Второй шанс
Шрифт:
– Я не желаю больше ничего слышать от Тане, мама. Этой женщины больше нет в моей жизни и не будет. Я полюбил другую девушку, мама. И женюсь на ней, - процедил Руслан.
– Какую другую? Отрепье эту? Марию Игнатову? Ты в могилу меня свести хочешь своими выходками? Сначала на одной ущербной женился, теперь на другой?
– Не смей так говорить ни о моей покойной жене, мама, ни о будущей жене. Как же ты меня достала. Вот где сидишь! – гаркнул, проводя большим пальцем у себя под горлом.
– Сынок…
– Я в курсе, что ты наняла неумёх, чтобы те следили за мной по пятам. Сначала меня это веселило, а теперь стало бесить. Я не потерплю, чтобы ты и дальше совала нос в мою жизнь. Или ты отзовёшь этих придурков сама, или мне придётся с ними разобраться.
– Руслан, я же хотела…
– Я знаю, чего именно ты хотела, - резко перебил, - и ещё, не смей угрожать Маше. Даже приближаться не смей ни к её сыну, ни к ней самой. К дочке моей тоже не подходи, даже разговаривать с Юлей не смей. Ты плохо на неё влияешь. Я сегодня же распоряжусь, чтобы тебя не пускали на порог моего дома, - высказывался, чувствуя, как впервые его кроет от эмоций и ярости. Да такой бешеной злости Руслан в жизни никогда не испытывал.
Отец ошалело смотрел на сына и не мог произнести ни слова. Прежде Руслан никогда себя так борзо не вёл со старшими, ещё и с родителями.
– Марк, ты это слышишь? Дожилась! Сын родной угрожает. Вот что бывает, когда водишься с низкопробными людьми. Да ты сам стал таким же, Руслан, - произнесла Евгения Ивановна, прикладывая ладонь к груди.
– Мне плевать на твои умозаключения, мама. Ты можешь не любить мою дочь, можешь презирать Машу и думать вообще всё, что тебе заблагорассудится. Но думай молча! Про себя. Не выплёскивая свой яд наружу.
– Сынок, ты не имеешь права так со мной разговаривать. Я думаю о твоём будущем и…
– Я уже вырос, мама. Сам подумаю о своём будущем, а ты просто не лезь. Знаешь, двенадцать лет назад ты оборвала со мной всякое общение, сказала, что сына у тебя больше нет. Сейчас эти слова говорю тебе я. Ещё раз появишься рядом с моей дочкой, Машей или её сыном, и я отрекусь от тебя, мама. Ты перестанешь для меня существовать.
– Да как ты смеешь! – крикнула, замахиваясь на него рукой, но он перехватил руку матери, несильно сжав.
– Смею, мама. Надеюсь, ты меня услышала. Оставь мою семью в покое. Занимайся своей семьёй.
– Руслан, ты и правда собрался жениться? – уточнил отец, - на женщине с ребёнком?
– Да, - сразу же ответил.
– Но она ведь ещё замужем!
– А скоро будет замужем за мной. Я не вижу в этом никаких проблем.
– А незамужних и молодых ты рассматривать не пробовал, не? Зачем тебе тридцатилетняя женщина с чужим ребёнком, Руслан?
– А это, папа, не твоё дело. Я вот тоже не понимаю, как ты столько лет живёшь вот с это й женщиной, - кивнул в сторону матери, - а Машу я люблю. И твои и мамины доводы для меня не в приоритете, уж извини.
– Руслан, я думаю, что тебе нужно остыть. Я не потерплю от тебя хамства, - процедил Марк Петрович.
– Я тоже не потерплю от вас того же, папа. Жену свою приструни. Надеюсь, мы друг друга поняли.
.
Руслан не желал более задерживаться в этом доме. Убрался прочь, а через двадцать минут был уже у себя дома. Не стал сообщать родителя, что Максим приходится ему родным сыном. Они Юлю не признали, которая родилась в законном браке. А Максима и вовсе будут бить словами и осуждать, как именно он появился на свет.
Руслан с силой выдохнул. Главное, что правду знает он сам и Маша. Придётся ещё и детям сказать. Понятно, что рано или поздно родители узнают правду. Но лучше пусть это произойдёт поздно, чем рано.
Во дворе его встретила дочка, довольно улыбаясь.
– А где Сергей, Юль?
– С дядей Толей за домом. Я просто услышала шум машины и побежала тебя встретить.
Руслан приподнял дочь, прижимаясь губами к её щеке.
– А Толик у нас, да?
– Да. Папа, представляешь, он подарил мне вторую машинку, как я и просила.
– Ну-уу, э-ээ, здорово!
– Папа, а позови Максима в гости. Это ведь для него машинка. Я хочу с ним вместе во дворе гонять.
– Максим обязательно придёт в гости и оценит подарок, Юль.
– Когда он придёт?
– Надеюсь, что уже завтра. И так думаю, что больше не уйдёт.
Улыбка сразу же сошла с лица девочки. Она внимательно посмотрела на отца.
– Не уйдёт?
– Нет. Он будет жить здесь. С нами и со своей мамой, - Руслан понимал, что торопится. Но ему очень хотелось узнать реакцию дочки.
– Ты хочешь оставить здесь тётю Машу?
– Я хочу жениться на тёте Маше, Юль.
– Хочешь, чтобы она заняла место моей мамы! – резко ответила, вырываясь из рук отца.
Руслан не отпустил малую егозу. Сжал руки девочки, опускаясь перед ней на корточки, заглядывая в глаза.
– Нет, милая. Твою маму никто и никогда не заменит. Разве такое возможно… Но жизнь ведь продолжается, Юля. Мы же не можем всегда жить с тобой только вдвоём.
– Почему, папа? Ты приведёшь домой тётю Машу, а меня больше не будешь любить?
– Юль, не говори глупости. Ты же моя любимая доченька. Я всегда буду тебя любить.
– Разве можно любить одновременно и меня, и тётю Машу?
– Мама ведь любила и тебя, и меня, Юль… одновременно, разве нет?
– Да, - согласилась.
– Значит можно, Юль. Вчетвером нам будет хорошо, - Руслан поднял дочь на руки, - ты будешь играть с Максимом, а тётя Маша будет любить нас всех. Мы станем семьёй. Ты веришь мне?
Девочка не спешила отвечать. Смотрела в глаза отца и молчала.
– Юль, веришь?
– Да.
– Тогда не сомневайся в моих словах. Не будешь, а?
– Папа, я просто не хочу, чтобы ты бросил меня. Я боюсь, что и с тобой что-то случится, как и с мамой.
– Со мной ничего не случится, Юля. Выкинь из головы эти глупости.
– Руслан! – Толик приблизился к брату, протягивая ему руку.
– Здорова, Толя.
= 49 =
= 49 =
Юлю Руслан передал Сергею. Девочка решила ещё побыть на улице и поиграть с новой машинкой. А Руслан и Толик прошли в дом.