Чтение онлайн

Бриджит подумала о Марли. Вот чья жизнь никогда не была обыкновенной! Каждый день, каждый час был не похож на другие — хорошие ли, плохие ли. Может, именно такие люди сгорают так быстро? В эту гостиную Марли водила тысячи своих поклонников, а теперь здесь спит Грета.

Бриджит не знала, что лучше: умереть молодой и прекрасной или жить старой и уродливой.

Тибберон: Лена, я очень рада за вас с Костасом. Только, пожалуйста, не говори, что вы ЭТО сделали!

Ленник 162: Нет, Тиб. Не волнуйся. Но я не могу врать. Я ЭТОГО хотела. Это может скоро случиться.

Кармен провела весь день у Лены и была переполнена любовью и страстью — Лениными любовью и страстью. Детство казалось совсем далеким, и она поняла, что ужасно соскучилась по маме, по маме, которая тихо лежала в соседней комнате.

Кармен надела футболку, почистила зубы, а потом пошла к маме и забралась в постель. Даже когда они ссорились, это было самым уютным и надежным местом в мире. Кристина перевернулась и положила локоть под голову. Обычно Кристина гладила Кармен по спине, но сегодня Кармен не решалась подвинуться ближе.

— Мама?

— Да?

Кармен почесала нос:

— Мне надо тебе кое-что сказать.

— Ладно. — Кристина, по-видимому, ждала этого разговора.

— Помнишь то воскресенье, когда ты еще была с Дэвидом и он весь день не звонил?

Кристина призадумалась:

— Да.

— Так вот, он звонил. Я прослушала сообщение, а потом оно стерлось, и поверх него записалось новое. Надо было тебе сказать правду, но я не сказала. — Она и сейчас не решилась сказать ВСЮ правду.

Кристина не рассердилась.

— Ты поступила отвратительно, Кармен.

— Я знаю, и мне очень стыдно. Стыдно за это и за все то, что я тебе наговорила. И за то, что сделала тебя несчастной.

Кристина молчала.

— Прости, что я все испортила. Лучше бы я этого не делала. — На глаза Кармен навернулись слезы. — Я не знаю, зачем все это натворила.

Кристина по-прежнему молчала. Она и раньше слушала признания и извинения Кармен молча.

— Ладно, знаю. Я боялась, что мы с тобой… ну, что тебе будет не до меня.

Мама протянула руку и погладила Кармен по голове.

— Ты совершила ошибку, но не ты одна, — медленно проговорила Кристина. — Я тоже. Я потеряла голову. — Кристина смотрела на Кармен. — Послушай, моя малышка. Что бы ни случилось, мне всегда будет до тебя.

Слеза упала на локоть Кармен и скатилась на простыню.

— Можно тебя кое о чем спросить?

— Разумеется.

— Ты давно хотела встретить Дэвида? В смысле, когда у тебя была только я, ты очень грустила?

— О, нет. Нет. — Кристина взяла голову Кармен в свои ладони и принялась ее укачивать. — Я так счастлива быть твоей мамой.

У Кармен задрожал подбородок.

— Правда?

— Это мое самое главное счастье.

— О! — Кармен слабо улыбнулась. — А я счастлива быть твоей дочкой.

Они обе лежали теперь на спине и смотрели в потолок.

— Мама чего ты хочешь?

Кристина немного подумала:

— Любовь — это прекрасно, но она меня накрыла огромной волной. Не уверена, что хочу вновь испытать такие сильные чувства.

— Х-м-м… — Кармен разглядывала подтеки на потолке.

— А ты, котенок? Чего ты хочешь?

Кармен вытянула руки вверх и похрустела пальцами.

— Я хочу, чтобы ты за меня меньше волновалась, но не забывала обо мне. Я хочу, чтобы ты по мне скучала, когда я уеду в университет, но не грустила. Я хочу, чтобы ты не менялась, но не чувствовала себя одинокой. Я хочу время от времени уходить от тебя, но чтобы ты никогда не уходила. Нечестно, правда?

Кристина пожала плечами:

— Ты дочь, я мать. Это не всегда честно. — Она засмеялась: — Что-то не помню, чтобы ты меняла себе подгузники.

Кармен засмеялась в ответ.

— Да, и самое главное. — Кармен повернулась лицом к маме. — Я хочу, чтобы ты была счастлива.

Эти простые слова опустились на них мягким облаком. Кармен придвинулась ближе, чтобы мама погладила ей спинку.

Би!

Посылаю тебе Штаны, которые дарят любовь

И чудеса. Я словно живу в другом мире. Знаю, ты поймешь, Би. Я не имею в виду всякие нежности, хотя и в них я сейчас лучше разбираюсь. Я имею в виду, что испытываю бесконечное счастье, которое граничит с бесконечной болью. Я боюсь быть такой счастливой. Я боюсь жить на пределе.

Но ведь ты со мной, правда, Би? Эх, хотела бы я быть такой же храброй, как ты.

Целую,

Лена

Если раньше было очень тяжело ждать и хотеть, то теперь стало просто невыносимо. Лене казалось, что чем больше она думает о Костасе, тем дольше тянутся часы.

Лена жила не для себя. Случилось то, чего она всегда боялась. Но потом Лена решила, что такова, наверное, плата за любовь.

Когда он позвонил в понедельник, она бессознательно поглаживала телефон. Вместо того чтобы повесить трубку, она бы с удовольствием хоть сутки слушала дыхание Костаса.

Когда он позвонил во вторник, она игриво хихикала полтора часа, подозревая, что настоящая Лена заперта в шкафу с кляпом во рту.

Он не звонил в среду, а когда позвонил в пятницу, голос у него был странный — какой-то чужой.

— Боюсь, я не смогу приехать на выходные.

Лена чуть не потеряла сознание.

— Почему?

— Мне… мне, наверное, придется вернуться.

— Куда вернуться?

— В Грецию.

Она ахнула:

— С твоим дедушкой все в порядке?

Он помолчал немного:

— Думаю, да.

— Тогда почему? Что случилось? — Она была слишком настойчива, но не могла сдержаться.

— Дома есть другие дела, — медленно ответил он. — Я объясню, когда сам разберусь. — Он не хотел новых вопросов.

— Что-то плохое? Все будет в порядке?

— Надеюсь.

Перед Лениным мысленным взором пронеслись все несчастья, которые могли стрястись.

— Мне пора, — сказал он. — Я бы очень хотел с тобой еще поговорить, но мне пора.

«Подожди!» — хотела закричать Лена.