Чтение онлайн

Нир даже не стал дожидаться, пока прозвучит первый приказ стрелять. Он нажал на спусковой крючок, и копье полетело прочь. Байлин тут же принялся крутить рукоятку, заново натягивавшую стальной лук орудия.

Галар увидел, как копье пробило один из оббитых мехом щитов. Над водой пронеслись крики. Дети человеческие стояли настолько плотными рядами, что раненый не упал.

— Копье! напомнил ему Нир, а Байлин продолжал взводить механизм.

Галар положил снаряд на направляющую и нагнулся, чтобы вынуть еще одно копье из длинного кожаного колчана, лежавшего рядом с орудием на скалистом грунте. Прямо у поставки копьемета лежал кувшин с маслом. Один из выпущенных детьми человеческими снарядов, упавших на снег и не разорвавшихся. Айлин позаботилась о том, чтобы каждое их орудие можно было поджечь по приказу. Они ни в коем случае не должны были попасть в руки людям.

Нир снова спустил рычажок, копье унеслось вперед.

— Копье! — снова напомнил он Галару. Нир был поразительно спокоен. Казалось, он видит лишь цели, а об остальном, что движется к ним сквозь туман, даже не задумывается.

В этом отношении у Галара времени было побольше. Воины были плотно укутаны. Сейчас они были уже достаточно близко и над щитами можно было различить лица. Все они были покрыты самыми причудливыми татуировками, и были похожи на звериные морды, вырезанные на кораблях.

Галар положил на направляющую очередное копье. Еще пятнадцать шагов, и они будут здесь. Снаряд улетел прочь. На этот раз Нир попал в воинов, стоявших на самом краю отряда, выстроившегося на орудийной палубе, и они полетели в воду. Все трое! Одно-единственное копье убило троих! Вода рядом с катамараном вспенилась. Галару лишь на миг удалось увидеть огромный клюв в серых водах, а затем один из татуированных сынов человеческих исчез.

Немного правее от катамарана с головой птицы лодка вдруг накренилась, один из корпусов лодки поднялся, воины на палубе зашатались. Держаться им было не за что, и дюжины людей посыпались в воду, а стоявшие на соседних лодках воины стали метать копья в длинную, темно-серую спину, торчавшую из воды. Вскоре существо стало похоже на ежа, но все эти раны были для нее не страшнее булавочных уколов.

— Копье! — снова напомнил Нир.

Галар оторвался от созерцания происходящего на воде, вытащил из колчана следующее копье и протянул товарищу. Два тролля встали по бокам от орудия, и над их головами просвистели первые арбалетные болты.

Над водой поднимался странный, бледно-зеленый туман, двигаясь в сторону, противоположную направлению ветра. Подобно кракену, он образовал щупальце и потянулся к людям, которые, размахивая руками, пытались добраться до берега. Галар увидел, как один из покрытых татуировками людей встал на твердую почву и, подняв копье, ринулся к берегу. На лице его читалось огромное облегчение и радость от того, что ему удалось выбраться из смертоносной воды, когда арбалетный болт пробил его левый глаз, оставив вместо него окровавленную дыру.

Высадка на берег сопровождалась оглушительными боевыми криками. Где-то в тумане трубили боевые рога, и их глухой рев проникал в самое нутро.

Одного из воинов схватила рыба с несколькими рядами зубов в огромной пасти и потащила обратно на глубину. Заскрипело по камням дерево, когда первые катамараны подошли к берегу на пять шагов.

Галар подал следующее копье. Их орудие снова несло гибель рядам детей человеческих, которые прятались за высокими щитами, не в силах спастись от гибели. Прочная кожа щитов рвалась, словно тонкий шелк. Сынов человеческих отбрасывало назад, но воины справа и слева от них прыгали на отмель неподалеку от берега.

Щелканье ворота, вращая ручку которого Байлин снова взводил орудие, казалось Галару неестественно громким. Нир снова нацелил копьемет. Оба тролля, стоявшие рядом с ними, которые должны были защищать их орудие от противников, побежали. Издавая громкие кличи, они неслись вперед, но Галар слышал только негромкое металлическое позвякивание механизма. Он наклонился и вытащил из кожаного колчана следующее копье.

