Чтение онлайн

– Вагол... Этот жирный ублюдок собственноручно убил свою мать! Ты представляешь? Он покойник - пробормотал охотник за сокровищами ледяным голосом.

– Понимаю твои чувства, но у нас была другая задача. Не стоит влезать в семейные разборки - не нам это решать. Свою работу мы выполнили, осталось забрать вторую половину обещанной награды.

Талис скрипнул зубами, было видно, с каким трудом ему дается это решение, но спорить не стал.

– А где Ферагон?
– буркнул он, пряча ножи. Действительно, после того как некромант поднялся на второй этаж, оттуда не раздавалось ни звука. Не сговариваясь, мы бросились наверх, надеясь, что с нашим магическим другом все в порядке. Взбежав по ступенькам, я замер в шаге от последней - в центре комнаты стоял латианин, а его тело было неестественно выгнуто дугой, руки были расставлены в стороны, а голова запрокинута назад.

– Ты чего замер, Сат?
– речь яриса оборвалась, как только его взгляд упал на некроманта. Ферагон был объят неизвестной фиолетовой аурой, в которой изредка переливались зеленоватые всполохи магии смерти. Он вздрогнул, услышав фразу чешуйчатого и повернулся к нам. Даже в сумраке помещения была видна гримаса звериной злобы, исказившая его лицо. Из груди вырвался хрип, а затем раздался хохот, от которого моя спина покрылась холодным липким потом. Талис невольно потянулся за рунным клинком.

– Фер, дружище, ты в порядке?
– тихо спросил я, стараясь не делать резких движений. Латианин стоял, не шевелясь и даже не думая отвечать на заданный вопрос.

– Сатиндор, мне кажется это не совсем... Ферагон.

Я удивленно уставился на охотника за сокровищами, словно ища на его лице улыбку от неудачной шутки, но поинтересоваться о сказанном не успел. Некромант взревел, и с его пальцев сорвались две фиолетовые молнии, рванувшиеся точно к нам.

– Вниз, живо!
– заорал чешуйчатый, спрыгивая с лестницы прямо на первый этаж и дергая меня за жилет. Не удержавшись, я покатился вниз, пребольно стукнувшись головой.

– Да что происходит с ним?
– места, куда попали молнии, обуглились и покрылись странной черной жидкостью, очень похожей на... слизь прикса. Едва поднявшись, мне пришлось вновь делать кувырок, уворачиваясь от новой атаки. Ферагон медленно спускался по лестнице глядя на нас слепыми белками глаз. Изо рта вырывалось рычание, а тело обволакивала странная чужеродная магия.

– Фер, очнись!
– подал голос Талис, пятясь назад. За спиной была запертая дверь и стены - нас потихоньку зажимали в угол. Маг присел на одно колено, касаясь ладонями грязного пола. По нему медленно начала разливаться черная слизь, упрямо двигаясь к нам, словно живое существо. От латианина во все стороны разлились лучи фиолетового света, хаотично носящиеся по комнате. Один из них задел плечо яриса, отчего тот вскрикнул от боли, схватившись за рану. Магия без труда прожгла ткань, оставив на теле сильный ожог.

– Сат, нужно срочно что- то предпринять, иначе он убьет нас!

Я и сам это видел. Латианин был неуправляем, а его разум пребывал во власти чужеродной злобы и безумства. Один из лучей вздрогнул, словно ищейка, выискивающая свою жертву, а затем метнулся ко мне. Моя рука непроизвольно схватила клинок с магией света, стараясь блокировать удар. Смертельная магия столкнулась с сияющим оружием, и рассыпалась яркими искрами.

– Твой меч... Он может противостоять им. Сат, тебе срочно нужно привести в чувство Фера!

– Как это сделать? Убивать я его не собираюсь - это мой друг. Придумывай скорее, Талис!
– поторопил я его, вновь блокируя фиолетовый пучок света. Некромант оставался недвижимым, словно ожидая, пока мы сами допустим досадную ошибку и погибнем. Чешуйчатый на секунду задумался, а затем на его лице мелькнула улыбка.

