Чтение онлайн

Я хочу сказать, на этот раз он действительно пытался!

Спецагент озадаченно пожал плечами.

– Значит, он внезапно заспешил. И хочет умертвить нас любыми средствами и как можно скорее.

– Правильно, Тарнболл, - согласился Джилл.
– Возможно, потому что дела у него пошли не так. Ты спрашивал, узнает ли меня этот телепатический компьютер, этот синтезатор: вспомнит ли меня по тому первому разу? И знаешь что, Джек? По-моему, ты был прав, и он меня узнает!

Тарнболл хлопнул себя по бедру.

– Он поддерживает равновесие?

– Думаю, что да, - кивнул Джилл.
– И Сит это прекрасно знает. Боже, пусть я окажусь прав, но мы оставались в живых не только благодаря умению или слепому везению, Джек. Нам помогал Дом Дверей!

– Это объясняет выражение на лице Сита-Баннермена, - заметил спецагент.
– Когда я увидел его, глядящим из того глаза, он выглядел дьявольски взбешенным!

– Ты его ранил, - сказал Джилл.
– Так что теперь он, вероятно, испытывает к тебе такую же "симпатию", как и ко мне.
– И нагнувшись, он подобрал жало, но сделал это очень осторожно.

– Но ведь его беспокоит не просто пулевое отверстие, которое я проделал в его жидких внутренностях, ведь верно, Спенсер?
– предположил Тарнболл.
– Я хочу сказать, ведь Сит же, черт возьми, всего лишь медуза! Он запросто может исцелиться, вырастить новую колонию или что-то в этом духе.

– Совершенно верно, - ответил Джилл.
– Если ты не попал в жизненно важный орган или не рассек его на части, то с ним будет все в порядке. Нет, я уверен, что прав, и Сит действительно теряет управление. И я уверен, что ты тоже прав, и синтезатор помнит и узнает меня. Значит, я теперь должен найти какой-то способ восстановить хорошие отношения с ним.

Пока они говорили, их коллеги снова подобрались поближе. Джилл взмахом руки велел им отойти и объявил:

– Слушайте, ребята, я еще не на все сто процентов уверен в том, что делаю. Даже на десять процентов не уверен! Поэтому дайте мне шанс, ладно? В то же время, если вы хотите помочь, то просто не смыкайте глаз.

Один из вас может подняться обратно на отрог и караулить. А Джек останется здесь, со мной, в качестве дублера. Все согласны? Договорились? И они опять послушно выполнили его инструкции.

– Ты вроде как пасешь отару?
– вопросительно поднял брови Тарнболл.

Но Джилл покачал головой.., а затем кивнул.

– Ну, может быть. Но покуда я их гоню не на бойню, у меня нет возражений.

Он посмотрел на жало.

– Сит теперь точно знает, где мы находимся. Мне кажется, что твой выстрел отвлек его, а может быть, даже заставил потерять наш след. Глаз скорпиона был очевидным способом опять найти нас, но он не мог им воспользоваться, не мог через него видеть, пока тот лежал в сумке. А теперь.., теперь я теряюсь в догадках. насчет жала. Когда я воспользуюсь им, узнает ли об этом Сит? Я имею в виду, сможет ли он перегрузить его, как поступил с глазом?

– Ты воспользуешься им для связи с синтезатором?
– Тарнболл, похоже, сомневался.
– Несмотря на то, что недавно случилось с глазом?

– И тотчас же, - кивнул Джилл.
– Ведь это же мир зверя, а сейчас ночь, и время у нас уже иссякает.

– Тогда давай начнем, - спецагент смирился с неизбежным, - и посмотрим, что именно из этого выйдет.

А если все тут же взорвется, то не выйдет...

Джилл направил жало, инопланетянскую антенну, на огромный кристалл и сосредоточился, пытаясь почувствовать машину, заключенную в сердцевине из синтезированного камня. А затем покачнулся, и Тарнболл поддержал его, схватив за плечи.

