Чтение онлайн

– А наглость – второе счастье, да Князев? – всё же не сдержалась и высказала свои мысли насчёт его поведения.

– Меня, если что, Саша зовут. – ответил невозмутимо и до раздражения спокойно.

– Да я уж в курсе, как тебя зовут. Но, правда, сути это не меняет. – кое-как сдержалась, чтоб не фыркнуть вслух.

– Ну, может, есть немного. Разве это плохо? Вы, кстати, одна живёте? – всё так же спокойно ошарашил меня последним вопросом.

В этот самый момент мои глаза уже в буквальном смысле на лоб полезли.

– Не забывайся, Саша. – произнося его имя, сделала на нём очевидный акцент. – Мы хоть и не в стенах университета сейчас, но это не значит, что не нужно соблюдать субординацию. Не нарывайся. Да и это тебя явно не касается. – кто бы знал, скольких сил мне стоило сдержать себя в руках.

– А что, если мне хочется нарваться? – проговорил этот самонадеянный мальчишка, не скрывая лукавой улыбки.

– Что за мазохистские наклонности? – усмехнулась в ответ. Признаться честно, меня немного обескураживало его поведение и какая-то нагловатость, что ли.

В целом, дорога до дома пролетела практически незаметно, за нашими мелкими уколами друг другу. Даже удивительно, что в итоге я смогла немного расслабиться. И когда мы подъехали к моему дому, Саша снова заставил меня оторопеть. Не успела я опомниться, как открылась пассажирская дверь и я снова оказалась в руках этого несносного мальчишки.

– Князев! Ты в своём уме?! Поставь меня быстро на землю! Не бери на себя слишком много! – уже не стала себя сдерживать и сказала с долей раздражения. Что он вообще о себе возомнил?

– Не-а. Да и разве это много? Вы совсем невесомая. Говорите, куда нести, всё равно не опущу. – по его тону и упрямству во взгляде, поняла, не отпустит. А спорить дальше и устраивать концерт возле своего дома, на радость соседям, тоже не было желания.

Скрепя сердцем, назвав свои подъезд, этаж и квартиру, предприняла ещё одну попытку заставить поставить меня на ноги. На что снова получила категоричное «нет». И вот сейчас чувствую, что начинаю вскипать. Медленно, но верно. Ещё сильнее, чем до этого.

– Александр, ты совсем краёв не видишь, что ли? Я твой преподаватель, это всё не прилично, в конце концов. – продолжала сокрушаться.

После этих слов, ощутила, как его рука переползает чуть ниже, и крепче сжимает меня за попу. Клянусь, это стало последней каплей.

– Вот это уже не очень прилично, Мирослава Андреевна. И то, лично меня ничего не смущает. – он или реально не понимал, или так мастерски прикидывался.

Но анализировать его поведение я больше не стала. Влепила ему звонкую и хлёсткую пощёчину. Ещё и гневным взглядом наградила. Это край. Это не норма, так себя со мной вести. Только сейчас осознала, что мы уже напротив двери в мою квартиру.

– Поставь. Меня. На место. И никогда больше не смей так делать! – выплюнула ему в лицо. Да только судя по его невозмутимому лицу, плевать он хотел на мои слова.

– Хорошо. Так не буду. Буду по-другому.

Даже понять не успела, что конкретно он имел в виду, как вдруг этот несносный мальчишка решил показать наглядно. Он резко перехватил меня и поменял положение. Подхватив меня под ягодицы, вжал спиной в стену. Чисто рефлекторно обхватываю Князева ногами, из-за чего сразу чувствую боль в правой. Но не успеваю я скривиться от боли или возмутиться его наглости, как на мои губы обрушивается поцелуй.

Я словно окаменела. Каждая мышца напряглась. Шок. Непонимание. Удивление… Отдача? Я даже не заметила, как начала отвечать.

Это был какой о дикий и животных поцелуй. Как попытка заклеймить и присвоить. От подобного напора от нас искрило. Ещё немного и рванёт, снося волной эмоций и ощущений всё на своём пути. Просто за гранью.

Придерживая меня одной рукой под ягодицы, другой обхватил сзади за шею, и прижал ещё ближе к себе. Его язык уже вовсю хозяйничает у меня во рту. Это похоже на чистое безумие. Так откровенно и порочно. Недопустимо и в то же время… желанно? Мы периодически бьёмся зубами, кусаемся, стонем. За всю свою жизнь я так не целовалась. Так, что почва из-под ног уходит. Что сердце бешено стучит от эмоционального экстаза.

Чёрт, не верю, что я отвечаю. И ещё как! С полной отдачей. Ухватившись руками за его волосы на затылке, стону в рот. Ощущаю внутренней стороной бёдра твёрдый от возбуждения члена, который не скрывает даже слой одежды. Чуть качнула бёдрами, впечатываясь плотнее. Я словно мартовская кошка в брачный период. Напрочь отбросила стеснение и скромность. Это будто и не я вовсе.

Твою мать, что я делаю? Я преподаватель, он студент. У нас огромная разница в возрасте. Просто пропасть, даже для разовых отношений. Я вообще не должна думать ни о каких отношениях с этим мальчишкой. Понимаю, как никогда отчётливо, что нужно прекращать. Сейчас же обрубать то, что происходит. С силой сжала зубы на его губе и тут же ощутила металлический привкус во рту. Увернулась в сторону и отстранила голову под гневное рычание.

Тяжело дыша, Саша меня отпускает. В его глазах дымка возбуждения, он тяжело дышит, сжимая кулаки до побелевших костяшек. Пытается дотронуться до моего лица, и получает вторую за несколько минут, звонкую и жгучую пощёчину. Ничуть не уступающую по силе первой.

– Никогда не смей ко мне прикасаться! Ты мой студент. Точка. Заруби это себе на носу. Большее тебе не светит. Мне нужна эта работа, а тебе нужно получить образование. Советую все нереализованные импульсы направить на учебный процесс.

Выскользнув у него из-под руки, дрожащими пальцами открыла дверь и, не дожидаясь хоть какого-то ответа, пулей влетела в квартиру, захлопывая за собой дверь.

Прислонившись спиной к стене, медленно сползла вниз и пыталась восстановить дыхание. В груди все внутренности стягивало и сжимало словно в тисках. Мысли лихорадочно крутились в голове, недавняя трезво оценивать ситуацию. Хотя и так понятно, что ни туда я влезла и позволила себе слишком многое. И не только себе, но и ему. Ну не дура ли?

– Мира, дочка, что-то случилось? – прозвучал мамин взволнованный голос. Даже не заметила, как она появилась в коридоре.

Не имея ни малейшего желания рассказывать о случившемся минуту назад, вымученно улыбнулась. Подавив дрожь в голосе, сказала, что всё хорошо. Хорошо, как же. Снаружи, может, у меня и получается создавать маску спокойствия и безразличия, но внутри полыхает пожар. Заживо обжигает. Это пламя, словно неуправляемая стихия, не дающая, себя обуздать.

Раздевшись, первым делом зашла в ванну и заперлась. Смотрела на себя в отражение и не узнавала. Припухшие от поцелуя губы, взлохмаченные волосы. Но главное… главное взгляд. Лихорадочный и безумный.