Второй спутник
Шрифт:
— Если атака увенчается успехом и мы попадем внутрь, — процедил Норман сквозь стиснутые зубы, — у нас появится шанс…
— Это зависит от воли богов. Знай, зелёные люди совершают немыслимое — атакуют ралов, хозяев этого мира. Но у них за плечами века угнетения, и за такое нужно отомстить. Они будут сражаться.
Флотилия летела дальше, под ней разворачивалась панорама холмов и рек, залитых серебристым светом. Полумесяц Земли скрылся у них за спиной, и к тому времени, когда они оказались над огромным пресноводным морем, из-за него, словно пылающее око, поднялось солнце. Земля скрылась из виду, и зеленые люди замерли в напряжении, увидев, что внизу простираются только серые воды, веками служившие базой ужасных жаболюдей. Но, несмотря на это, флот продолжал мчаться вперед, не сбавляя скорости.
Наконец армада замедлила ход. Вдали, там, где небо сливалось с водой, над ровной линией горизонта поднялась едва заметная выпуклость. Город амфибий Ралов! По приказу Феллоуза летающие лодки начали снижаться, скользя теперь почти над самыми волнами. Следующий приказ — и зелёные воины надели громоздкие, уродливые шлемы. Норман обнаружил, что, несмотря на то, что они были неудобны, кислородом они снабжались бесперебойно. Флот снова набрал максимальную скорость, но, когда гигантский черный купол жабьего города стал легко различим, из-за него внезапно выскочил целый рой черных точек.
— Лодки Ралов!
Этот приглушенный возглас принадлежал Феллоузу. Впрочем, зелёным людям больше не требовалось никаких пояснений. Подобно ястребу, бросающемуся на добычу, флот зелёных людей ринулся вперёд. Норман, сжимая коленями силовое орудие, успел лишь заметить, что лодок Ралов — всего несколько сотен, и что эта сотня, презрев численное превосходство так долго угнетаемых ими людей, летит прямо им навстречу. Затем два флота встретились — и в схватке закружились бок о бок над водой.
Всё вокруг Нормана превратилось в хаотический водоворот лодок Ралов, заполненных зелёными жаболюдьми с выпученными глазами, осыпавшими всё вокруг силовыми снарядами. Повинуясь инстинктам, как когда-то в воздушных боях, он нажал на спуск зажатого между коленями орудия, и, когда снаряды полетели в сторону носящихся вокруг лодок, он увидел, как в их строе внезапно начали образовываться области небытия. Снаряды ударялись о лодки и взрывались, образуя невидимые области аннигиляции, как среди вражеских лодок, так и среди их собственных, оказавшихся слишком близко.
Два флота на мгновение смешались, и битва превратилась в настоящее безумие, в огромный водоворот черных и сверкающих металлом летающих лодок, осыпаемых снарядами, оставляющими после взрывов лишь пустоту. Ралы сражались как демоны.
Беспорядочная, ужасающая свалка длилась всего несколько мгновений; дольше она просто не могла продолжаться. Норман, опустошивший магазин своего оружия, увидел, как хаотическая масса лодок вдруг распалась: чёрные суда начали терять высоту, камнем падая вниз, к волнам! Ралы, ошеломлённые этими мгновениями чудовищной битвы, бежали. Приглушённые крики и ликующие возгласы донеслись до Нормана, когда сверкающие летающие лодки зеленых людей устремились в погоню за врагом. Они пронзили морскую поверхность, и, описав стремительные дуги, нырнули в изумрудные глубины, прямо к гигантскому чёрному куполу.
Впереди лодки Ралов мчались к своему городу, а преследователи, словно акулы, рвались за ними. В толще воды обе армады неслись сквозь взвихряющиеся потоки, чёрные и сверкающие металлом суда плевались силовыми снарядами, заставляющими бурлить и содрогаться морские глубины. Туннель! Его круглое отверстие зияло в громадной стене впереди, и Норман увидел, как лодки Ралов — теперь их осталось лишь несколько десятков — исчезают в нём одна за другой, спеша поднять на ноги все силы огромного города амфибий. Их собственные лодки, не замедляясь, ринулись следом за Ралами в этот подводный проход. Оглянувшись на мгновение, он заметил позади крупные лодки с мощными силовыми бомбами, они отделились от общего строя, уходя в сторону.
