Чтение онлайн

– Очнулся, родименький! – раздалось где-то над ухом. – Давай просыпайся, окаянный!

В барабанных перепонках сначала было чувство ваты, когда ты вообще ничего не слышишь, а потом резко раздался невыносимый звон, после которого послышался странный гул разговоров людей, фырканье лошадей, кудахтанье кур…

Зрение постепенно начало проявляться, но картинка была расплывчата.

Внезапно меня окатили ведром холодной воды, и, подскочив с места, как шуганный, я окончательно очнулся.

– Кристиан, а ну быстро на поля, овёс сам себя не выкопает, – женщина, стоящая передо мной и одетая как-то по-другому, уже около пяти минут возмущалась. – Совсем уже противный стал!

«Кристиан»…

Но я ведь Кирьян…

И эта женщина в крестьянской одежде…

Что происходит? Может, я сплю? Ай! Нет, не сплю…

Ущипнуть себя, увы, удалось, было больно, но от этого легче не стало. Смотря различные фантастические фильмы про попадание в прошлое, не понимал, как главным героям удаётся не сойти с ума от всего происходящего с ними. Но я ведь не в прошлом?.. Нет конечно. Бред!

– Кристиан, ты совсем дурной? А ну быстро за работу! – в меня прилетело второе ведро ледяной воды, и я в два счёта подскочил на ноги.

– Да иду я! – недовольно огрызнулся, но очень пожалел, потому что по щеке прилетела звонкая пощёчина.

– Ещё оговариваться он со мной станет, пошёл к Ивашке быстро, и чтоб вдвоём до сумерек управились, – в конце эта пышная мадам эмоционально сплюнула на сено, собственно на котором я очутился.

Еле шевеля ногами, пришлось выйти из какого-то сарая и последовать туда, не знаю куда.

– Ивашка. Где я его тебе найду? У меня из знакомых был только Иван Александрович, который учил второй курс в параллели, но сомневаюсь, что ещё один учитель истории каким-то чудесным образом окажется здесь, – бубнил себе под нос, даже не смотря вокруг. – Что вообще происходит? Меня вся эта ситуация ну чересчур напрягает! Надо восстановить хронологию событий…

Но, к сожалению, хронологии не суждено было сбыться.

– Тиан! – послышалось где-то рядом. – Крис! Кристиан!

Глаза зацепились за низенького парня, активно жестикулирующего руками в мою сторону.

– Видимо, Ивашка нашёлся… – скептический вывод, из которого следовало направиться к парню. – Здравствуй, Ваня.

Я на мгновенье замер и оглядел его с ног до головы. Свободная рубаха, завязанная ниткой ниже бёдер, белый расшитый воротник, безразмерные штаны и ботинки. Копна рыжих волос и россыпь веснушек по всему лицу. Проклятье! Он же вылитый черносошный крестьянин…

Лихорадочно оглянувшись вокруг себя, увидев деревянные, иногда ветхие дома, различный скот и людей, одетых как под копирку, я нервно закусил губу.

– Тиан? – на плечо упала тяжёлая рука Ивана, которая еле доставала до меня. – На солнце перегрелся? Оно вроде ещё не активно…

Я резко развернулся, и, видимо, мои испуганные стеклянные глаза напугали беднягу.

– Вань, а какой сейчас год?..

Крестьянин (но это не точно) удивлённо посмотрел, а потом звонко рассмеялся.

– Тьфу, точно перегрелся! Шестнадцатый век, тысяча пятьсот пятьдесят пятый год от рождения Христа, – хитро сощурившись, пояснил он. – При батюшке Иоанне IV служим черносошными крестьянами. Ну? Теперь-то очнулся?

– Чёрт! Ой, – я прикусил язык, – то есть матерь божья!

Выдвинутая мною фраза была лишь маскировкой, потому что душевное состояние явно было на грани срыва. Если бы не рядом стоящий Ваня, я бы уже ушёл в себя или что хуже – отключился.

– Тиан, овёс уже скоро размером с меня будет, если мы вспахивать не начнём! – он посерьёзнел, видеть его в полугневе было чем-то необычным.

– Да-да, прости, я, видимо, правда перегрелся…

Ивашка немного улыбнулся, а после передал мне, судя по всему, инструмент для пахоты. Из истории я помнил, что крестьяне чаще всего использовали плуг на тяжёлых, бледных землях. Но наша почва была противоположностью этой, поэтому и инструмент другой.

Это была толстая длинная деревянная доска с раздвоением внизу – ногами, на которые были надеты металлические наконечники. Название вроде на «с»… С… се… со…

– Ну что встал! Соху в руки – и поехали!

Точно! Соха!

Ванька начал вспахивать, а я внимательно изучил его действия и приступил к работе сам. Сидеть без дела я не собирался точно, раз уж оказался в прошлом, на чужом месте, будь добр – трудись.

Первые пять минут было легко, я умело подрезал сошниками землю, что важно – горизонтально!

Но потом, когда по второму разу я рассекал пласты земли, начался ужас… Спина спустя время решила включить самую высокую болевую напряжённость, что почему-то сказалось на лёгких, и я стал тяжелее дышать, или это была очередная психосоматика.

Пахать сохой (овёс её б подрал!) было непросто: она то и дело выскакивала из земли. К тому же соху необходимо всё время держать на весу.

А Ивашке было, видимо, абсолютно всё равно, потому что, в отличие от меня, товарищ стал жаловаться на спину только спустя два часа на открытом солнце.

Время пролетело незаметно, я пытался поговорить с рыжиком, но сил не хватало даже на произнесение слога, не то что предложения. Василиса Егоровна (женщина, ранее накричавшая и облившая меня водой) принесла один раз кувшин с питьём, чтобы от жары не только внешней, но и внутренней нас не охватило обезвоживанием, а потом и более серьёзными последствиями.

Как только солнце зашло за горизонт, я упал на землю с тяжёлым вздохом и прикрыл веки.

Рядом послышался звонкий смех, который очень старательно пытались подавить.

– Да, дружище, не знал я, что ты такой хиляк, – в голосе чувствовались нотки иронии. – Раньше в два раза больше меня вспахивал, а сейчас даже половину поля не закончили. Ну ничего, завтра с новыми силами закончим вспашку, а на следующий день начнём бороздить.

Я резко открыл глаза, проморгался, посмотрел на Ваню и одними только мыслями выругался на всю почву и овёс, а крестьянину показал палец вверх, хотя я сомневаюсь, что он знает его значение.

***

В ветхий домик я вернулся почти без сил и сразу же завалился спать, не думая о том, что вообще со мной произошло за эти часы. А произошло ну очень много странного. Но из упомянутого ранее следует сделать вывод, что этим вопросом я занялся следующим утром.