Чтение онлайн

— Иногда эта жизнь не оставляет выбора и скоро ты это поймешь. Я хотел тебя, и я получил, дал тебе возможность получить удовольствие от этого соития, чем ты недовольна. Ты хотела, чтобы я рвал тебя на сухую?

— Хотела выбирать…

— В этой жизни не у всех есть право выбора, у тебя его нет.

— Выбор есть всегда…у тебя есть право первой ночи, а у меня прав больше никогда не видеть тебя. Я хочу вернуться в свой трактир.

В одну секунду из расслабленного мужчины он превратился в дикого зверя. Схватил за горло и вжал в кровать.

— Хочешь уйти? Вернуться в трактир? Прислуживать неудачникам в ожидании пока тебя изнасилуют? Поверь такую как ты ни один не пропустит. У тебя есть только один шанс сохранить себя, остаться со мной.

— Хочешь еще время, хорошо, я тебе его дам. Возвращайся в свою комнату и что бы завтра прислуживала мне за завтраком в волчьем платье. Или поверь, мой следующий урок тебе не понравится.

— Так это было наказание?

— Это было предупреждение — я всегда добиваюсь того, чего хочу.

Что-то было не так… эта женщина въелась мне под кожу. Я хотел только ее, бредил ей, я спал и видел сны о ней. Илле важна для каждого волка, как единственная кто способен подарить волку сына. Да мы испытываем страсть, но это не одержимость и не аналог человеческой любви. Мы скорее оберегаем свою самку, что бы никто не смог посеять в ней семя раньше нас. Я же помешался на ней. Сошел с ума …

Когда я увидел ее так в темном зале и почувствовал ее запах, я озверел. Я хотел запереть ее в самой высокой башне и не показывать никому. Я разрешил ей присутствовать на пиру только по тому что не представлял как она прекрасна. Я не мог смотреть как другие самцы глазеют на нее, как появляется в воздухе запах их возбуждения. Как она посмела…как она посмела явиться перед моими глазами в этом развратном платье. Я знал, что волчьи любовницы носят яркие наряды и не заплетают волосы, но только не моя Илле. Я уже все решил для себя, у меня не было выбора. Но когда я ее увидел в этом зале то готов был убить всех, кто посмел взглянуть на нее. Я готов был рвать зубами и когтями отстаивая то, что принадлежит мне. Запах возбуждения самцов моей стаи лишь подстегнул мое бешенство и возбуждение. Когти наконец-то прорвали кожу и впились в перила… я не сдержался. Она моя и никто не смеет оспорить это.

Мое бешенство подстегивалось моей похотью. Волк требовал закрепить свои права, воспользоваться правом первой ночи пока никто другой не посмел воспользоваться им первый. Возбуждение затмило разум. Мне было все равно на всех и на все кроме нее. По спине пробегала дрожь, казалось я кончу только от ее запаха и общего возбуждения, что витало в воздухе. Все хотели мою девочку…все…но она принадлежит только мне.

Я потерял контроль над своим волком. Он вырвался на свободу и стремился закрепить свои права. Меня вели к цели возбуждение и дикая ярость…необузданная страсть. Волку хотелось тереться об нее, помечать, кусать оставляя метки. Впиться пальцами в ее тело и пометить, заклеймить, оставить себе навсегда, доказав свое право первого. Никто кроме меня не дотронется до нее, никто не будет с ней близок. Только я имею на нее все права. Она только моя. И этой ночью я докажу ей это.

Я практически бежал по коридору и тащил ее за собой. Эта странная девочка была как будто не из этого мира. Ее не интересовало ничего из того, что интересовало наших женщин. Не увлекали побрякушки, возможность сытно есть и сладко спать. В нашем мире такая возможность предоставлялась отнюдь не каждой…но эта готова была работать, но не лечь под волка. Стоило ей только смыть свой карнавал и выставилась бы очередь из желающих ее осчастливить. Волк внутри зарычал.

Она меня постоянно удивляла и этим только подогревала мой интерес. Она посмела бросить мне вызов, оспаривать мою власть…в этой мире на моей земле никто не осмеливался на такое.

Смесь вожделения и бешенства, замешанного на ревности, окончательно сорвало мне голову.

Сучка…не хочет….

