Чтение онлайн

— Один из моих талантов, — с улыбкой пояснил он. — Умение появляться там, где меня не должно быть.

«Отличное замечание», — подумала Бидайн. Он уже почти пугал ее. Эльфийка поднялась и окинула всех по очереди взглядом.

– Сколь различны ни были бы вы, братья мои и сестры, у вас есть нечто общее. Вас мучает вопрос, зачем вы здесь. Валариэлль совершенно справедливо заметила, что мы все одиночки. Так зачем же это? Если простые дети альвов считают нас, драконников, практически непобедимыми, никто лучше нас не знает, что всему есть свой предел. Кроме того, у нас одинаковое образование, но разные личные таланты. Я не знаю никого, кто владел бы заклинанием, которое ты, Валариэлль, так поэтично назвала «Дуновением ночи», хотя бы на сходном с тобой уровне. Лемуэль дружит с крупными орлами с Головы Альва, помощь которых нам понадобится, поскольку для того, что я собираюсь сделать, у нас не будет места, где смогли бы приземлиться наши благородные небесные скакуны. И, что еще важнее, ни один пегас не сможет спасти нас так быстро, как это может сделать орел, который благодаря своим сильным когтям может поднять нас со стены. Кира, которая так любит скрывать свою внешность, мастерски принимает любой облик, а Асфахаль... — Она бросила долгий взгляд на одетого в белое эльфа, небрежно прислонившегося к двери. Ее тело тосковало по нему. После брачной ночи она не спала с ним. Бидайн мысленно призвала себя к порядку: ей не хотелось слишком явно показывать этому эльфу, насколько сильно она желает его. Это не пойдет на пользу будущей миссии. Она научилась на ошибках Гонвалона и Нандалее!

— А Асфахаль... — снова повторила она. — Мы не можем отказаться от того, перед кем открываются все двери.

— Он даже не драконник, — презрительно бросила Валариэлль.

Бидайн обернулась к ней.

— Ты знаешь так же хорошо, как и я, что его изгнали из Белого чертога не из-за недостатка умений.

— Все дело было в вопиющем неумении владеть своими чувствами. Для меня это не мелочь.

Бидайн задумалась на миг, неужто Асфахаль посрамил Валариэлль в роли любовницы. Ей показалось слишком мелочным вменять ему в вину подобную слабость. Разве Гонвалон не славился тем, что не умел соблюдать должную дистанцию по отношению к своим ученицам? Против него, однако, никто не строил козни.

– Я буду относиться к нему, как если бы он был одним из нас, — прояснила ситуацию Бидайн

— Чего именно ты от нас ждешь? — поинтересовался Лемуэль. Он все еще стоял у ведущей во двор калитки, словно ему было неприятно находиться здесь, и он в любой момент готов был сбежать.

— Я хочу, чтобы мы расширили границы возможного, — с энтузиазмом начала Бидайн. — Мы пойдем туда, куда не ходил никто. Мы сделаем то, о чем другие даже подумать не смеют. Мы станем бичом врагов небесных змеев. Мы посеем ужас, а необъяснимость наших поступков станет нашим особым кредо. Я хочу достичь ни много ни мало: чтобы враги Альвенмарка боялись нас до дрожи, поскольку не будет места, где от нас можно было бы спрятаться. Мы можем появиться в любой момент и в любом месте. И если мы придем, не будет никого и ничего, кто смог бы нас остановить.

—Амбициозная цель, — хитро улыбаясь, произнес Асфахаль. — Возможно, даже чрезмерно амбициозная.

— Ни в коем случае, — уверенно возразила ему Бидайн. — До сих пор величайшей слабостью драконников было то, что они почти всегда сражались каждый за себя. Если мы объединим наши силы, перед нами откроются совершенно иные перспективы. Здесь, на этом дворе, в этот час, откроется новая глава в истории драконников. И все станет совершенно не так, как прежде, — она обернулась к Валариэлль. — Наполни двор Дуновением ночи, сестра по мечу, и я покажу вам, что я имею в виду.

