Чтение онлайн

— Что происходит? — спросила Лена Кармен.

— Не знаю. — Кармен была в растерянности.

Девочки пошли к Тибби, которая сидела в пустой кухне.

— Ты случайно не в курсе, что происходит?

— Не знаю. Они заперлись в столовой, все трое, потому что твоя мама решила, что моя мама и Кристина рассказали тебе какую-то страшную тайну про Юджина. Они говорили шепотом, но все равно было слышно.

Лена вздохнула:

— Я позвоню вам, а то мама сейчас уедет. — Девочки быстро обнялись. Они по-прежнему любили друг друга и остались друзьями, в то время как мамы разъехались в гневе.

Лена села на заднее сиденье и прислонилась щекой к стеклу. Ей было грустно.

Возможно, из-за того, что ее мечта помирить мам, заставить их вспомнить прежнюю дружбу и возобновить отношения тоже теперь стала несбыточной. Наверное, так же грустила Кармен, когда ее родители развелись. Вполне понятное человеческое желание, чтобы люди, которых ты любишь, любили друг друга.

В зеркале заднего вида отражалось сердитое лицо Ари. Эффи недоуменно посмотрела на Лену. Удивленный папа доедал прихваченный со стола кусок дыни.

«Ну ладно, меня хотя бы не вырвало», — невесело усмехнулась про себя Лена.

Карма!

Хватит волноваться! Ты ничего не сказала вчера по телефону, но я же чувствую! Так что перестань. У меня все хорошо. Я должна быть здесь и скоро, возможно, даже пойму почему. Я уже говорила о Билли? Ах, ну да, конечно. Раз пятнадцать.

Я отправила тебе Штаны. По-моему, они быстрее перемещаются этим летом, или мне кажется? У меня с ними ничего не получилось. Ну ладно, подожду до конца лета, и тогда что-нибудь произойдет. Я знаю.

Повеселись за меня на старой доброй Роллинс-тусовке. И потискай Ники и Катрину. И скажи Лене, чтобы она не налегала на дыню.

Люблю, люблю, люблю. Я всегда и везде с тобой, Кармабель.

Би

Иногда надо наводить беспорядок.

Лоретта, экономка Роллинсов

*

Тибби почувствовала дыхание Алекса, когда он наклонился к ней. Его подбородок был всего в нескольких сантиметрах от ее плеча.

— Мне это нравится, — сказал он.

«Нет, мне это нравится», — подумала она.

Они смотрели ролики о её маме, отснятые летом и за последний месяц. Но это было только начало фильма. Тибби попросила маму дать интервью, но в выходные у Элис не нашлось для нее времени. Первый кадр — мама с полотенцем на голове растопырила пальцы, чтобы побыстрее высох лак: «Солнышко, давай попозже?» Потом она выглядывает из ванной:

«Зайчик, у меня сейчас нет времени». И наконец, она на кухне, по локти в говяжьем фарше, делает гамбургеры для пикника: «Подожди немного, я закончу».

Тибби прокручивала видео все быстрее и быстрее, так что голос мамы стал писклявым, как в мультфильме, а движения комичными.

— А не хочешь вставить вот это? — спросил Алекс. Это был кадр, где по плечу Ники стекала ядовито-красная газированная вода.

— Зачем? — спросила она.

— Затем, что это клевый кадр. К тому же фильм не должен быть предсказуемым.

Тибби повернулась, чтобы лучше его видеть. Алекс удивил ее и одновременно расстроил. Он все так хорошо делал. А она… Да что там, бездарь и дилетант!

Алекс предлагал ей вместо тупого клоунского юмора нечто более тонкое. Иронию, грустную усмешку. Это было, конечно, намного сложнее, но и гораздо интереснее.

Немного подумав, Тибби вставила кадр, где была зеленая лужайка возле их дома с пятном желтой травы посередине.

— Блестяще, — одобрил Алекс.

Он был хорошим учителем. Она была хорошей ученицей. А еще Тибби тихо радовалась тому, что Алекс принимал такое участие в ее работе. Каура, как она знала, еще даже не определилась с темой.

В свою комнату Тибби отправилась совершенно счастливая и воодушевленная похвалой. Когда она открыла дверь, то увидела Брайана.

— Привет, — сказала она с удивлением.

— Я вернулся. Ничего?

Тибби кивнула, хотя не была уверена, что не возражает против его возвращения.

— Я хотел посмотреть, как продвигается твой фильм.

— Спасибо, — тихо сказала Тибби. Она внимательно поглядела на Брайана. Что же у него за дом, если его туда не тянет? Долгие годы Брайана интересовали только его компьютерные игры, теперь, похоже, — она, Тибби.

— Мне надо работать. Премьера в воскресенье. Мы решили устроить небольшой показ к приезду родителей.

— Работай, конечно. Я найду чем заняться. — Брайан устроился на полу со своими блокнотами и карандашами.

Тибби села за компьютер. Сегодня надо бы сделать саундтрэк. Ей казалось, она знает, какие песни надо использовать, но, увидев работу Алекса, Тибби поняла, что ее музыка слишком… предсказуема. Тибби решила найти неизвестные композиции неизвестных групп и изменить скорость так, чтобы их вообще нельзя было узнать.

Тибби снова прокрутила отрывки, которые они смотрели с Алексом, потом подобрала песню и поставила ее на бешеную скорость. Увлеченная работой, она не сразу заметила, что Брайан все видит через ее плечо. Тибби попыталась загородить экран головой.

— Что?

— Это… оно?

— Частично, — не сдержала она раздражения.

Брайан казался расстроенным.

— А как ты думаешь, твоя мама не обидится, если ты покажешь ее в ванной с полотенцем на голове? — Это был вопрос, а не обвинение.

Тибби посмотрела на него как на тяжелобольного.

— Это же кино. Не важно, что она подумает. Это же… ну, понимаешь, это искусство, а в нем всегда есть… ну условность, что ли.

Условность условностью, но Брайан не собирался отставать.

— Но если она увидит, то огорчится, — просто сказал он.

— Начнем с того, что она ничего не увидит. Ты что, думаешь, мама приедет на родительский день? Да она даже мой дневник никогда не открывала!

— А тебе не будет стыдно от того, что ты сняла фильм, который нельзя ей показать?