Чтение онлайн

Сражение за Силезию проходило в два этапа. Вначале части 1-го Украинского фронта провели Нижне-Силезскую операцию (8–24 февраля). Начав наступление с рубежа Одера, они вышли 24 февраля к реке Нейсе. В ходе операции были блокированы две крупные немецкие группировки в Бреславле (сдалась 6 мая) и Глогау (сдалась 1 апреля). Затем была осуществлена Верхне-Силезская операция (15–31 марта) операция. Прорвав за три дня две укрепленные полосы обороны, советские войска окружили в районе Оппельна крупную немецкую группировку (5 дивизий), которая сдалась 20 марта. В результате Силезских операций Красная Армия овладела крупным промышленным районом Германии, вышла к реке Нейсе и Судетским горам, создав условия для наступления на Берлин, Дрезден, Прагу. Потери немецких войск во время этих операций составили 40 тыс. убитыми и 14 тыс. пленными. Общие советские потери составили свыше 166 тыс. человек.

Всего за освобождение Польши погибло свыше 600 тыс. советских воинов. Ни в одной из стран Европы Красная Армия не несла таких крупных безвозвратных потерь.

Одновременно с Висло-Одерской операцией началось сражение за Восточную Пруссию. В Восточно-Прусской операции (13 января — 25 апреля 1945 г.) приняли участие: 2-й Белорусский (маршал К. К. Рокоссовский) и 3-й Белорусский (генерал И. Д. Черняховский, затем маршал А. М. Василевский) фронты, а также части сил 1-го Прибалтийского фронта (генерал И. Х. Баграмян). Восточную Пруссию защищала группа армий «Север» (генерал Л. Рендулич). Соотношение сил приведено в таблице.

Восточная Пруссия служила мощной операционной базой германских войск для возможного удара по советским войскам, стоящим на Висле и в Прибалтике. Поэтому, как и в Первую мировую войну, изоляция и ликвидация восточнопрусской группировки были непременным условием для успешного наступления на Берлин. Имели место и политические соображения. Восточная Пруссия традиционно была наиболее мощным военизированным анклавом у границ России (СССР). И его скорейшая ликвидация входила в планы советскою руководства.

Впервые русские войска заняли Восточную Пруссию в январе 1758 года, в период Семилетней войны (1756–1763). Тогда население Восточной Пруссии было приведено к присяге российской императрице Елизавете Петровне. Тем самым эта правительница уничтожала последний оплот, оставшийся от прежних завоеваний крестоносцев в Прибалтике, и как бы завершала дело, начатое Александром Невским. Однако вступивший затем на престол император Петр III вернул Пруссии земли, занятые русской армией.

Второй раз Восточная Пруссия стала ареной жестоких боев между германской и русской армиями в Первую мировую войну (1914–1918). Здесь в августе 1914 года русские потерпели свое первое крупное поражение в той войне. Бои в Восточной Пруссии с августа 1914 года по март 1915 года отличались невиданным упорством. Именно из Восточной Пруссии немцы нанесли в 1915 году решающие удары по русским войскам в Литве и Польше. «Восточная Пруссия далась русскому солдату нелегко, — писал очевидец журналист В. В. Муйжель. — Если на войне каждая пядь пройденной земли полита кровью, то в Восточной Пруссии эта кровь лилась широкой и страшной рекой».

Наступление на Восточную Пруссию зимой — весной 1945 года шло по двум разделенным Мазурскими озерами направлениям: через Гумбиннен на Кенигсберг и из района Нарева в сторону Балтийского моря. В отличие от Висло-Одерской операции наступление в Восточной Пруссии шло медленно. Битва за «колыбель прусского милитаризма» отличалась большим упорством и ожесточением. Здесь на ограниченном лесисто-болотистом пространстве с многочисленными речками и озерами немцы создали глубокоэшелонированную оборону, включавшую 7 оборонительных рубежей и 6 укрепленных районов. Кроме того, густой туман, характерный в этих местах для данного времени года, затруднял успешное применение авиации и артиллерии.

Огромную роль в стойкости защитников Восточной Пруссии играл и моральный фактор. Ведь на протяжении столетий эти земли оставались реальным воплощением политики германского «натиска на Восток». Это был последний анклав, сохранившийся от завоеваний рыцарей-крестоносцев к востоку от Вислы. С его потерей терпела крах сама идея, увлекавшая в восточные дали не одно поколение немцев. В Восточной Пруссии наблюдалась наиболее активная поддержка армии местным населением. Ополченцы составляли четвертую часть от общего состава оборонявших данный регион войск.