Когда волк метит свою самку его слюна попадает в кровь и вызывает временное помутнение и дикую жажду, неконтролируемое возбуждение. Подарок природы, гарантирующей волкам что его выбор всегда будет взаимен. Жив в браке женщина привыкает к слюне своего мужа и морок развеивается.

Я знал, что не прав, но это больше не имело значения. Она принадлежит мне и рано или поздно я ее помечу, так почему не сейчас.

Я впился зубами в ее плечо и завыл от удовольствия…вот оно. Я уже не думал, что, когда-нибудь смогу ощутить это чувство единения. Навек похоронив свою Илле, я не был готов к ощущениям.

О да…она не разочаровала меня. Сейчас без налета напускной цивилизованности, подчиненная лишь своим инстинктам она была еще прекраснее. Я чувствовал ее энергию, ее необузданную старость, она не отводила глаз и заставляла моего волка подчиняться. Я был готов делать все что она скажет, здесь и сейчас она была моей госпожой. Она смотрела на меня так как ни смотрел никто и никогда. Она стала передо мной на колени, а мой волк взвился на дыбы. Все перестало иметь значения кроме взаимно страсти, в этот момент мы были оба ненасытными волками.

Я швырнул ее на кровать и забыл, об осторожности. Я хотел запомнить этот момент, первого единения с Илле, хотел быть нежен. Но мой волк завоеватель, захватчик и он хотел врезаться в память отнюдь не нежностью. Он хотел ощутить всю сладость первого проникновения, когда рвется плоть и льётся кровь. Яд волчьей слюны все превратит в удовольствие и поэтому он не хотел медлить.

Мои пальцы были покрыты ее соком и мой член легко входил, прорывая себе дорогу. Я двигался и выл от удовольствия. Выплескивая сперму внутрь ее, я мысленно видел наших детей. Не удержавшись, я повторно вцепился ей в шею. Она вздрогнула и кажется очнулась, приходя в себя.

Ее реакция на происшедшее не порадовала меня…я не готов был к сопротивлению, мне казалось, что теперь все ясно и понятно. Но она хотела выбор…какой к черту выбор…она не смеет выбрать никого кроме меня.

Вернуться в трактир? Я мысленно усмехнулся, она плохо знает волков если думает, что мы способны упустить добычу.

Ладно…хочет время, я дам ей еще время привыкнуть ко мне. После пира все знают — она принадлежит мне, никто в замке не посмеет ее тронуть. Волк довольно заурчал.

Я умел ждать, добиваясь своих целей, а ничего ценнее чем будущая семья и логово у меня не было. Ради этого я готов был пойти на все.

Я покидала покои Альфы чувствуя себя полностью разбитой и деморализованной. Он прав, как я собираюсь устраиваться в новом мире, куда я побегу, если я в этом мире экзотика. Здесь правили жестокие законы и за изнасилование могли казнить, но не всегда искали. Я слышала страшные истории про женщин, которые ушли в лес за грибами и ягодами и не вернулись. Их истерзанные тела иногда находили, иногда они так и числились пропавшими. Кому поверит суд если я обвиню волка в изнасиловании в стране, где утверждено право первой ночи.

Я чувствовала себя разбитой, плелась в свою комнату, больше не ощущая надежды на будущее. Рано или поздно я покорюсь. Рано или поздно я стану одной из них, и, хотя Альфа привлекал меня я не хотела так. Не хотела, чтобы меня принуждали, и я ничего не помнила.

Голубое плате превратилось в ошметки и мне принесли платье служанки, серое и безликой, но даже в нем я выглядела как красное пятно в этом мрачном замке.

Я больше не хотела быть красивой, я вообще ничего не хотела. Волк дал мне возможность отдохнуть…не работать, и я собиралась ей воспользоваться сполна. Забьюсь на кровати в угол и буду умирать от жалости к себе. Между ног тянуло, кожа бедер была покрыта засохшими сгустками крови и спермы. Я чувствовала, как она вытекает из меня. Он еще и кончил в меня не спросив, хочу ли я от него детей. Я знала, что от любовниц у волков были только девочки, но я не готова была родить ребенка в принципе. Я не нашла своего места в этом мире, у меня не было ни дома, ни профессии способной меня прокормить если я или ребенок начнем болеть. Я боялась этого мира и, наверное, первый раз подумала, что он вполне может меня сломать, превратить в покорную молчаливую куклу.