Чтение онлайн

Как можно использовать малую императорскую печать? Это солидный, дорогостоящий, а главное — под завязку напитанный магией артефакт, с помощью которого, во-первых, можно подтверждать всевозможные декреты и указы: назначить подставное лицо управляющим провинции, «сделать» неожиданного наследника у рода… нет, у правящего такое не прокатит, но просто у сильного драконьего рода — того же Замёрзшие Звёзды, Песчаная Буря или Вулканический — вполне реально.

Во-вторых, с помощью печати можно было успеть подделать кое-какие финансовые документы и издать указ, согласно которому мелкий процент от дальних островов или налог от торговли, скажем, красными карпами будет идти в карман издавшему. Во дворце, разумеется, этой бумагой маячить нельзя, но на дальних островах Огненного Архипелага простой люд будет беспрекословно платить подать. Никто, скорее всего, и не узнает. С одной стороны, мелко, с другой стороны, если воришка додумался именно до какой-то такой схемы, то найти его будет практически нереально. Правда может всплыть через десятки лет…

В-третьих, если с печати сняли слепки шпионы и передали враждебно настроенным государствам, то тут вообще становится страшно… Если только на секундочку представить, что те же эльфы вдруг нападут на Огненный Архипелаг (а у драконов так себе с ними отношения, это всем известно), то даже с помощью подделки можно полностью парализовать целую армию…

Примерно именно на этом этапе моих размышлений дверь скрипнула, и на пороге моей тюрьмы оказалось двое. Масанори-сана я, конечно же, узнала сразу и отчего-то даже обрадовалась, а вот появление принца Олсандера Аккрийского стало для меня откровенным сюрпризом. Хотела бы я сказать, что встретила гостей достойно, но увы, всё, что у меня получилось, — это попытаться подняться с татами. К сожалению, я так долго лежала в неудобной позе, что нога затекла и подвела в самый нужный момент… В общем, то, что у меня получилось, выглядело до ужаса неприличным и не достойным ни леди, ни тени огненного клинка.

Однако принц Олсандер и глазом не моргнул, словно перед ним была не я, а прохладный чайник, который можно долить и переставить. Он кивнул, и исэи ловко влил мне в рот какое-то зелье. Позднее выяснилось, что это «болтательное». Прекрасно. Как будто я прежде отличалась молчаливостью и таинственной скромностью, ага.

А затем на мою голову водрузили какой-то обруч и зажгли рядом лавандовую благовонную палочку. По тому, как принц и исэи уставились на мою голову, сразу стало понятно — артефакт. А дальше пошли многочисленные вопросы… Что удивительно, Олсандер спрашивал точь-в-точь то же, о чём я думала клепсидрой ранее: как печать появилась в моей комнате, были ли у меня контакты с представителями других государств, есть ли у меня враги среди драконьих родов. А среди эльфов?

Вопросы так и эдак повторялись, переформулировались, но я всегда отвечала одно и то же. Понятия не имею, как печать оказалась на моём футоне. С ночи Цветения Сакуры с остроухими не общалась. Клинки — да, сохранились, но это же ведь просто оружие в подарок, верно? Врагов не имею. Оба мужчины всматривались в обруч на моей голове, но он вёл себя как обычный предмет. Не светился, не жёгся, не левитировал… Обруч и обруч. Если бы не вторая ипостась, я бы даже магии от него не почувствовала, но она определённо была. Я про себя решила, что это артефакт, определяющий злой умысел или нечто подобное. Вот только чем дольше я отвечала, тем сильнее хотелось спать, и возникало ощущение, что силы меня покидают.

Когда благовонная палочка начала догорать, Масанори-сан выразительно посмотрел на принца. Кажется, время у них заканчивалось. То ли зелье было с определенным сроком, то ли артефакт долго не мог работать, уж не знаю. Олсандер нахмурился, но кивнул.

— И последнее, — спросил он, поднимаясь. — Как ты узнала о землетрясении?

— Просто знала, — ответила я и впервые ощутила, как лоб начало неприятно сдавливать. Сверчки в горшке! Ну не хотела я ничего рассказывать ни про сделку с богиней, ни про параллельную реальность и второй шанс. Вроде бы Аврора не брала с меня слова, но интуиция, знаете ли, у меня всегда хорошо работала.

