Чтение онлайн

– Ничего не понимаю… - пробормотал парень, всё больше хмурясь.

– Так я сейчас объясню, - зловеще ответил папа и, откинувшись на спинку стула, обвёл Барнета презрительным взглядом.
– Итак, ты, тля помойная, со своим папашей, позарился на наши деньги, и решил окрутить Эвелину…

– Как вы могли такое подумать… - возмущённо начал Андрей, но папа его тут же прервал:

– Хавало закрой, а то сейчас прикажу своим ребятам лишить тебя части языка, - угрожающе бросил он, и у меня по спине побежали мурашки, потому что таким папу я никогда не видела.
– А затем прикажу заклеить тебе рот скотчем, и будем давиться собственной кровью! Не хочешь этого - слушай меня и молчи!
– он выжидающе посмотрел на парня, и когда тот испуганно сжался, снова продолжил елейный голосом: - У тебя это получилось, и всё было намази, поэтому вы даже закупили товар, планируя стать чуть ли не единственными нашими поставщиками… Что ж, сразу скажу - план неплох, и товар не совсем уж полное дерьмо. А главное - как удобно для вас! Посредничество самый быстрый и удобный способ заработать. Этим восхищён. Купили - привезли, спихнули, а говнецо разгребать нам из-за сомнительного качества. Потому что вроде как, дорогому зятьку, предъявы выдвигать неудобно… Но с Эвелиной ничего не вышло из-за её смерти. Однако и тут вам, сучатам, повезло, дочки-то у меня две, есть где разгуляться. Поэтому ты решил взяться за вторую, за Ангелину. Тут уж вы не стали мелочиться, и захотели не просто получить долю или стать эксклюзивными поставщиками, а замахнулись всю сеть прибрать себе. А чтобы мы не мешали, продумали всё досконально… Вот мне интересно, какой несчастный случай вы для меня заготовили, а? И готова ли уже в дурдоме палата для Ангелины? Или ты решил вторым заняться, пока она носила бы под сердцем твоего выродка? Ты собирался ей хоть там нормальные условия обеспечить или бы в общую палату её бросил, к настоящим больным?

Когда папа начал говорит, у Барнета-младшего всё больше на лице проступал страх, и он начал затравленно оглядываться по сторонам, при этом избегая смотреть кому-нибудь из нас в глаза, но затем, когда отец упомянул Лину, Андрей скривился от омерзения и наконец, проявил своё истинное лицо. Точно так же, как отец, он откинулся на спинку стула, и с пренебрежением посмотрел на сестру, а потом на отца.

– Свира, у тебя врагов много, поэтому и вариантов отправить тебя на тот свет, без всяких несчастных случаев, тоже масса, - холодно произнёс он.
– А дочурке твоей, чокнутой, я сначала собирался обеспечить нормальные условия, но после одного случая понял - ей место среди полных идиотов.

– Ах ты, боже мой, а ты мне компанию не желаешь составить?
– едко процедила Лина.
– Я всего лишь показала тебе, что чувствуют твои бляди, когда ты трахаешь их. Ты же любишь причинять боль? Так теперь ты сам знаешь, что такое боль! И тебе это, ой как не понравилось! Помнится мне, после этого ты проявил небывалую мягкость в постели, причём, не характера!

– Закрой рот, - Барнет аж посерел от слов сестры и начал вставать со стула, сверля её ненавидящим взглядом, но охранники тут же положили ему руки на плечи и заставили его сесть на место.

– Это ты закрой рот, милок, - с ухмылкой произнёс папа.
– Твоя мягкость в некоторых частях тела и для нас не секрет. Имели мы честь лицезреть фильм, в котором ты в главной роли, и где видно не только эта мягкая часть, а и твоё лицо…

– Что?
– выдавил Андрей и на секунду перестал дышать, а потом резко запыхтел и, зло прищурившись, снова посмотрел на сестру.
– Снимала, сука…

– Ага!
– Лина довольно кивнула.
– Снимала! Причём с многих ракурсов! Вот теперь думаю - может себя на “Оскар” выдвинуть…

– Я тебя задвину, да так…

– Это я тебя задвину, - гаркнул папа и ударил кулаком по столу так, что мы все подпрыгнули.
– Я сказал - хавало закрой и не воняй здесь! Слушай меня и мотай на ус, если не хочешь проблем! Фильм, это ерунда. Детская забава. Сейчас у тебя и твоего папашки проблемы посерьёзнее.

Андрей моментально насторожился и выжидающе посмотрел на папу, а тот продолжил:

– В данный момент твой предок наслаждается арестом и обыском в вашем офисе, и сейчас же опечатываются склады с завезённым товаром. Вы пожадничали, и попытались сэкономить не только на качестве товара, а и на его растаможке, а некоторым товарищам в таможенном управлении это не понравилось. Статья, под которую попадают ваши нарушения, влечёт за собой конфискацию товара. А также не малый штраф, что ваши финансы и вытянули бы, наверное, но вот незадача, опять вас жадность подвела. Вам хотелось куш побольше сорвать, и вы додумались кредит ещё взять, чтобы закупить как можно больше, а процентики та капают и капают, - папа злорадно улыбнулся.
– Сколько вы уже потеряли, после смерти Эвы и заминки в делах? Впрочем, можешь не отвечать, я уже все ваши залёты до копейки просчитал и сразу могу сказать - дела у вас паршиво сейчас будут выглядеть. Фактически, вы уже банкроты. И я очень постараюсь, чтобы с вас не слезла ни налоговая, ни банки, ни таможенники, пока вы со всеми не расплатитесь. А вот когда от фирмы останется пшик, поднимут ещё дело об автомобильной аварии, в которой твой папашка молодую женщину насмерть сбил. И мой адвокат поможет родителям жертвы отсудить у вас и личное имущество, до которого банки не смогут дотянуться. Так что, милый мой, неудавшейся зятёк, через месяц-два, ты пойдёшь с протянутой рукой.