В водном туннеле творился сущий кошмар. Вспышки лучей из лодок впереди, ревущие потоки и бушующая вокруг вода — всё смешалось в сплошной хаос, отступающие Ралы, даже спасаясь бегством, не переставали выпускать из кормовых орудий смертоносные силовые снаряды. Однажды жаболюди развернулись, чтобы задержать преследователей в туннеле, но натиск зелёных людей был слишком велик — их стремительный поток просто смял оборону и прорвал её. Лодки вокруг них превращались в ничто. Какая-то часть сознания Нормана холодно удивлялась, почему они всё ещё живы, в то время как другая, действующая, безостановочно нажимала на спуск, вовремя перезаряжая орудие. Гротескные фигуры Феллоуза и Сарджа маячили рядом с ним. Внезапно туннель резко пошёл вверх, мчащиеся вслед за ускользающими Ралами лодки в следующее мгновение вырвались на свежий воздух! Они оказались под гигантским куполом!
Спасающиеся бегством лодки жаболюдей разлетелись в разных направлениях над своим могучим, кишащим жителями городом, и в тот же миг по нему пронёсся оглушительный рев тревоги — зелёные люди вырвались из водного туннеля! Норман увидел, как из города начали подниматься в воздух летающие лодки, и понял, что через несколько мгновений вся огромная сила Ралов, тысячи собравшихся вместе летательных аппаратов, обрушатся на них. Он указал рукой на массивное, прямоугольное здание и, не снимая шлема, крикнул Феллоузу и Сардже:
— Хакетт!
Но Сарджа уже направил их корабль через весь город к нужному зданию, половина их флота последовала за ним, а часть все еще выходила из водного туннеля. Лодки Ралов пытались их перехватить, но ничто не могло остановить их полёт, силовые снаряды зелёных людей прорубали дорогу, и они мчались вперёд, подобно метеору. Они устремились вниз, к прямоугольному зданию, и Норман, уже наполовину обезумевший к тому времени, понял, что спускаться на крышу и входить внутрь — самоубийство, учитывая количество жаболюдей, находящихся в этот момент в воздухе над городом. Он докричался до Феллоуза, и, снизившись, они из двух орудий обстреляли боковую часть здания силовыми снарядами.
Силовые снаряды ударили — и целая стена здания исчезла, обнажив его внутреннюю часть. Оттуда, сметая оказавшихся на их пути жаб-охранников, принялись выскакивать толпы обезумевших зеленых людей, а в это время, снующие высоко над городом лодки вторжения обстреливали коробки зданий, в которых содержались заключенные, даря десяткам тысяч людей свободу. В бурлящей массе внизу Норман вдруг увидел знакомый силуэт и дико закричал. Человек в коричневой одежде поднял голову, увидел их летящий вниз корабль и, собрав последние силы, совершил гигантский прыжок — футов на сорок! Его пальцы ухватились за край корпуса, и Норман, едва не потеряв равновесие, втащил его внутрь.
— Норман! — выдохнул он. — Во имя Господа… Феллоуз!
— Шлем, Хакетт! — крикнул Феллоуз, протягивая запасной. — Боже мой, посмотри на этих пленников, Норман!
Несметные тысячи зеленых людей, вырвавшихся из зданий, стены которых исчезли под снарядами освободителей, хлынули наружу, превратив город амфибий в безумный хаос. Не замечая больше ничего, они бросались на жаболюдей, наполнявших улицы, с яростью, превосходящей человеческое воображение. Это была слепая, безумная месть — единственный шанс воздать чудовищам, веками питавшимся их кровью. В этом невообразимом вихре ярости даже парящие над городом лодки зелёных людей были почти забыты.