Чтение онлайн

— Я требую, чтобы они вошли в дом!

— Они не могут.

— Не могут или не хотят?

— Наверное, не хотят.

— Просто отлично! Боже, с кем мы имеем дело? Дилетанты, сплошные дилетанты!

— Его… друзья, — тихо продолжал Тиррел, — уверяют: если наши люди все же проникнут в дом, они тоже войдут и будут защищать тело Смита. Они даже обвинили наших в покушении на убийство… в попытке причинить Смиту непоправимый урон. Процитировали все соответствующие резолюции ООН, касающиеся путешествий во Второй мир. У нас единственный выход: ждать снаружи и не дать Смиту сбежать, когда он все-таки вернется.

— Значит, остается Галлахер. Возможно, ему известно что-то такое, чего пока не знаем мы… Отправляйтесь в «Изумрудный город» и ищите его. Мне кажется, Галлахер приведет нас к Смиту.

Метропорт 1112

5M729V2503, «Изумрудный город»

Реальное время: 14 часов 23 минуты после контрольной точки

Меньше всего я сейчас думал о возвращении в коттедж «Роза».

Ответ на все вопросы находится во Втором мире; не случайно Джим ушел, растворился в матрице.

Наконец, мы втроем добрались до станции «Альфа-мир». Кубик растворился, и мы сели в поезд, идущий в «Изумрудный город».

— Они ведь легко нас вычислят? — Энди показала на камеру-шпион, висящую в углу вагона.

— Нет.

Я объяснил им: кубики запрограммированы так, что они рассредоточиваются во всех направлениях одновременно с нами. Из каждого кубика сейчас выходят, вылезают, выбегают наши клоны. Через несколько секунд все они разбредутся в разные стороны.

— Неплохо, — проворчал Тибор, когда поезд вышел из «Альфа-мира» и понесся к «Изумрудному городу».

— А потом клоны исчезнут? — спросила Энди. — Когда?

— Довольно скоро. Поэтому мы должны выйти из поезда минут через пять, не позже. — Подумав, я продолжал:

— Я должен поговорить с Джимом. Нам грозит опасность, а Джим, скорее всего, единственный, кто знает ответы на все вопросы. Он нам нужен… причем срочно.

Через несколько минут мы вышли у одного из парков развлечений корпорации «Тема». Лучшего места я найти не мог. Мы тут же разделились и быстро смешались с толпой отдыхающих, затерялись в толпе. На ходу, не останавливаясь, я ликвидировал свой первый аватар и стал собой.

— Вот и хорошо, — одобрительно заметила Энди. — А то ты был какой-то страшненький.

— В свое время мне нравилось думать, что у меня футуристическая внешность.

Она хихикнула:

— Теперь понимаю, почему ты так и не женился. Твоей женой может стать только по-настоящему чокнутая дамочка. Такая, что способна угнаться за тобой.

— Ха-ха, как смешно!

Энди прижалась ко мне, чтобы не отстать, и на душе у меня немного полегчало. Увидев уличного торговца, мы купили у него маски. За маски расплатился Тибор — у него еще остались кредиты, полученные от его клиентов. Мне не хотелось, чтобы нас вычислили по моим карточкам. Странное чувство юмора Тибора снова взяло над ним верх: он протянул мне маску какой-то поп-звезды, о которой я и не слыхал.

— Это Ураган из группы «Крайняя плоть», — пояснил Тибор, тыча пальцем в довольно страшную морду. — Великий музыкант.

Я уставился в свою маску. Сплошные кольца, пирсинг и татуировки. Невозможно разобрать, какие у него черты лица. Даже непонятно, мужчина это или женщина. Притворно-возмущенно покачав головой, я все же напялил маску на себя.

Оба мои спутника разразились хохотом; Тибор заулюлюкал и хлопнул себя по бедрам.

До чего же приятно вернуться в «Изумрудный город»!

«Телефонный узел»

«Дворец головоломок»

Шоссе Балтимор-Вашингтон

Второй мир

Реальное время: 14 часов 24 минуты после контрольной точки

Суилкин и Тиррел следили за тем, как серебристые кубики, один за другим, исчезают, а клоны трех беглецов разбегаются в разных направлениях.

И вдруг все двести пятьдесят шесть групп из трех человек растворились на месте — исчезли, как и их оболочка. Некоторые растворились прямо там, где стояли, других поглотила толпа; какие-то вскочили в поезда или здания, прежде чем их опознали.

— Он наверняка вернулся в «Изумрудный город», — заметил Тиррел.

Правда, они видели, что не все клоны направились в «Изумрудный город». Некоторые зашли в какие-то дома в «Альфа-мире».

— И отдыхающие служат ему щитом.

— Может, Галлахер его засек?

— А может, и нет. — Суилкин прикидывал самый страшный вариант развития событий. Его вынуждают принимать решение в спешке, заставляют играть на чужой территории. Его разум противился хаосу. — Надо вывесить их физиономии на рекламных щитах, на голограммных растяжках… Разослать их портреты на все входы в метропорты, во все отели. Пусть они висят по всему «Изумрудному городу»! Пусть все видят его лицо!

— Какое именно? — осторожно спросил Тиррел.

— Оба. И первый аватар, и настоящее, теперешнее.

— А его спутники?

— Их пусть тоже развесят. Их надо срочно найти, не то они там такого натворят… — Суилкин подумал и вдруг подмигнул своему заместителю: — Назначьте большое вознаграждение!

— Но ведь нельзя… без разрешения!

— Не волнуйтесь. Считайте, что разрешение у нас в кармане. Там, наверху, все так перепугались, что хотят лишь одного: чтобы все поскорее закончилось.

— Сколько назначить за их головы?

Суилкин улыбнулся еще шире:

— Максимум. Двадцать миллионов кредитов!

Он быстро связался по компьюфону с АНБ. Услышав предложение Суилкина, Марлин довольно долго молчал.

— Другого способа нет? — встревоженно спросил он наконец.

— Нет, если вы хотите, чтобы его схватили быстро. Возможно, у нас остался единственный шанс.

Суилкин услышал глубокий вздох.

— Ладно, — ответил Марлин. — Считайте, что деньги уже у вас. Как-нибудь выкрою из бюджета. — Неожиданно он выпалил: — В какое же дерьмо я вляпался по вашей милости!

— Мы действовали из лучших побуждений, сэр! — Суилкин отключился, не дожидаясь, пока начальство передумает. Потом он быстро вернулся к Тиррелу и повторил приказ.

— Позаботьтесь, чтобы вознаграждение в сумме двадцати миллионов немедленно перевели в «Изумрудный город», — потребовал Суилкин, направляясь к выходу.

— А вы куда? — удивился Тиррел.

— И я туда же. В «Изумрудный город».

Тиррел нахмурился. Суилкин редко покидал свой кабинет, редко покидал «Телефонный узел». Он не очень любил скитаться по Второму миру. Кроме того, подчиненные знали, что их шеф страдает пространственной дезориентацией.