Ох, как же спать хочется… Странно, я вроде только недавно проснулась.

— Ты врёшь! — вдруг заявил Олсандер, резко вскинув голову, но палочка в этот момент окончательно потухла, а Масанори-сан поспешил прервать наш диалог:

— Ваше высочество, увы, но я настаиваю, что артефакт надо снимать с её головы. Нам и так повезло, что госпожа — оборотень и способна выдержать такую нагрузку…

Прода 26.02.2026

Дальше принц принялся спорить с исэи, а я совершенно неаристократично легла на татами. Такая усталость резко навалилась!

— Видите, ей уже хватит, — пробормотал Масанори-сан, и с моей головы стянули проклятый обруч. Ощущение было такое, как если бы с меня сняли деревянные сандалии после бега по каменным плитам. Облегчение, одним словом.

Послышались удаляющиеся шаги, принц Олсандер, судя по всему, покинул мою скромную обитель, а Масанори-сан задержался, собирая остатки благовоний. А я вдруг вспомнила, что что-то хотела у него спросить. Что-то важное… Ах да!

— Уважаемый Масанори-сан, — пробормотала я, чувствуя, что даже не могу открыть глаза.

— Отдыхайте, милая леди, вы заслужили, — перебили меня.

— Это всё понятно… — Я качнула головой, показывая, что хочу поговорить. — У меня в последнее время что-то не так… зуд…

Я пыталась придумать благородный способ сказать «у меня чешется попа», однако пока мучительно перебирала варианты, исэи уже успел меня осмотреть.

— Давно ли вы обращались в лисицу?

— Так… пару дней назад. — Я с трудом припомнила момент, когда подслушала разговор Мирана и Ханами.

Неужели подслушивать — это нынче духовная практика?

— Видимо, с тех пор вы успели сотворить нечто такое, за что боги решили вас благословить. Поздравляю, леди Элирия, вы теперь кицунэ. У вас два хвоста.

Два хвоста?! Боги благословили?..

Меня?!

Но стоило так подумать, как в голове вспыхнула куда более тревожная мысль: быть такого не может. Великая Прядильщица отобрала у меня хвосты, это было по-честному, с ритуалом, устным согласием и моим идиотизмом.

Означает ли это, что наша сделка больше недействительна?

Вряд ли, я же всё равно пребываю в прошлом… то есть в параллельном прошлом. Всего лишь эвакуировала людей с острова перед землетрясением… Очень захотелось расспросить Масанори-сана, почему, на его взгляд, у меня мог появиться второй хвост, но язык словно присох к нёбу.

Тем временем пожилой мужчина пробормотал нечто вроде «буду за вас молиться, чтобы нашли настоящего преступника» и попрощался. До слуха донеслись шелест ткани, шаги и звук закрывающихся дверей. А я так и продолжила лежать, думая о втором хвосте и о том, как всё это могло случиться. Ощущение было такое, будто жизнь взяла меня за шкирку, встряхнула, как воришку в лавке, и сообщила: «Поздравляю, теперь всё будет ещё веселее».

Мозг медленно отчаливал в Империю Сновидений, и в следующий раз я проснулась уже от того, что меня бесцеремонно трясли за плечо:

— Элирия, проснись! Да проснись же ты! Это важно! — шептал мужской голос над самым ухом.

* * *

Огненного клинка Мирана-сана вызвали в павильон Небесного Дракона внезапно. Он подрядился работать в праздники, которые, по существу, растягивались аж на три дня. Мужчина сторожил южные ворота, когда слуга протянул записку. Впрочем, о её содержимом он догадался ещё тогда, когда только увидел клочок рисовой бумаги.

Миран быстро пересёк внутренний двор. Гравий под ногами тихо шуршал, явно стараясь не мешать его мыслям. Вокруг, в отличие от него, царило оживление. Фонарики раскачивались на ветру, слуги несли подносы с фруктами в сторону северного сада, музыканты настраивали инструменты. Праздник Первого Дыхания шёл своим чередом — громким, цветным, радостным, а Миран нервно поправлял на себе одежду, прокручивая в голове ещё раз всё, что сообщил на допросе.