– Ты помнишь, когда Ферагон читал заклинание, твой меч обжог ему ладони? Попробуй прорваться к нему и приложить клинок к ране. Конечно, если у тебя есть план получше, то с радостью готов выслушать его - ответом ему послужило мое молчание. Как ни крути, а охотник за сокровищами был жителем этого мира и разбирался в местных причудах получше меня. Встав в полустойку, я принялся ожидать подходящего момента, когда лучи будут на достаточном расстоянии друг от друга, чтоб можно был проскочить к латианину. Такой шанс представился довольно скоро. Выбрав направление, я рванулся к магу, отслеживая движения смертоносного фиолетового света. Оказавшись через несколько прыжков возле обезумевшего друга, я бесцеремонно толкнул его ногой в живот, заставляя упасть на спину. Тот вздрогнул, а вместе с этим и пропала чужеродная магия, лишь белые глаза смотрели точно на меня, будто желая прожечь насквозь. Разрывая остатки сумерек, блеснуло лезвие меча, остановившись в считанных миллиметрах от груди Фера. Тот заерзал, издавая рычания, но подниматься не спешил.

– Дружище, приди в себя! Это же я - Сатиндор. Ты слышишь меня?

Латианин замешкался, будто обдумывая услышанное. Позади меня раздался громкий оклик чешуйчатого.

– Сат, он плетет заклинание!
– пока я вел напрасные беседы, маг умудрился одной рукой что - то сплести, направляя на меня.

– Извини, брат - после этих слов клинок коснулся Ферагона. Светлая магия, точно паутина, начала обволакивать тело некроманта, покрывая его плотным коконом. Фиолетовая оболочка отступала с каждым мгновением, затем раздалась яркая вспышка и в комнате воцарилась полнейшая тишина. Я не спешил отводить меч, ожидая результата. Некромант застонал, а затем открыл глаза. Обычные, привычные мне глаза, с небольшой искоркой насмешки.

– Что... Что здесь произошло?
– с трудом пробормотал он, стараясь сесть. Это ему удалось не сразу. Он увидел зажатое в моей ладони оружие, недвусмысленно направленное на него. Немой вопрос повис в воздухе. Я отвел клинок, подавая руку и помогая ему подняться.

– Как ты себя чувствуешь, Ферагон?
– подал голос Талис, смотря с подозрением и не спеша прятать рунные ножи.

– Как будто меня отпинало пол деревни. Что случилось?
– я спрятал меч в ножны, предоставляя ярису право поведать о произошедшем, затем уселся в старое кресло, устало прикрывая глаза. Надо дождаться заказчика, забрать оставшуюся сумму и валить отсюда, пока еще чего- нибудь не приключилось. Весь рассказ чешуйчатого, некромант воспринимал молча, оценивая услышанные слова.

– Сат, все так и было?
– подал он голос, обращаясь ко мне. Я кивнул, не видя смысла врать. Латианин понуро опустил голову - на его груди, в месте ранения приксом, по - прежнему, было черное пятно, однако на нем появились фиолетовые прожилки, разветвленные, словно корни дерева. Цвет точь-в-точь как чужеродная магия, атаковавшая нас.

– Не знаю, что со мной происходит, но я становлюсь опасным. То, о чем вы мне сейчас рассказали, было словно не со мной - ничего из этого не отложилось в памяти. Последнее воспоминание, это когда я поднимался по лестнице, ожидая вас наверху. Затем - провал. Такое уже бывало в твоей практике, Талис?

– Ты первый, кто выжил после стычки с приксом. Наши лекари вряд ли поймут, что с тобой происходит, но попробовать стоит. С тех денег, что получим за заказ, найму лучшего целителя в деревне, не сомневайся - латианин протянул ему руку, крепко пожимая ладонь в знак благодарности.

За окном уже вовсю разгорался алый рассвет, унося ночные страхи и опасения, будто быстрая река. В дополнение к этому, послышался скрежет отпираемого замка и внутрь дома зашел Вагол, испуганно озираясь по сторонам. Увидев нас, его толстая рожа расплылась в улыбке.

– Раз вы целы и невредимы, значит, вас можно поздравить с победой?
– промямлил он. Ярис резко встал с места, рванувшись к нему, хватая за грудки и с силой прикладывая к стене. Толстяк ойкнул, от страха зажмурив глаза. Чешуйчатый выхватил нож, приставив его ко второму подбородку жирдяя.

– Талис, ты же обещал мне - спокойно проговорил я, внимательно следя за каждым движением охотника за сокровищами. Тот медленно отвел оружие в сторону, с ненавистью глядя в глаза Ваголу.

– Ты, жалкий ублюдок, убил собственную мать ради этой хибары. Если бы я знал раньше, что ты пытаешься избавиться от ее духа, то связал бы тебя и отдал ему на растерзание. Ты заслуживаешь медленной и мучительной смерти за содеянное - после этих слов, чешуйчатый оттолкнул толстяка от себя, брезгливо вытирая ладони. Тот упал на колени, не спеша подниматься.