Андрея перекосило от ярости, и он прошипел:

– Ах ты…

– Лучше помолчи, ублюдок. Иначе за каждый свой звук, потом кровью заплатишь, - угрожающе прервал его папа.
– И не ахай мне здесь. Знаю я, на что ты сейчас надеешься - что папашку своего вытащишь через покровителей, но давай я тебе сразу скажу - дёрнешься в эту сторону, фильм увидит не только наша семья, а вся страна. Попробуешь на меня хвост свой куций поднять - опять же, все насладятся твои актёрским талантом…

– У отца хватает рычагов давления и без меня, - холодно вставил Андрей.
– Даже если я ничего не предприму, найдутся другие люди…

– Другим людям за просто так корячиться резона нет, - с издёвкой ответил отец.
– Или ты надеешься на денежки, ожидающие вас на одном из счетов, в небольшой островной стране? Вынужден разочаровать - вирус напал на ваш счёт, и такая оказалась тварь прожорливая! Все деньги отправил на помощь голодающим жителям Гаити.

– Сссукааа, - Барнет резко побледнел, и я испуганно сжалась, боясь, что он сейчас кинется на отца.
– Вам всем конец…

– Конец - тебе и твоему папаше, - пренебрежительно бросил отец.
– В общем так. Все эти “прелести” вам, за планы по уничтожению нашей семьи. Поэтому, советую тебе, заткнуться и свалить из страны, чтобы я тебе больше не видел. Ты пешка и радуйся, что отделался лёгким испугом. Для тебя будет достаточным наказанием уже то, что ты лишился денег. А вот твой папаша нахлебается говна по полной, уж это я обещаю. Ну а если хочешь, можешь присоединиться к нему…

– На меня, кроме того фильма, у вас ничего нет, так что не надо меня пугать!
– не менее презрительно ответил Барнет.

– Да кто ж тебя пугает, милок? Я просто предупреждаю!

– Я учту!
– ответил он и поднялся.
– Думаю, обед закончен?

– Закончен, - папа кивнул, а потом покосился на меня и добавил: - Кстати, Андрюшенька, а тебе не интересно узнать, откуда нам всё известно?

– Ага? Не желаешь просветиться на этот счёт?
– злорадно вставила Лина.
– Не хочешь знать, как давно я с тобой играла?

– И откуда же?
– проигнорировав слова Лины, Барнет иронично обратился к отцу.

– От меня, - произнесла я, понимая, что настал мой черёд говорить.

– Тебя?!
– он нахмурился, внимательно глядя мне в глаза.

– Да. Я - Эва. Та самая Эва, которая когда-то чуть не стала твоей женой. Я Свирская Эвелина Борисовна…

– Что?
– прошептал Андрей и один из мускулов на лице задёргался от тика.
– Этого не может быть… Я сам тебя хоронил… И возле гроба сидел…

– Да, я помню, - тяжело вздохнув, ответила я, когда парень начал оседать на стул.
– И как возле гроба сидел, и как с Линой ругался из-за платья, и как в морге смотрел на моё тело… Всё это помню… Было очень больно наблюдать за твоим горем… Настолько тяжело, что я едва выдержала когда привязка к дому исчезнет, а потом бросилась за тобой, чтобы попытаться хоть как-то утешить…

– Какая привязка? Что ты хрень несёшь?
– он встряхнул головой.
– Ты не можешь быть Эвой! Такое нереально!

– Реально. И с того света можно вернуться, - ответила я.
– Да и стимул у меня имелся хороший.

– Не гони! Чёс всё с возвращением Эвы!
– взяв себя в руки, насмешливо ответил он.
– Совсем сбрендили из-за неё! То же мне, Эва! Чучело, ты себя в зеркало видела?

– Попридержи язык, - вкрадчиво произнёс Матвей и начал подниматься со стула.

– Любимый, успокойся, - попросила я, беря его за руку и боясь, что он сейчас моему бывшему женишку зубы выбьет, а потом сказала Барнету: - Знаешь, я бы в тело и похуже согласилась вселиться, после того, как прилетев к тебе после поминок на девятый день, узнала про ваши планы, а заодно и про твои сексуальные пристрастия… Кстати, меня до сих пор интересует ответ на вопрос, который тебе задала Яна - ты бы рассказ мне о своих пристрастиях в постели? Мог бы… как она там выразилась в мой адрес - субтильная дура? Мог бы меня, субтильную дуру, ударить и поставить на колени или всё же не стал этого делать, боясь, что я скопычусь?

– Что?
– глаза парня изумлённо расширились, но уже через пару секунд он грубо осведомился: - На этой шлюшке микрофон был, да?

– Нет, - я отрицательно покачала головой.
– Ничего на ней не было. Я находилась рядом с тобой, и когда ты с отцом беседовал, и с Яной развлекался, да и потом частенько в офис к вам залетала. Я на самом деле Эва. Можешь задать любой вопрос о нас, и я отвечу.

В столовой повисла мёртвая тишина, и Барнет пристально рассматривал меня. На лице мелькало то недоверие, то страх, а то злоба и чувствовалось, что он не знает, как реагировать на такое откровение.