– Эй, ты в порядке?

– Да, - кивнул Джилл.
– В порядке. Я почувствовал какой-то контакт, вот и все. Джек, окажи мне услугу, не говори ни слова. Я не могу заниматься этим, да еще и разговаривать.

Он снова сосредоточился и почувствовал, как его мозг опутали сетью, изучили.., и, да, узнали! И подумал: "Я вошел! Я вошел! Я пробился к Дому Дверей!"

– Я вошел, - ответил ему, словно эхо, огромный кристалл.
– Я вошел в Дом Дверей!
– Джилл почти услышал, как работает аналитический мозг компьютера, изучая его мысли.

"Синтезатор, компьютер, - обратился к нему Джилл.
– Я - достойный. Мы мои спутники и я - достойные. Разве ты не помнишь?"

– Помню, - произнес голос, который не был голосом, в чувствующем машины мозгу Джилла.
– Наличествуют противоречащие инструкции. Вы - достойные, и вы - не достойные. Вопрос этот в ближайшее время будет решен.

"Но разве тебя перепрограммировали, чтобы убивать или допускать, чтобы из-за твоего бездействия происходила смерть? Разве это обычная твоя функция, убивать? Или твоя истинная функция анализировать, испытывать, проверять?"

– Вы - достойные.., казалось бы. Следовательно, в Программе изъян. Вопрос этот будет решен. Одно последнее испытание.

"Испытание? Что еще за испытание? Но это же несправедливо! Нас уже протестировали и сочли достойными!"

– Я - инструмент. Воспользуйся мной. Покажи, чего ты стоишь. Покажите, чего вы все стоите...
– И звучавший в мозгу у Джилла голос, который не был голосом, затих.

– Спенсер!
– скрипучий голос Тарнболла и рука на плече у Джилла вернули его на землю.
– Спенсер, тут кое-что происходит!

– Знаю, - отозвался Джилл. А затем увидел, куда показывал спецагент: прямо вверх на небо, где изменялись созвездия.

Изменялись, текли, образовывали узоры - картины куда более отчетливые, чем когда-либо представляли себе древние греки, видя в ночном небе мифических существ зодиака. Звезды стекались, становились сценами на фоне задника столь же широкого, как сам космос. Но что за сцены!

По небу тянулись бестелесные, изъеденные раком мозги с тянущимися за ними корчащимися спинными хребтами. Маршировали строем "хирурги" в белых халатах и хирургических масках, держащие в руках молотки-гвоздодеры и прожигающие Миранду взглядами горящих глаз. Усыпали небо кусками своих тел голые, мертвые и разлагающиеся Роды Денхольмы, куда более похотливые и отталкивающие в смерти, чем раньше, при жизни.., все они делали знаки Анжеле и непристойно толкали вперед костлявые бедра. Стояла на коленях страдающая от боли жена Кину Суна, Лотос, обхватив руками свой огромный, готовый вот-вот лопнуть живот, из которого высыпала орда уродливых лилипутов сплошь с лицами Суна, ползавших по ней, словно улитки, и кусавших ее кровоточащие груди. И все это время она обвиняющее показывала на Суна, кляня его кривящимися от боли губами.

Каждый из них увидел самый страшный свой кошмар, написанный в небе, даже Джек Тарнболл и Спенсер Джилл, стоявшие около громадного кристалла.

Для Джилла небо заполняли машины в духе Хит-Робинсона, более страшные для него, чем целая армия монстров Франкенштейна или свихнувшихся роботов из дешевых научно-фантастических романов. Потому что эти машины его воображение просто не могло постичь; они находились за пределами его машинной эмпатии и понимания, даже гипотетического. Но он знал, что их настоящая цель этим не ограничивалась, они находились тут с целью отвлечь, сманить его рассудок прочь от истины, от его наиважнейшего контакта с кристаллом.