Чтение онлайн

Одна из половиц на крылечке скрипнула, но плачь моментом не прекратился. Наоборот, он будто стал даже сильнее. Была-не была.

Внутри мы увидели пионера, который крепко обнимал что-то большое, обернутое в простыню. Заляпанную кровью простыню. Я нервно сглотнул, когда в темноте комнаты разглядел два фиолетовых хвостика, выглядывающих из-под белой ткани…

– Порой смены оканчиваются весьма трагично, – безразлично пожал плечами Пионер. – Безответная любовь творит страшные вещи. Знаете, сколько раз эта бешеная вскрывалась на моих руках? Кошмар. Это уже даже становилось смешно. У меня одно время развлечение было – как быстро я доведу ее до суицида. Впрочем, оно мне уже через пару витков наскучило.

Меня передернуло от отвращения. В том, что Пионер далек от адекватности сомневаться не приходилось, но теперь я четко понял, что это не просто неадекват, а совершенно невменяемый психопат.

– Намеренно доводить человека до самоубийства… Что ты за урод такой?

– Какой есть, – пожал плечами Пионер. – Впрочем, даже это не самый худший вариант развития событий.

– Я даже не хочу знать, что может быть еще хуже, – проскрипел зубами Дэнчик.

– А придется. Вы должны понимать все прелести вашего положения. Потом спасибо скажете, – глухо ответил Пионер. И скачок повторился.

В этот раз мы оказались напротив домика Ольги. И что-то мне сразу показалось странным. Ибо если не брать в расчет неожиданно громкое стрекотание сверчков, то в остальном вокруг стояла подозрительно гнетущая тишина. Фонари не горели, ни в одном из домиков не был зажжен свет, да и вообще не наблюдалось никаких признаков того, что в «Совенке» в принципе кто-то есть. Взглянул на Дэнчика, тот нервно тряс головой, приходя в себя. Интересно, а Пионер не мог тронуться умом как раз из-за подобных перемещений? Просто если так, то я вообще не удивлюсь.

– Ну и что мы должны здесь увидеть? – требовательно спросил я.

– Помните, я говорил, что безответная любовь творит страшные вещи? – дьявольская улыбка заиграла на его скрытом челкой лице. – Обернитесь, и вы увидите, какие страшные вещи может сотворить ревность!

Я всем нутром чувствовал, что делать этого не стоит ни в коем случае. Послать сейчас этого гада куда подальше, потребовав немедленного возвращения в наш цикл. Но крик Дэнчика, крик искреннего ужаса, заставил меня повернуться. Холод продрал все тело, в висках больно стрельнуло, и я упал коленями на сырую землю.

На дереве напротив висела подвешенная на связку из нескольких пионерских галстуков Двачевская…

– Доигралась, бедная, – вздохнул Пионер.

Его слова вывели меня из оцепенения. Обуреваемый неожиданно нахлынувшей животной яростью, я заставил себя вскочить и тут же, особо не соображая, что делаю, наотмашь врезал тому в челюсть. Не ожидавший такой прыти Пионер упал оземь, но сохранив свою безумную улыбку. Мне было абсолютно плевать, что теперь меня ждет дальше из-за моих действий. С меня было уже довольно.

– Больно, – проскрипел Пионер. – А ведь это даже не моих рук дело…

– А ну вернул нас назад, ЖИВО! – заорал я.

– Хорошо, хорошо, – Пионер еще раз потер место удара, и сделал щелчок.

Стоило нам вновь оказаться дома, как Дэнчик тут же побежал к окну. Его все же вырвало. А я только что сейчас полностью осмыслил произошедшее. Ужас будто сковал все тело стальными цепями.

– Зачем… Ты нам все это показал? – сдавленно спросил я у Пионера, тщетно прогоняя из глаз образ мертвой Алисы.

– Чтобы вы не думали, будто «Совенок» это Райские пущи, – ответил тот. – И чтобы вы понимали, что в теории вас может ждать. Считайте, что это мой подарок. Большинство тех, кто помнит предыдущие витки без малого убили бы за такую информацию. И последнее напутствие – вам предстоит пережить не один десяток смен, так что расслабьтесь и наслаждайтесь пионерской жизнью. Можете делать тут все, что душе угодно, вам за это ничего не будет. Хоть устраивать техасскую резню бензопилой. К слову, оную можно будет найти на вещевом складе. Только особо не расшаркивайтесь с младшими отрядами – они очень громко кричат.

Это стало последней каплей. Причем, что для меня, что для Дэнчика. Не сговариваясь, мы с двух сторон атаковали Пионера, но тот испарился в воздухе, поэтому мы с размаху врезались лбами друг в друга. Домик обволокла дымка, сквозь которую проступал злорадный смешок. Но он исчез, как только дымка полностью растворилась.

Некоторое время мы просто сидели в тишине на полу. Я все старался унять дрожь по всему телу. Хотелось свернуться комком, забиться в темный уголок и больше никогда оттуда не вылезать. Если еще каких-то полчаса назад «Совенок» казался если не Раем, то хотя бы очень приятным местом, то теперь я даже не знал, что и думать. После всего увиденного…

Так, стоп. Пауза. Не сходить с ума. Ответственность за наши действия и за будущее в любой реальности несем мы сами. Как там Конан Дойл писал? «Человек сам творец своей славы». Пусть в других циклах и могли случиться подобные трагедии, но не в нашем. Я не позволю ни себе, ни кому-то еще допустить просчет. Я ведь врач, в конце концов, для меня ошибка – непозволительная роскошь. Мы с Дэном все сделаем так, как надо. И, может быть, в таком случае у нас будет шанс выбраться.

Так что вывод один – прочь все сомнения! Взвейтесь кострами, суки. Повоюем еще.

А еще я вдруг понял, что очень хочу есть. От такого стресса аппетит ни на шутку разыгрался. Тем паче, что за ужином я толком ничего и не съел.

– Дэн, как думаешь, столовая открыта? – спросил я.

– С нами произошел невиданный трындец, а ты о пожрать думаешь? – скептически уточнил тот.

– А чего теперь, убиваться сидеть? – пожал плечами я. – Предлагаю проветриться до столовой, стырить пару булок и вернуться. Хуже не будет.

– Да уж, блин, – его снова передернуло от каких-то мыслей. – Ладно, ты прав, пойдем. Только что будем делать, если она все же закрыта?

– Да вряд ли, – неуверенно предположил я. – Тут же Рай коммунизма, все общее. Наши родаки даже квартиры, насколько мне рассказывали, на замок не закрывали. Тут, думаю, та же история.

– Резонно. Ладно, минутку только погоди.

Дэнчик подошел к своему баулу и вытащил оттуда простыню.

– Туда сложим все честно награбленное, а то не по карманам же распихивать, – пояснил он.

Я согласно кивнул. Ну, а если столовая будет все же закрыта… Вскроем, чего уж там. Там, вроде как, ничего сложного. Чик-пык, готово. Главное только, чтобы без приключений. Хватит на сегодня.