Чтение онлайн

По каким подвалам она скакала, чтобы так замараться и словить в руку и живот несколько старинных свинцовых пуль, я не спросила и просто молча обработала раны. Меньше знаешь – крепче спишь.

Когда я заканчивала с последней пулей, очень неудачно задевшей крупный сосуд, тётушка Ким распахнула глаза и дёрнулась.

– Эльт?!

И это испуганное восклицание сказало мне больше всех объяснений.

– Лежите спокойно, тётушка, - я опустила ей руку на грудь, заставив улечься обратно. – Я ещё не закончил.

Тётушка Ким проморгалась, облизнула пересохшие губы, скользнула взглядом по выбившейся из-под воротника цепочке с кольцом, по освещённой фонарём палатке и немного расслабилась:

– Вадим. А где Раймонд?

– Здесь, - откликнулся Змей. – Я же сказал, что у меня есть хороший врач.

Ким чуть нервно кивнула и стиснула зубы – это я закончила зашивать ранение и начала накладывать повязку. Спасибо лейкопластырю, наматывать кучу бинтов не пришлось. Сделать бы ещё укол обезболивающего, но у меня были только таблетки. Ким проглотила их, жадно напившись чуть подсоленной воды.

– Ничего не хочешь спросить?

– Лучше не говори с ней, - буркнул Ай. – И вообще нам лучше убраться отсюда как можно быстрее.

Он сидел в углу палатки и следил за Ким с таким видом, словно мою постель заняла не женщина, а гадюка. Я предпочла его проигнорировать. Понятно, что гости наверняка отхватили себе на хвост кучу неприятностей, но уходить куда-то ночью, да ещё в лютый мороз? Да ну на фиг. До утра подожду, у костра посижу и поем горяченького.

Ким продолжала смотреть.

– Нет, тётушка, - твёрдо ответила я и шепотком отправила её в здоровый сон.

Ай неприязненно посмотрел, как она ёрзает, устраиваясь поудобнее, и покосился на выход, где в просвете виднелась фигура Змея, сидящего у костра.

– Надо уходить, - повторил келпи едва слышно.

– Ай…

– Я знаю эти пули, - прошипел Ай. – За ними идут эльты и людской Интерпол. А они сумели сюда добраться. Значит, в городе точно есть агенты Сопротивления. Твой дух может быть хоть тысячу раз самым сильным тотемом, но от Сопротивления ему не спасти. Оно тебя перемелет.

Я прищурилась.

– А от кого, интересно, эти агенты узнали об этом месте, а?

– Действительно, Ай, - ехидно поддакнул Змей со своего места, заставив меня подскочить от испуга. – От кого?

Ай отвёл взгляд.

Н-да…

– Моё дитя в состоянии самостоятельно решить, на чьей быть стороне, - продолжил Змей негромко. – И полагаю, оно уже увидело достаточно, чтобы понять сущность эльтов.

Намёка не понял бы только тупой. И в общем и целом дедуля был прав – я достаточно познакомилась с более чем сомнительной культурой эльтов. Сомнительной в плане отношения к людям. Все эти традиции в духе Дикой Охоты, шабаши, распитие человеческой крови, наверняка ещё и оргии есть, ведь они так замечательно вписываются в общую картинку! Не удивлюсь, если это на самом деле так, а Хов просто милосердно оградил меня от этой части их жизни. До поры до времени. Или вспомнить хоть ту женщину, у которой ребёнка отобрали, а её саму выкинули за ненадобностью.

Да, у людей были вполне веские причины. Не удивлюсь, если Интерпол особо не старается поймать сопротивленцев. Видовая солидарность и всё такое…

– Можно подумать, люди лучше, - фыркнула я, плюхнувшись у огня. Дедуля подал чашку с чаем. – Можно подумать, человечество приняло эльтов с распростёртыми объятьями и никаких грехов за ним не водится. Да дай ему волю – и тут же вспыхнет война.

Почему во мне вскипело раздражение? Откуда это желание оправдать эльтов?

– Да, это правда, - согласился Змей. – Но жизнь и состоит из круговорота жизни и смерти. Чтобы выжить, одно поедает другое, занимает чужое место, чтобы затем пасть от более сильных клыков и когтей. Одно уходит, другое приходит. Само человечество – лишь звено в цепочке развития разума. Оно должно бороться, должно учиться на собственных ошибках. Падать и подниматься, чтобы либо исчезнуть, дав пищу для развития другого разума, либо выйти за пределы и превратиться во что-то более совершенное. А эльты посадили его под колпак и диктуют: «Это трогать нельзя, иначе будешь наказан». У них нет на это права. Это не их мир.

– Но они приняли правила, - возразила я.

– Они их обошли. Они не просто заняли чужое место - они мешают, - отрезал дедуля.
– И им бы не удалось это сделать без чьей-то помощи.

Это что ещё за намёки? Я-то тут с какого бока?

– О чём ты?

– Неважно, - быстро сказал он и захлопнул рот, не реагируя ни на какие слова.

– Вот… Гад ползучий! – прошипела я в бешенстве и повернулась к Аю.

Он тихонько сидел в уголке пещеры, явно стараясь не попадаться на глаза Змею лишний раз, и вздрогнул от вопроса:

– Ай, кто тебя завербовал в Сопротивление?

Вид у келпи сразу стал несчастный: плечи поникли, глаза распахнулись, уголки губ опустились. Из полупрозрачной груди вырвался душераздирающий вздох. Я не поддалась.

– Это кто-то из твоего народа? Или из соседних сидов? Или же это была Ким? Когда она тебя успела завербовать? Или это ты её завербовал? Кто тебе помог начинить взрывчаткой тыквы? Ведь в одиночку ты бы такое провернуть не смог. Или же агент живёт на стороне смертных, в тайном убежище?

Под градом моих вопросов келпи цепенел и съёживался, явно мечтая оказаться где угодно, но не здесь. А Змей смотрел на это и явно забавлялся.

– Да не сможет он ничего рассказать, - встрял он в паузу, когда я набирала воздух для новой порции вопросов.

Воздух застрял в горле огромным непроглатываемым пузырём.

– Это ещё почему? – прокашлявшись, спросила я.

Змей поворошил угли под котелком и мирно ответил:

– Клятва. Эльты уничтожили Инквизицию и её знания с памятью, но вот стереть способности бывших инквизиторов у них не получилось. И не до всех удалось дотянуться.

Я опешила.

– Способности? У людей сохранились жрецы?

– Не совсем, - процедил Ай. Видимо, на это его клятва не распространялась. – Перевёртыши тоже в каком-то смысле люди. Но у людей нет… - он поперхнулся кашлем. Это выглядело в высшей степени странно - мёртвый поперхнулся. У него же нет лёгких и дыхания!
– Нет… Не могу, прости.

Прекрасно. Мой защитник связан абсолютно левой клятвой. И это в высшей степени странно. Клятвы ведь теряют силу после смерти. Заклясть духа под силу только шаману или, как тут их называют, друиду. А я была уверена, что после смерти Ай из шаманов встречал только меня.

– Ты знаешь?
– повернулась я к Змею.

– Не-а, - лениво бросил он в ответ и, заметив мой взгляд в сторону палатки, добавил: - И Ким тоже. Да и зачем это тебе? Не побежишь же ты с этим знанием к своему разлюбезному Кориону?

– А если побегу?
– с вызовом спросила я.

– Тогда ты эльт. И не видать тебе больше человеческого обличья, - равнодушно сказал Змей.
– Так и будешь из жизни в жизнь вокруг своего разлюбезного мотаться, погибая от его руки снова и снова до скончания времен.