Валариэлль произнесла слово силы, и температура воздуха во дворе тут же упала. У губ всех эльфов стояли облачка пара. Спустя один удар сердца Валариэлль выдохнула что-то, похожее на густой черный дым. Он распространялся по всему двору колышущимися вихрями. В отличие от дыхания на холодном воздухе он не образовывал маленькие облачка, а прятал остатки света во дворе, где и без того из-за черного тента было довольно темно.

Еще в Белом чертоге Бидайн дважды доводилось видеть, как плетет это заклинание Валариэлль, и тогда послушница долго находилась под впечатлением. В мгновение ока двор заполнила колышущаяся тьма. Стало настолько темно, что Бидайн не видела даже собственных пальцев, хотя поднесла их настолько близко к лицу, что кончик ее носа на миг коснулся ладони.

— Откройте свое Незримое око, — приказала она.

Вид на магическую сторону мира завораживал. Валариэлль окружало хитросплетение блестящих и тонких силовых линий. Они сбегались к ней, похожие на нити паутины. Других эльфов можно было узнать по золотым аурам. Каждый из них представлял собой клубок силовых линий, связанных с миром вокруг них и грубо повторявших очертания их светящихся тел.

Однако силовые линии заклинания, которое сплела Валариэлль, размывали свет тела. Движения казались нечеткими. Бидайн почувствовала, что за спиной у нее кто-то стоит. Когда она обернулась, ее уст коснулись чьи-то губы.

— Я скучал по тебе, красивая тиранша, — прошептал ей на ухо Асфахаль.

От нежного прикосновения по телу Бидайн побежали теплые волны. Она была уверена, что Асфахаль прекрасно осознает, какое влияние оказывает на женщин. Она встряхнулась и отошла от него на шаг. В присутствии других она не хотела ласок.

— Мы научимся использовать эту темноту для сражений. Не успеют наши жертвы воспользоваться своим магическим зрением, как наши клинки пронзят их. Мы атакуем во мраке ночи, чтобы темнота не привлекала к себе особого внимания. Мы быстры, безжалостны, готовы сразиться с любым противником.

— С любым? — Кира впервые раскрыла рот. У нее был приятный, хотя и низковатый голос. Голос, отлично подходящий для того, чтобы рассказывать истории.

Вопрос повис в пронзенной пышущими жаром полосами света темноте. Все они знали, что он означает.

— Поэтому нас пятеро, — наконец ответила Бидайн.

Валариэлль произнесла слово силы, и тьма превратилась в сумерки.

Бидайн закрыла Незримое око. Ее четверо избранников с ужасом смотрели на нее.

— Ты хочешь убить одного из девантаров? — наконец произнес Лемуэль именно то, о чем думали все, и прищелкнул языком. — Это будет необычная охота. Я в деле.

— Если мы попытаемся сделать это, то итогом охоты станет наша собственная смерть! — произнесла Валариэлль.

— Победим ли мы или же проиграем, все равно наши имена войдут в историю, — произнесла Кира голосом, словно не расположена была рисковать.

— Мне нравится моя жизнь в том виде, в каком она есть, — Асфахаль покачал головой, чем ужасно разочаровал Бидайн. — Мне слишком нравится физическое существование, чтобы стремиться к тому, чтобы стать легендой.

— И вот мы снова возвращаемся к тому, почему он был изгнан из Белого чертога, — презрительно произнесла Валариэлль. — Он не готов жертвовать собой.

— Проведи со мной одну ночь, и тыбольше никогда так не скажешь.

Асфахаль одарил Валариэлль улыбкой, совершенно не понравившейся Бидайн.

— Скорее я перережу тебе горло, — прошипела в ответ одетая в черное эльфийка.

Асфахаль понимающе кивнул.

— Кажется, у тебя именно то самое отношение к жизни, так необходимое для миссии Бидайн.

– Конечно же, мы начнем не с девантара. Первой нашей целью станет бессмертный, и в отличие от Талинвин, ученицы Гонвалона, которая была последней, кто пытался атаковать бессмертного Аарона на его корабле-дворце, мы не проиграем.

— Ты имеешь в виду какого-то конкретного бессмертного? — поинтересовался Лемуэль, которому идея по-прежнему нравилась.