Второй шанс для Тумана
Шрифт:
– Чего ты хочешь?
– кричу я.
– Приедешь и я все тебе расскажу. Жду! Не теряй времени зря... Кто-то может не пережить новогоднюю ночь...
А дальше гудки. А меня срывает. Истерика накрывает с головы до ног. Я кричу, плачу...
– Нет, нет, нет... Пожалуйста...
– кричу я.
Меня накрывает безысходность... Мне страшно.
Олег встряхивает меня. Резко. Так что я клацаю зубами.
– Соберись!
– шипит он мне.
– Думай, что ему нужно? Давай же Есения!
– Я не знаю...
– шепчу я.
– Я должна была выйти за Мусаева...
– Твой отец может быть причастен к похищению Дарины и Мусаева?
– Я не знаю!
– кричу я.
– Я жила за границей много лет... Я не знаю... Я его вообще не знаю... Я росла с нянями... А его я всегда только раздражала... Даже просто своим присутствием...
В доме раздается звонок.
– Надеюсь это Глеб!
– говорит Олег и идет открывать дверь.
Но это не Глеб. Это Жанна и ее муж, а с ними еще мужчина в возрасте. В погонах. Он осматривает комнату и останавливает свой взгляд на мне. Прищуривается.
– Теперь я понимаю Макса!
– говорит он улыбаясь.
– Все будет хорошо! Павел Дмитриевич.
– подходит ко мне и протягивает руку. Пожимаю в ответ. От этого мужчины веет спокойствием.
– Какие есть новости?
– спрашивает муж Жанны.
Но я перестаю их слушать. Жанна хватает меня под руку и уводит от них в сторону.
– Тише девочка! Все будет хорошо!
– Жан, я не смогу...
– Цыц! Все разрулим. Думаешь Макс сдастся? И ты не смей! Ты сильная девочка, соберись...
А дальше все было как в тумане... Кругом беготня, ор, ругань. Рядом со мной сидела Жанна и гладила за руку, но иногда уходила.
Я сама не поняла в какой момент и как так получилось?! Но вот я уже еду на машине в дом отца. Меня тут ждут. Ворота распахиваются, и я заезжаю. Выхожу из машины и оборачиваюсь. Я приехала на машине Макса. Смотрю на нее и понимаю что она инородно выгладит здесь. Она не должна быть здесь...
– Пройдемте Есения Эдуардовна!
– говорит один из охранников.
Прохожу мимо него и иду по указанному направлению. Что меня ждет там я не знаю...
Укол в плечо и все вокруг померкло...
Тагир
Бл*ть как же х*ево то?! Неужели я так надрался... С*ка ничего не понимаю. Открываю глаза и морщусь. Тусклый свет х*ярит по глазам так, что стону от боли...
– Тагир...
– слышу тихий шепот сбоку.
Поворачиваю голову и смотрю... Дарина... С*ки... Губа разбита, с носа идет кровь... Какая с*ка посмела. Дергаюсь и понимаю что руки скованы за спиной. Собираюсь с силами и кое-как поднимаю корпус. Облокачиваюсь на стену и осознаю все происходящее...
– Эдик, с*ка!
– рычу я.
Все тело ноет, и пока мало реагирует на мои попытки пошевелиться. Чем этот урод обколол? Осматриваюсь по сторонам и замечаю еще одного человека. Макс Туманов. Сидит прямо напротив меня. Все левое плечо в крови, но рану кто-то обработал. Избит сильно, мне кажется что ему дышать даже больно... Какого х*я тут происходит?
Перевожу взгляд на Дарину. Сидит, трясется, вся запуганная... Бл*ть... Надеюсь Ник все поймет... С*ка как же он был прав, что одному нельзя... Не думал, что этот урод посмеет. Как только решился, он не переживет откат потом...
– Ты как?
– шепчу ей.
– Мн-нне сттрашнно...
– у нее начинается истерика. Она сидит, скулит...
– Тише, не ной! Соберись!
– перевожу взгляд на Макса.
– Понимаешь хоть что-нибудь?
Он лишь отрицательно мотает головой.
В этот момент двери открываются и заходит сам Эдуард Баринов. За ним идет охрана. У одного из них на плече висит Есения. Макс дергается, но стоне и шипит от боли.
– Тише зятек.
– усмехается этот урод.
– Ладно положите ее к нему...
Его слушают и выполняют. Вся охрана распределяется за его спиной. Человек восемь.
– Так интересно получается...
– начинает театрально он.
– Вы все вместе завязаны... Я вам сейчас такое расскажу, вы охренеете!
– и ржет как конь.
– Только сначала пусть проснется наша спящая красавица. Никто же никуда не спешит?
– с издевкой спрашивает он.
– Я тебя убью Эдик!
– рычу я и дергаюсь.
– Громкое заявление, Тагир!!!
– усмехается он.
– К чему это все? Причем тут Дарина?
– Не спеши! Все узнаем. Набираемся терпения и ждем...
Есения
Пить... Я очень сильно хочу пить...
Пытаюсь открыть глаза, но тусклый свет режет... Как будто в глаза насыпали кучу песка...
– Еся...
– слышу родной голос и распахиваю глаза.
Макс сидит облокотившись на спину, руки за спиной. Все лицо... Мамочки... Вскакиваю и тут же стону от боли во всем теле. Упираюсь руками в какой-то матрас и смотрю на него. Левая сторона рубашки в крови. Он ранен. Нет, пожалуйста только не это...
– Тише малышка!
– хрипит он.
– Все будет хорошо!
– успокаивает он меня.
Его дыхание тяжелое... Будто ему трудно делать вздох... Он устал. Его глаза они словно гаснут...
Нет, нет, нет.
– Как мило!
– раздается за спиной голос отца с усмешкой.
Оборачиваюсь и замираю. Прямо напротив нас сидит Тагир и Дарина. Оба потрепанные. А отец стоит посередине...
Подвал... Мы все находимся в подвале... Я помню его... В детстве он часто меня тут запирал... Я сидела в темноте и ждала когда за мной спустятся... Только этот подвал не в доме. А в конце участка под землей... Даже если и приедут к дому отца, нас тут, врятли будут искать...
– Итак наша спящая красавица проснулась. Пожалуй можно и начинать... А то уже скоро новый год! Ну вы же знаете, как встретишь новый год, так его и проведешь!
– ржет он.
Смотрю на этого человека и не узнаю. Но одно я вижу точно, это больной человек. Обезумевший от своей власти, жадности, злости... И сейчас я остро поняла и почувствовала, что отсюда выйдет только один человек и это будем не мы...
28. Глеб / Есения