Вторжение драконов. Последняя битва
Шрифт:
Она в ярости ударила кулаком по дереву. Нет, она не сдастся! Где же сердце? Нужно как можно скорее выяснить, куда отнесли его девантары! Может быть, они оставили следы?
Ливианна подняла голову и замерла. Ее окружали змеи, сотканные из зеленого света. Она догадывалась, что именно они были источником зла, разлитого в этой долине. Эльфийка решительно потянулась к мечу. Аарон заключил одно из этих существ в меч. Она прорубит себе обратный путь мечом или же погибнет.
Едва ее рука коснулась обмотанной кожаными полосками рукояти меча, как эльфийка вспомнила о воине у входа в пещеру, который казнил себя своим собственным оружием. Однако она знала, как защититься от этого безумия, что сильнее любого оружия. Этого ужаса, что способен был ун
— Вы знаете, что я не желаю вам зла, — негромким голосом произнесла Ливианна, но ее слова громким эхом отразились от стен пещеры.
Змеи зашевелились. Одна за другой от опускалась к полу, а затем снова поднимались в воздух. Духи обвивали ее. Теперь Ливианна стояла в центре водоворота из зеленого света. Смертоносный холод отступил... Что же намерены делать с ней духи?
— Вы чувствуете, что я была рядом с сердцем, правда? — Ливианна положила на пол свой зачарованный меч. Она знала, что однажды Нандалее приняла в себя одного из этих духов, и с ней ничего не произошло. Знала она и о том, как тоскливо потерянным душам, как хочется наконец-то снова обрести тело. Наконец-то стать плотью, а не просто духом. Чувствовать и жить.
— Когда-то мои боги обошлись с вами крайне несправедливо. Они предали Нангог. Но никакая несправедливость не может длиться вечно, до скончания времен. Мы поможем Нангог, она получит свой мир обратно. Теперь мы сражаемся вместе. Вместе мы победим людей и девантаров, восстановим былую справедливость, которую ни за что нельзя было нарушать.
Эльфийка опустилась на колени. Она прекрасно осознавала, что Зеленые духи были свидетелями всего того, что происходило здесь, в долине, вот только они не захотят поделиться с ней своими знаниями. У них нет голоса, нет силы. Есть лишь один способ. Запрокинув голову, она широко открыла рот.
— Добро пожаловать, — ее голос снова громовым эхом отразился от стен пещеры.
Ливианна представила себе, что она — большой розовый куст, усыпанный сотнями красных цветов. Затем мысленно преобразовала каждый цветок в бутон, вернула к стволу, из которого он вышел, каждый побег. Точно так же, как куст, она возвращала в себя все чувства. Закрывала себя, суть своей души от сил, устремившихся в нее: от желания наконец обрести плоть, от желания иметь чувства. Предоставила Зеленым духам свое тело. Согласилась на то, чтобы оно подчинилось чужим приказам, позволила собственным рукам жадно ощупать свое тело.
Ливианна утратила какое бы то ни было чувство времени, а духи заставляли ее потягиваться, танцевать, резали руки мечом, пробовали на вкус теплую кровь. Наконец она почувствовала жгучую жажду и согласилась на то, чтобы то зерно шиповника, в которое она себя превратила, снова проросло. Зеленые духи не сопротивлялись. Понимая, что они лишь гости в ее теле, не стали спорить, когда Ливианна вырастила розовый куст до полного размера, снова завладела своими конечностями и чувствами.
Так же, как Зеленые духи увидели все ее тайные воспоминания, так и она теперь знала о судьбе духов. Они были слишком близко к Нангог, когда из груди ее вырвали сердце. Они пришли сюда не по своей воле. Им потребовалось слишком много времени, чтобы понять, что произошло. И вместе с пониманием родилась ярость. Ярость по отношению к девантарам, причинившим Нангог такую боль и ставшим такими недосягаемыми для Зеленых духов. Поэтому они направили свой гнев на детей человеческих, которых боги защищать не стали. Девантары хотели, чтобы эта долина стала местом проклятым, чтобы его избегали. Зеленые духи прекрасно осознавали, что их используют для достижения этой цели, и несмотря на это, ярость их не знала границ. Их обманули, лишили права рождения и мира.
Едва не захлебываясь в ненависти духов, Ливианна полностью открыла свое сознание. Нужно пропустить через себя все эти сильные чувства, чтобы узнать, что находится за ними. Она хотела выяснить, кто забрал сердце богини и куда его унесли.
Духи были здесь всегда. Защитное заклинание мешало им покинуть долину. Они должны были знать, кто пришел. Эльфийка медленно пробиралась сквозь шипастые заросли мрачных чувств и оказалась поражена. У духов развился лишь один орган чувств, позволявший им воспринимать окружающий мир: у них было Незримое око! Они видели только магический мир. Ауры живых существ и огромную магическую паутину, пронизывавшую все и соединявшую между собой все.
