Чтение онлайн

— Предлагаю обращаться к друг другу по имени и обязуюсь всё рассказать на следующей… — мужчина запнулся, и перефразировав произнёс:

— На следующем свидании. Как вам такое предложение?

Я улыбнулась и ответила, что полностью поддерживаю.

Мужчина взял мою руку и осторожно поцеловал:

— Тогда до завтра?

— Завтра не могу, работа, — с сожалением произнесла я, это была правда, потому что у меня действительно было ночное дежурство.

И тогда мы договорились встретится через два дня.

Мы начали встречаться с Генрихом. Теперь у меня всегда и дома и на работе были свежие маленькие букетики. Они всегда были разными. Но Генриху удивительным образом удавалось подобрать букеты под настроение дня. Или может это букетики формировали настроение?

Я познакомила Генриха с Тиной.

Был выходной день, кажется воскресенье, и Генрих пригласил меня и Тину на воскресный бранч, чем заслужил приличный плюс.

Конечно, он знал нашу историю, о том, что мы вместе были в приюте, я сама рассказала ему, и, как оказалось, он понимал, что, между нами, больше, чем просто дружба. Мы действительно воспринимаем друг друга как сёстры.

Уже после того, как мы вернулись и попрощались с Генрихом, Тина, конечно же сказала, что он для меня старый. А я подумала, как всё-таки относительно время, читая Шекспира мы отождествляем себя с Джульеттой, а ведь её матери на момент происходящего в романе было двадцать восемь лет.

— А знаешь, — Тине ещё хотелось пообщаться, а Генрих оказался интересным объектом для наших девичьих разговоров, — я где-то видела его фото.

— Ты начала читать газеты? — удивилась я

— Конечно, — с деланым возмущением воскликнула Тина, хитро улыбнулась и добавила, — но исключительно светскую хронику.

— Но Генрих инвестор, и сейчас даже я с ним обсуждаю вариант сотрудничества, — задумчиво проговорила я, — может ты видела его фото в новостной ленте?

— Нет-нет, — Тина помотала головой, — кто-то из девочек приносил Альманах и мне кажется, что я видела его именно там.

Если фото человека было в Альманахе, значит он относился к высшей аристократии. Я помотала головой, стряхивая дурные мысли.

«Завтра спрошу»

Утром автомобиль Генриха поджидал меня на нашем месте. Это, за те две недели, что мы встречаемся, стало ритуалом. Я выходила пораньше, а он довозил меня на машине до клиники, а перед этим мы делали небольшой круг.

Уж сидя в машине, я спросила:

— Тина сказала, что видела твоё фото в Альманахе, у тебя есть титул?

Генрих замолчал, но уже через пару секунд ответил:

— Герцог Рионский

Теперь замолчала я. Почему-то стало обидно, ну почему вокруг одни герцоги?

Генрих словно почувствовал, что моё настроение изменилось. Остановил машину, вышел и подошёл к дверце с моей стороны, открыл, помогая мне выйти.

Я удивлённо на него посмотрела, мы явно ещё не доехали до клиники.

— Лейла, — Генрих положил руки мне на плечи, притягивая к себе, — мне сорок лет, я уже был женат, у меня есть взрослый сын. Но я никогда ещё не был так счастлив, как эти дни с тобой. Мой титул не обязывает ни тебя, ни меня ни к чему.

Генрих замолчал, прикрыв глаза, но уже через пару мгновений снова посмотрел на меня и с жаром прошептал:

— Я люблю тебя Лейла, и хочу быть с тобой. Ты выйдешь за меня замуж?

Я подняла на Генриха лицо, удивлённо распахнув глаза. А он наклонился и будто бы опасаясь, что я сейчас отвернусь, начал осторожно покрывать поцелуями моё лицо. Накрыл своими губами мои губы, и поцеловал мягко, нежно, долго.

— Я так давно мечтал об этом, — произнёс он, когда поцелуй закончился.

А мне хотелось плакать. Генрих прекрасный человек, и я чувствовала, что он говорил совершенно искренне, признаваясь в своих чувствах. Но мне хотелось, чтобы меня целовал другой.

Вечером, забрав меня из лаборатории, где я сегодня застряла и пропустила свидание, Генрих предложил мне прогуляться.

И повез меня за город.

— Куда мы едем? — раньше мы никогда не выезжали из города, только по выходным, но это было днём, и мы были вместе с Тиной.

— Не волнуйся, — Генрих взял мою ладонь и притянув к своим губам поцеловал, — тебе понравится.

Это было здание будущей фабрики, которое Генрих планировал достроить уже к концу года.

— Ты сказала, я сделал, — он внимательно на меня посмотрел и добавил, — это вопрос доверия. Я знаю, что ты пока не готова мне открыть своё сердце, но моей любви хватит на двоих.

С этими словами Генрих достал маленькую коробочку из кармана, в которой было кольцо, и я завороженно, даже не делая попыток его остановить смотрела, как Генрих надевает кольцо мне на палец.

— Я не тороплю тебя, и готов подождать, Лейла, — уверенным спокойным тоном произнёс мужчина, — для себя я всё решил.

Я смотрела на кольцо с красивым камнем, явно дорогущее, потому что даже в тусклом свете уличных фонарей камень переливался словно маленькая звезда.

Генрих накрыл мою руку своим ладонями:

— Можешь носить, можешь пока подождать, первого ноября будет мой день рождения, я хотел собрать самых близких мне людей и буду рад, если к тому времени ты примешь решение.

Не удержавшись, я облегчённо вздохнула. Понимая, что выглядит это не очень дружелюбно и Генрих скорее всего не понял, к чему может относиться мой вздох, я тихо сказала:

— Хорошо, что так, а то я уже, как наяву увидела своё фото в Альманахе.

Генрих рассмеялся:

— Кто-то мечтает попасть в Альманах, а доктор Лейла боится.

— Я вообще побаиваюсь прессы, — грустно сказала я.

— Я знаю, — произнёс Генрих, — я видел твою историю. Я бы такого не допустил.

Мне не понравилось то, как Генрих это сказал, но я промолчала, мне не хотелось упоминать имя Максимилиана. И уж тем более обсуждать, кто бы что допустил.

Обратно мы ехали молча. Сперва я хотела рассказать про ту ситуацию и травлю, которая произошла в Британии, но поняла, что не хочу.

Не хочу жить вчерашним днём, постоянно оглядываясь назад. Для меня важно то, что есть сейчас и будет завтра.

Настроение было странное, поэтому возле дома я быстро попрощалась. Генрих, видимо, чувствуя моё настроение, не стал настаивать на прощальном поцелуе, за что я была ему очень благодарна. Лишь на мгновение прижался губами к моим волосам, глубоко вдохнув, после чего отстранился, позволяя мне уйти.