько часов после того, как радиостанция Би-Би-Си передала официальное сообщение о капитуляции Италии. Итальянские руководители не ожидали, что высадка будет осуществлена так скоро (их предупредили о радиопередаче Би-Би-Си лишь поздно вечером 7 сентября). Бадольо пожаловался, что не сможет оказать содействие союзникам, поскольку не все приготовления завершены.

Убедившись в неподготовленности и нерешительности итальянского руководства, генерал Тэйлор тайно направленный в Рим Эйзенхауэром, сообщил, намеченную ранее высадку дивизий Риджуэя в Риме следует отменить, поскольку она может потерпеть неудачу. Вместе с тем уже было поздно осуществить выброску этой дивизии к р. Вольтурно, на северных окраинах Неаполя, чтобы воспрепятствовать переброске немецких подкреплений на юг Сицилии.

События могли бы развиваться по-иному, если бы итальянское командование действовало решительнее и проявило столько же терпения, сколько в своих усилиях, направленных на то, чтобы сохранить в тайне готовящуюся капитуляцию и развеять сомнения Кессельринга по этому поводу. Интересные откровения содержатся на этот счет в мемуарах генерала Вестфаля, начальника штаба Кессельринга:

"7 сентября военно-морской министр Италии адмирал граф де Куртен нанес визит Кессельрингу и сообщил ему, что 8 или 9 сентября итальянский флот выйдет из Специи и даст бой английскому флоту в Средиземном море. “Итальянские моряки победят или погибнут ”, — сказал адмирал, вытирая слезы на глазах. Затем он изложил план сражения".

Эти торжественные заверения произвели необходимое впечатление. На следующий день Вестфаль и генерал Туссент выехали в штаб итальянской армии в Монтеротондо (в 16 милях северо-восточнее Рима).