Чтение онлайн

— Этим мы добьемся только того, что восстановим против себя даже тех, кто колеблется, — возразил Дыхание Ночи. — Мы ввязались в эту войну, не имея четкого плана. Слишком глупо было надеяться на то, что Нангог справится со всем сама, и теперь все стало хуже, чем прежде. Девантары хозяйничают в мире великанши решительнее, чем когда бы то ни было, а после пожара в Зелинунте они пойдут на нас войной, как только сломят сопротивление Нангог.

— Пока что мы еще не бились ни в одном сражении, а ты говоришь так, словно нас уже победили — Золотой выпрямился, поднимаясь над деревьями, сердито хлестнул хвостом по густому подлеску. — Мы тоже можем выставить тысячи воинов. Вскоре первые из них будут готовы войти в Нангог.

— Неужели это похоже на встречу победителей? — хитро поинтересовался Дыхание Ночи. — Мы всякий раз собираемся в новом месте. Сидим, как сегодня, в грязи мангровых зарослей у Лесного моря или, как одиннадцать дней тому назад, в продуваемой всеми ветрами долине у подножия Головы Альва. И давайте уж признаемся себе, что девантары отреагировали на пробуждение Нангог быстрее и решительнее, чем мы предполагали. Кому-нибудь из вас кажется, что до триумфа рукой подать? Прошу, скажите мне, братья. Признаюсь честно, я пал духом.

— Думаю, просто считать головы недостаточно. Один тролль уравновешивает много воинов-людей. Хороший план может заменить тысячи недостающих воинов, — было отчетливо слышно, как сильно разозлился Золотой и как ему приходится сдерживать себя и сохранять вежливый тон. — Давайте подберем поле битвы, на котором мы не можем проиграть.

— А почему девантары согласятся сражаться против нас в подобном месте? —поинтересовался Красный. — Вместо того, чтобы строить бесконечные планы, давайте сами пойдем в бой. Поведем своих воинов! Мне не терпится растерзать девантара. Хочу почувствовать, как он испустит последний вздох под моими когтями. Настало время нам наконец-то отомстить за убийство Пурпурного. Начнем с Ишты, которая так любит похваляться, его убийством. Я хочу оторвать ей крылья, как поступают с мухами злые дети.

Темный закатил глаза. Он чувствовал, что даже Золотой не готов пойти на столь вопиющую непредусмотрительность. Красный был самым страстным из них. Тем, за кем нужен глаз да глаз. Он любил смешиваться с детьми альвов и соблазнять их женщин. От него можно было ожидать чего угодно.

— Разве не разумнее было бы подумать о том, как усилить Нангог? — вмешался в разговор Изумрудный, как обычно, пытаясь утихомирить братьев. — Это ее мир. Пусть она несет на себе основной груз сражений.

— Мы должны найти вторую половинку сердца... — Дыхание Ночи перевел недоверчивый взгляд на Золотого, который посеял эти слова в их мысли. Его брат любил появляться во всей красе даже в столь ненастную ночь. Слабый свет звезд и луны, которая смутно сияла за облаками, казалось, ласкал лишь его. Его чешуя сверкала, а глаза блестели внутренним воодушевлением.

—Для этого нам нужно знать, где искать сердце Нангог, — напомнил Темный. — И даже если бы нам удалось узнать это, девантары наверняка хорошо охраняют его. Они тоже прекрасно понимают, что сердце великанши решит вопрос победы или поражения в Нангоге. Разумно ли ввязываться в бой на Дайе, в их мире, на их условиях? Зачем облегчать им задачу? Они поймет, чего мы хотим, и будут готовы.

— Неужели вы все трусы? — Каждое слово Иссиня-черного было подобно удару кинжала в их мысли. Он яростно хлестнул хвостом по воде и свалил молодое деревце. — Мы — боги! Мир дрожит под нашим взглядом. Наше пламя способно расплавить даже самую твердую скалу. Ничто не может противостоять нашим когтям. Давайте отправимся в их мир, растерзаем девантаров и отнимем сердце Нангог. Зачем посылать наших воинов в бой, в котором надлежит сражаться нам? Неужели вы настолько трусливы, что не можете рискнуть своей кровью за то, чего желаете? Я не узнаю вас, братья!

«Вечно одно и тоже, он слишком горяч, — раздраженно подумал Темный. — Единственный выход — действовать взвешенно и неторопливо.

— Верно! — поддержал его Пламенный. — Вырвем сердца из их груди!

— Одна из моих драконниц сейчас разыскивает вторую половинку сердца великанши, — вдруг заявил Золотой. — Давайте подождем ее возвращения.

— Ты посылаешь драконницу на Дайю, хотя мы договорились, что никто из наших избранников не станет больше рисковать быть обнаруженным? —возмутился Изумрудно-зеленый. — А что еще ты делаешь, не посоветовавшись с нами?

—  На нее можно положиться, и до сих пор она не потерпела ни разу поражение.

Высокомерие Золотого становилось невыносимым.

Дыханию Ночи очень хотелось разорвать горло собственному брату. Что он себе возомнил, раз позволяет себе игнорировать принятые Советом решения!

— Своими поступками ты насмехаешься над нами, — зарычал теперь и Красный.

— Кого ты поспал? — требовательным тоном поинтересовался Иссиня-черный.

— Ливианну. Вы все ее знаете. Она была наставницей в Белом чертоге. Она помогала пробудить Нангог, и она знает, где прячут потерянную половинку сердца. Если повезет, она принесет его нам, и мы покончим с войной в Нангоге.

— Ты должен был поставить нас в известность! — не сдавался Красный.

— Зачем? — с раздражающим спокойствием поинтересовался •Золотой. — Посылать более одного драконника было бы неразумно. Так что изменилось бы? Наш брат, Дыхание Ночи, не управляет Советом. Просто наблюдает, как мы ссоримся, хотя его обязанность, как старшего, Перворожденного, вести нас к намеченной цели. Но вместо того, чтобы действовать, мы все говорим и говорим. Нангог ускользает от нас. С каждым часом возрастает власть девантаров. И что делает наш брат? Он размышляет о грядущих родах предательницы Нандалее, которая находится под его защитой.

Все повернулись к нему.

— Он прочел мои мысли глубже, чем позволяют правила вежливости. И да, то, что он говорит, правда. Я защищаю Нандалее и тревожусь за нее.

— Благополучие какой-то эльфийки его интересует больше, чем судьба нашего мира. Он не заслуживает более быть первым среди нас! Он нас предает. Он не заслуживает нашей верности, — пикировал Золотой.

Темный почувствовал, как эмоции захлестнули братьев. Все они были мысленно связаны, друг с другом, и все чувства были искренними и неприкрытыми. Ненависть Пламенного, разочарование Изумрудно-зеленого, недоумение Иссиня-черного, постепенно перераставшее в гнев.

— А что же делает нашим предводителем тебя? — наконец спокойно поинтересовался он. – То, что ты нарушаешь наши законы и проникаешь в мысли, которые не должен читать? И со сколькими из наших братьев ты это уже проделывал? Ты заявляешь, что я предал наше дело, и тут же попираешь один из наших старейших законов.

Дыхание Ночи почувствовал, как переменилось настроение братьев. Он прекрасно знал, что у каждого из них были свои маленькие тайны, мысли, которыми они не хотели делиться с остальными.