Нир принял у него снаряд и вложил его в желобок направляющей.

Тролли и дети человеческие столкнулись. Кожаные щиты рвались под яростными ударами дубинок, но воины с кошмарными разукрашенными лицами не отступили. Они падали под ударами, но вместо каждого убитого словно бы восставало двое новых. Они тыкали в гигантов из Снайвамарка длинными копьями, и вот уже по покрытой шрамами коже потекли струйки темной крови.

Нир нашел брешь между сражающимися и выстрелил снова.

Когда копье вновь проткнуло двоих и сбило их с ног, поднялся жалобный вой.

И вдруг на первого из двух троллей спикировал орел. Его сверкающие серебром когти впились в его плечи и шею.

Тролль выронил дубинку и схватился обеими руками за шею, когда один из когтей вспорол ему горло. Только теперь Галар понял, что это не огромная хищная птица, а воин, вроде тех воинов в кошачьих доспехах, с которыми они столкнулись, когда только пришли в эту проклятую ледяную пустыню. Только у этого было птичье оперение, а руки были продеты в длинные крылья.

Воин-орел не мог высвободиться из хватки умирающего тролля, которому другие воины теперь вонзили копья в грудь.

Галар снова подал другу копье. Сражение уже разворачивалось шагах в трех от их орудия. Слева от них ярким пламенем загорелся первый копьемет. Линия обороны на берегу была прорвана, но Нир еще не думал о том, чтобы бросить свое излюбленное орудие.

Галар на миг поднял голову к небу. Там уже кружило несколько воинов-орлов. Кобольды обстреливали их, но теперь воины с татуированными лицами прорвали их оборону в еще одном месте на берегу, и один из них мчался прямо на Галара. Прикрываясь щитом, он, судя по всему, намеревался просто сбить его с ног.

— Ты никогда еще не сражался с карликом, морда, — заорал на него Галар, выхватил из колчана копье и, издавая пронзительный клич, побежал навстречу сыну человеческому. В самый последний миг он бросился на землю. Нижний край щита ударил Галара по спине, но там его защищала драгоценная кольчуга из серебряной стали. Щитоносец уже не мог остановиться, он споткнулся о собственный щит, а Галар ловко откатился в сторону и одним прыжком снова оказался на ногах.

Не испытывая ни малейшей жалости и сочувствия, он вонзил сыну человеческому, который наполовину лежал на собственном щите и не мог поднять его, чтобы защититься, копье в грудь. Воин удивленно поглядел на него, широко открыв рот, а Галар повернул наконечник, чтобы высвободить его из раны.

Краем глаза карлик увидел, как упал тролль, в шею которого вцепился воин-орел. Их орудийный расчет смели. Байлин бросил взводить механизм и выхватил из-за пояса тяжелый топор, одновременно с этим пригибаясь и уходя от удара копьем.

— Горшок с маслом! — закричал Нир, изо всех сил старавшийся отразить удары булавы с длинным изогнутым зубом длиной с кинжал. — Копьемет не должен попасть им в руки! — С каждым ударом стрелка все дальше и дальше оттесняли от орудия, которое принесло смерть стольким детям человеческим.

Галар бросил своего умирающего противника, с губ которого лилась кровь и сыпались какие-то проклятия. Несколько троллей под командованием Гроца пытались провести контратаку и загнать людей обратно на лодки, но чуть ниже по течению реки появились еще катамараны, и там атакующим не мог помешать никто. Карлик не сомневался, что полное окружение их отряда — только вопрос времени.

Гроц же, кажется, совершенно не задумывался об этом. Его покрытое шрамами лицо было перекошено в диком экстазе, и он мчался на врага, держа наперевес ствол дерева толщиной в плечо тролля. Он то использовал его как таран, временами отражая удары детей человеческих, словно щитом, а затем снова принимался размахивать как булавой. С криком, словно хищная птица, на Гроца с неба спикировал воин-орел, угрожающе выставив вперед похожие на кинжалы когти.