Чтение онлайн

– Нет. – Сразу заявил я, моментально поняв, к чему клонит Захар. – Никого из агентства больше втягивать не буду.

СОБРовец почесал коротко остриженную голову.

– Дело, конечно, твое. – С досадой произнес он, явно рассчитывая на иной расклад. – Но сам понимаешь: мы вдвоем можем не потянуть, а дело такое, что всех коснуться может. Так что, хочешь не хочешь, но все втянутся рано или поздно.

– Так давай все официально проведем. – Предложил я.

– Делу хода не дадут, – возразил приятель. – Кто бы это не затеял, у него везде подвязки имеются. Помяни мое слово: тебя снова закроют, а меня минимум со службы выпрут. Нам оно надо?

– Не надо.

– Вот и я так думаю.

Мы оба помолчали наблюдая, как на экране кривляется очередной потомок некогда великой актерской династии. К сожалению или к счастью, талант и умение играть не передавались по наследству, так что зрелище оказалось весьма жалкое и посредственное. Уж на что я не привередливый зритель, но отыгрывать радость с абсолютно невыразительными глазами дохлой рыбы и натянутой улыбкой может или полный бездарь или имбецил. Впрочем, одно другому не мешает.

– Смотрю такое и все больше понимаю тех, кто переходит на анимацию, – с сожалением протянул Захар. – Какое же это все дерьмо.

– И, прошу заметить, ты меня на него притащил. Я бы лучше с кем-нибудь еще раз в туалете подрался, чем смотреть вот это, – я указал пальцем на экран, где теперь переодетый в женщину старик-актер пытался тщетно сыграть похоть, глядя на молодых студенток, у которых он, видимо, работал вахтершей в общежитии. – Кто блин это снимает?

– Кто это смотрит? – в тон мне произнес Захар, после чего мы взглянули друг на друга.

– Мы не считаемся, – заметил я. – Мы тут по делу. Другие, может, тоже не пойдут.

– Блин, надо заценить этот фильмец! – тут же донеслось откуда-то спереди.

– Некоторые пациенты безнадежны, – вздохнул я и переключился на прежнюю тему. – Тебе что-нибудь удалось узнать?

– Нарыл кое-что про «Вторую смену». Это довольно крупная банда, которая разделяется на две поменьше. Одни занимаются официальным и почти официальным бизнесом, а другие всякой чернухой. Чтобы перейти из низших в высшие нужно доказать свою полезность.

Я кивнул.

– Делать грязную работу.

– Ага. Кто отличается – получает повышение, кто лажает – отправляется на тот свет.

Мне тут же вспомнился рассказ Яны о том, что сделали с попытавшимися прессануть меня неудачниками. Да уж, сурово ребята работают.

Между тем Захар продолжил:

– Доказать связь мокрушников и их паханов никто не может. Хвосты они подчищают умело, да и на лапу регулярно дают, кому надо. Там не прикопаться.

В этом у меня сомнения не было, иначе банда просто перестала бы существовать. «Вторая смена» же цвела и пахла. Пахла, конечно, дерьмом, но такова суровая реальность. А еще эта банда, судя по всему, планировала расширить зону влияния и подмять под себя Чертаново, а потом, может, и какие-то другие районы.

Правильно прочитав мой мрачный и задумчивый взгляд, Захар покачал головой:

– В открытую к ним лучше не лезть – задавят числом.

– Тогда какие варианты?

– Самые херовые, – безжалостно заявил Захар. – Можно попробовать убрать тех, кто у руля и рассчитывать на то, что остальные вцепятся друг другу в глотки в борьбе за власть.

– Радикально, – я понимал, что суровые времена требуют суровых решений, и покончить с произволом, не пролив и капли крови, не получится. И хорошо еще, если кровь будет только вражеской. – Но геморно и не эффективно. Ну вальнем одних уродов – там другие подтянутся. Нас на всех не хватит.

– Согласен. Поэтому есть еще вариант.

Я вопросительно взглянул на товарища.

– Нужно узнать, кто из шишек их крышует и уже от этого плясать.

– Разумно. – Одобрил я. – Но как это сделать? Наверняка паскуда шифруется.

– Поэтому я и хотел, чтобы твоя невидимая подруга нам помогла. Да и остальные тоже пригодятся. Тот шустрый тип, например, может…

– У того шустрого типа УДО, как и у меня, – напомнил я Захару. – Бегает он быстро, но один раз не туда наступит и поедет в места не столь отдаленные. Другие ребята в агентстве тоже под пристальным наблюдением. Не могу я их просить так рисковать.

– Но сам-то рискуешь.

– Это другой разговор. Своей жизнью я сам распоряжаюсь.

– А ты подумал, сколько жизней могут загубить эти бандиты и та дрянь, которую они впаривают слабым одаренным?

– Подумал! – огрызнулся я, и тут же понизил голос. – Поэтому мы здесь с тобой сейчас и разговариваем. Если ты пацанов из отряда впутывать не хочешь, то почему я должен?

– Потому что… – Захар осекся.

Пусть в кинотеатре и приглушили свет, но по глазам бывшего сослуживца я понял, что он хотел сказать, но не сказал. Он считал моих новых друзей людьми второго сорта. Теми, кого не жалко.

– Договаривай, – я никогда не любил домыслы, поэтому хотел все прояснить здесь и сейчас.

– Слушай, – миролюбиво произнес Захар. – Ну ты же тоже понимаешь, что они те еще отморозки. Какая от них польза обществу?

– Ты удивишься, но большая. – С каждой секундой мне все меньше хотелось продолжать этот разговор.

– Они уже оступались: кто раз, кто два. – Продолжил настаивать на своем Захар. – Когда каждый из них снова сядет – вопрос времени. Сам вспомни, сколько раз мы одних и тех же принимали? Ловим, их сажают, потом они выходят и все по новой. У них это в крови…

– У меня, значит, тоже? – я впился взглядом в голубые глаза блондина.

– Не обобщай.

– Почему же? – я вскинул бровь и продолжил уже спокойно, но не без скепсиса. – Закон я нарушил? Нарушил. Сел за это? Сел. Вышел? Как видишь. Выходит, мне скоро обратно на нары? Статистика у тебя есть какая-то? Сколько мне еще гулять?

– Макс, не усложняй.

– И в мыслях не было.

– Тогда чего начал?

– Начал ты, когда разделил людей на хороших и плохих лишь по их прошлому. Ты думаешь, все сами себе судьбу выбирают или кто-то не совершает ошибок? Я этих ребят почти каждый день вижу и говорю тебе, что они свой второй шанс заслуживают. Они не хуже тебя или меня.

– Как скажешь, – черты лица Захара обострились, на мощной челюсти вздулись бугорки. – И хрен ли нам с этим делать?

– Надо подумать, – я откинулся на спинку кресла и уставился на экран, где уже начались заставки перед фильмом. – Надо подумать, и выпить пива. – Я встал и вышел из зала.

Сеансы начались в большинстве залов, так что очередь у буфета немного рассосалась. Впереди меня стояло лишь пять человек. Было бы здорово, если бы каждый из них точно знал, что хотел заказать. Не то чтобы я куда-то спешил, фильм все равно не в моем вкусе, просто мне никогда не нравилось топтаться на месте.