26 января 1945 года войска 2-го Белорусского фронта, выйдя севернее Эльбинга к балтийскому побережью, отсекли значительную часть группы армий «Север» от основных немецких сил на западе. Отразив настойчивые попытки немцев восстановить прибрежный коридор, советские войска приступили ко второму этапу операции — расчленению и ликвидации изолированных в Восточной Пруссии немецких соединений. Эта задача возлагалась на 3-й Белорусский и 1-й Прибалтийский фронты. К началу февраля восточно-прусская группировка немцев была рассечена на три части. Наиболее крупная из них находилась в районе Хейльсберга (к югу от Кенигсберга). Другая оказалась зажатой в Кенигсберге. Третья оборонялась на Земландском полуострове (западнее Кенигсберга).

10 февраля 1945 г. к югу от Кенигсберга началась ликвидация девятнадцати окруженных хейльсбергских дивизий. Теперь к западу от Мазурских озер, где русские в августе 1914 года открыли счет своим унизительным поражениям в Первой мировой войне, настала пора испытать смертельный удар немецкой армии. В местах ее былого триумфа произошла одна из крупнейших трагедий германского оружия. Бои в этом насыщенном оборонительными сооружениями районе носили кровавый и затяжной характер. Насыщенная система фортификаций Восточной Пруссии имела невероятную плотность бетонных сооружений — до 10–12 дотов на квадратный километр.

В хейльсбергском сражении практически отсутствовал маневр. Немцам отступать было некуда. Они зарылись в землю и дрались до конца. Фронтальные, жестокие бои длились полтора месяца. В них погиб командующий 3-м Белорусским фронтом генерал И. Д. Черняховский. Наконец 29 марта остатки отчаянно дравшихся в хейльсбергском котле немецких соединений не выдержали натиска и капитулировали. В ходе этих сражений немцы потеряли 220 тыс. чел. убитыми и 60 тыс. чел. пленными.

После разгрома хейльсбергской группировки советские войска начали стягиваться к Кенигсбергу, штурм которого начался 6 апреля. В нем участвовали силы 3-го Белорусского фронта под командованием маршала Василевского (свыше 137 тыс. чел.). Город защищал 134-тысячный гарнизон во главе с генералом Ляшем.

Не имея превосходства в пехоте, советские войска значительно превосходили оборонявшихся в оснащении боевой техникой (по танкам в 5 раз, по самолетам более чем в 10 раз). Это способствовало успеху штурма Кенигсберга — одной из самых мощных немецких крепостей. Его опоясывало три мощные линии обороны с 24 фортами, многочисленными дотами и баррикадами. В систему обороны органически были включены и приспособленные для нее каменные здания. В центре города находилась цитадель.

Для разрушения этой каменно-железобетонной твердыни советское командование использовало мощь артиллерии и авиации. В течение 4 дней перед наступлением 5 тыс. артиллерийских орудий ураганным огнем разрушали кенигсбергские укрепления. Залпы артиллерии сопровождались и массированными бомбовыми ударами 1,5 тысяч самолетов. 6 апреля советские войска пошли на штурм Кенигсберга. К исходу дня атакующие ворвались в город, где завязались яростные уличные бои. Под прикрытием огня артиллерии и авиации советская пехота и танки упорно продвигались вперед.

Исключительную роль в штурме города сыграла авиация 18-й воздушной армии (маршал А. Е. Голованов), которая ударами с воздуха дезорганизовала оборонявшихся. Кульминацией авиационного натиска стал день 8 апреля, когда советские летчики совершили 6 тыс. вылетов. «Багрово-серое облако дыма повисло над городом. Все были оглушены канонадой и ревом авиамоторов. По земле беспрерывно скользили угловатые тени самолетов… В небе была невообразимая теснота… от верениц бомбачей, штурмовиков, истребителей. Все шли, строго соблюдая правила воздушного движения», — так описывал эти события военный корреспондент Евгений Воробьев. «Ни один немецкий истребитель не показывался в воздухе. Стиснутые на узком пространстве, зенитные батареи были бессильны против таких масс самолетов», — свидетельствовал в своих воспоминаниях комендант Кенигсберга генерал Ляш.