Эльфийка нырнула в их воспоминания: крупные, похожие на людей фигуры, окруженные сильными золотыми аурами, пришли и забрали кристалл-сердце Нангог. Девантары? Возможно! Но небесные змеи будут выглядеть точно так же, если примут облик эльфов и если смотреть на них Незримым оком. Зеленые духи не знали, куда унесли сердце их богини.
Ливианна вздохнула. Поражение окончательно. Миссия провалена. Она рухнула на колени рядом со стеллажом. Это конец. Она опоздала. У Зеленых духов не было чувства времени, поэтому было совершенно неясно, сколько времени прошло с тех пор, как забрали сердце. Но Ливианна была уверена, что прошло не больше пары недель. Сердце Нангог покоилось здесь много столетий! И она опоздала всего на несколько недель, быть может, даже дней. Но все это вряд ли будет интересно Золотому. Если она скажет ему, что потерпела неудачу, он не станет слушать оправданий.
Эльфийка закрыла глаза, собралась. Никогда в жизни она не сдавалась просто так. Ни во время выполнения поручений Золотого, ни в своем стремлении родить идеального ребенка. Как часто она разочаровывалась. И, несмотря на это, пыталась снова и снова: зачать ребенка, который изменит мир. Первого в новой расе эльфов. Идеального во всех отношениях ребенка.
Сжав кулаки, Ливианна решительно открыла глаза. Она не сдастся так просто. Быть может, есть след, какой-то знак, который подскажет ей, куда девантары отнесли это драгоценнейшее из всех сокровищ. Она встала и теперь, когда Зеленые духи были у нее внутри и не мешали осмотреться, стала внимательно оглядывать окутанную синими сумерками пещеру. На стенах были картины, изображающие девантаров. Некоторых Ливианна узнала: Львиноголового, крылатую Ишту и Великого медведя, почитаемого жителями Друсны. Все остальные были незнакомы. Пламенный человек и фигура, состоявшая, казалось, из одного лишь света. Рельефы изображали, каким образом девантары принесли сюда сердце Нангог. Смотреть на это бесполезно. Огорченная эльфийка вышла из сокровищницы и снова оказалась в пещере побольше. Здесь ей тоже пришлось подойти вплотную к расписанным стенам, из которых сочился жутковатый синий свет, чтобы разглядеть что бы то ни было.
Работа над рельефами была не окончена. Может быть, из-за Зеленых духов? Что здесь случилось?
И духи внутри услышали ее. Перед внутренним взором эльфийки возникла яркая картинка. Может быть, они снова показывают ей комнату для сердца, в которой она только что была? Там было что-то с сильной аурой, и оно мягко пульсировало. Затем показалась фигура. Эту фигуру окружало колышущееся красное свечение. Девантар... Им правили гнев и страх. И он казался странным. Что у него за спиной? Крылья? У Ливианны перехватило дух, когда она увидела, как Крылатая отломила от сердца-кристалла кусок и скрылась с ним. Может быть, по этой причине сердце перестало существовать? Может быть, девантары разбили его на мелкие кусочки?
Духи в Ливианне словно бы встали на дыбы. Внезапно вокруг показались слабые ауры. Люди? Кажется, они сражаются. Некоторые просто угасали.
Ливианна поняла, что духи показывают ей прошлое. Казалось, она очутилась в эпицентре тех событий. Эльфийка переступила через опрокинутые леса. Камешки, старые палки и тонкие кости трещали под ее ступнями. Духи вели ее к одной из крупных колонн в центре пещеры. Она тоже была покрыта вырезанными в камне изображениями. Рельефы в этой пещере когда-то были красочными. На одной картине были изображены крылатые люди, сидящие на ветвях огромного дерева, на другой картине — большой флот, вокруг кораблей в волнах пляшут различные морские обитатели. Почти все картины получили повреждения. После увиденного в долине Ливианна отлично представляла себе, как ремесленники, обезумев, рушили ударами молота плоды своего труда за много лет.
Духи заставили ее поднять руку и указали на картину, находящуюся примерно в шаге над ней. На ней Ишта занесла копье, намереваясь вот-вот пронзить кого-то. Девантар мрачно глядела вниз. Но кто был ее противником — неизвестно. Это изображение люди разрушили с особенной тщательностью. От картины ничего не осталось.
Зеленые духи снова вернули ей контроль над телом. Теперь они пытались показать ей, что произошло, образами, сотканными из аур и света — такими, какими видели мир они.
Произошло это когда рабочие отдыхали. В большой зал пещеры вошел девантар. Из пальцев ее испускались лучи ослепительно-красного света. Ишта наклонилась, коснулась одного из спящих, и тугая сеть красных силовых линий сомкнулась вокруг его головы. Девантар заколдовала каменотесов одного за другим, наложила на них заклинания. Образы в душе у Ливианны были настолько яркими, что она снова увидела умерших как светящиеся фигуры, находящиеся в зале. Эльфийка видела, как первый скульптор поднялся со своего ложа, взял в руки острый молот и вонзил его глубоко в череп своего спящего соседа. Потом, сжимая в руках инструмент, подошел к стене и нанес удар по рельефу. Тем временем Ишта носилась среди спящих, одаривая несчастных черными заклинаниями.