Чтение онлайн

– Разве мне нельзя сделать приятное той, по которой схожу с ума? Обязательно должно быть оправдание? – еще более нежно спросил Тимур, прикоснувшись к самому уху.

– Нет, но…

– Тогда, пожалуйста, возьми его. Но только не продавай, чтобы вложить в свой долг, прошу тебя, – тотчас предостерег он с улыбкой. – Все наши договоренности об оплате останутся в силе. Если позволишь видеться с тобой хотя бы изредка.

За весь вечер он ни разу не поднял тему возобновления наших встреч. До этого момента. Очевидно, он отложил это на самый конец, чтобы у меня было еще немного времени подумать. Но я так и не решила, что с этим делать…

– …Может, мы могли бы встречаться просто так? Без оплаты? – озвучила я тихо, до конца не понимая, что творю. Отвечая на непонимание в его глазах, мне приходится терпеливо объяснять свою точку зрения: – Вы спросили меня сегодня, были бы возможны наши отношения при иных обстоятельствах. Может, нам обоим стало бы легче, если больше не будет темы о деньгах?

Тимур застыл в изумлении. Он почти всегда очень хорошо контролировал свои эмоции – лишь два раза я видела, как он терял лицо. Впервые это случилось в тот день, когда произошла та крупная авария на его производстве. И второй раз – прямо сейчас.

– А как же твой долг в казино? – спустя какое-то время усмехнулся мужчина, видимо, возомнив, что я блефую.

–Сама заработаю денег. То есть, другим способом.

Убедившись в серьезности моего заявления, Тимур долго сидел в полнейшей молчании, разглядывая мелкие звезды, сияние которых было размазано желчным светом фонарей. Даже Юля, понимая, что сегодня скорее всего я уже не вернусь домой, в какой-то момент просто вызвала такси и уехала, перестав быть безмолвным участником наших сумрачных посиделок.

Наконец, мужчина озвучил свое решение:

– Все останется на тех же условиях. Но я оценил твою искренность.

– …Как хотите, – вяло откликнулась я, уже не в силах просто сидеть и всеми клетками своего тела ощущать перемены его настроения. Хотелось уже просто поспать. – Тогда до звонка.

– В таком случае не забудь свой новый телефон, – констатировал он, все же вложив в мою сумку чертову коробку.

Трое сидели за столиком в кафе.

Двумя их этих собравшихся были мы с Юлей – наконец нам удалось найти время на выходном, чтобы выбраться и поговорить обо всем, что происходит.

Третьим человеком был Кирилл, который «проходил мимо».

Стоит ли говорить, что в таких обстоятельствах я не могла вымолвить о Тимуре ни единого слова, дабы поделиться и успокоить волнение своей подруги.

– А давайте мы на следующих выходных сходим в маленький импровизированный поход? – с непритворным энтузиазмом спросил Кирилл, когда молчание, слегка разбавляемое позвякиванием чайной чашки, слишком уж затянулось.

– Вета не может уезжать надолго, у нее бабушка болеет и собака не кормленная, – пробурчала Юля, позволив тем самым не придумывать всевозможные отговорки.

– Ну а ты? – не унимался парень. Вопрос был адресован Юле.

– Я? Что – я? – не поняла девушка.

Кирилл приподнял бровь, явно не понимая – почему эта особа так сильно тупеет в его присутствии.

– Ты хочешь пойти в походсо мной вдвоем? – уточняет Юля, потому что ответа так и не последовало.

– А почему нет? Не пропадать же выходным.

Я смотрела на этих двоих и действительно не понимала, что тут делаю. Юля постоянно твердила мне о том, что «звезда консерватории» каждый раз использует ее присутствие, дабы сблизиться именно со мной. Но на поверку ситуация казалась до абсурдного обратной.

– Идея не такая уж и плохая, – задумчиво протягиваю я, обращая внимание обоих на свою персону. – Мы с Юлей будем спать в одной палатке, а вы с моим парнем – в другой.

На какой-то момент моих собеседников немного клинит.

– Не знал, что у тебя есть парень, – наконец, комментирует юноша. Но голос его вопреки ожиданиям Юли – совершенно спокойный.

– Да уж… Я тоже не знала… – саркастически усмехается подруга, но ее ирония отнюдь не добрая.

Когда Кирилл, наконец, удаляется домой, у нас появляется время, дабы обсудить свои дела. И, конечно же, Юля озвучивает мои же мысли, что не дают спать по ночам:

– Ты совершаешь большую ошибку, привязываяськ томучеловеку.

Юля – точно голос разума из моей головы. Тот самый голос, который я в последнее время очень старательно игнорирую. Вот и сейчас, вместо того, чтобы согласиться с ней, я начинаю оправдываться, будто изо всех сил стараюсь защитить человека, которого и не знаю толком. Которого на самом деле очень боюсь.

В котором совершенно не уверена…

– Да ладно тебе, уже и пошутить нельзя? Вовсе я и не считаю Тимура своим парнем. Просто ты злишься из-за того, что он «похитил» меня после линейки…

– Нет, не злюсь.

– Ты так долго ждала меня у дома в тот день… Мне очень жаль. Извини, что напугала. Но он ведь сразу после…

– Дело не в этом! – грубо обрывает меня подруга, дергано поправляя оправу на носу. – Вета… он опасен. Ты совершаешь глупость, называя его «своим парнем». Даже если и правду не считаешь его таковым.

– Но мы ведь вроде как встречаемся…

– В том-то и дело, что «вроде как»! Вроде как – равно: никак!

– …Почему ты так категорична? – мой надутый вид упрямо игнорировали. – Уверена, что не так уж он и плох.

Юля тяжело вздыхает, будто разговаривает с неизлечимо больным человеком… Через какое-то время она подсаживается чуть ближе, прибегая к последней попытке убедить меня:

– Я не знаю его, но знаю, что нам всегда хочется верить в то, что любимый – вопреки всему хороший и достойный человек. Но это не всегда будет правдой.

Она, конечно, права.

Никто не хочет влюбиться в мерзавца. Никто не хочет попасть в беду, идя на поводу у своих чувств. Но как же часто именно так и происходит…

– Тебе нужно просто продолжать «работать» на него и получать деньги, чтобы выжить. Ты и сама скоро поймешь, что это не любовь… Уж поверь, я в этом развираюсь, – уверенно заявляет Юля.

Как бы ей помягче сказать, что ее слепота куда серьезнее, чем она думает? Не видит того, что происходит перед собственным носом, а меня учит! И дело вовсе не в ее миопии!