Вторжение. Альтер
Шрифт:
– Но ты знал информацию о близком человеке, родственнике. Но не о человеке, который заявился к тебе, человеке, который пришел и все высказал, историю своей жизни. Этот человек выложил все за несколько часов и вот – аллилуйя! – он тебе родной, ты о нем знаешь все, в том числе и некоторые секретики.
– У тебя есть секретики? – спросил я настороженно. – Сейчас для меня ты – один большой секретик.
Она засмеялась.
– Это комплимент?
– Нет. Это факт. Нет. Ты не права. Я хочу знать хотя бы твое имя, – сказал я, надеясь, что сейчас она назовет себя.
Она пожала плечами.
Взяла чашку с чаем, сделала глоток. Я терпеливый, поэтому ждал. Ведь не может молчание длиться вечно.
Второй глоток. Я вновь тяжело вздохнул, давая понять, что ведь все-таки не может она молчать вечно.
Третий глоток. На ее лице появилась легкая улыбка. Она посмотрела на меня. Все это время, пока длилось молчание, я рассматривал ее ноги. Как я уже говорил, смотреть в глаза, да и вообще в лицо, я не особо любил, поэтому не оставалось ничего, кроме как разглядывать ее ноги. Надеюсь, она думала, что я разглядываю пол, а не ноги.
Поняв, что она смотрит на меня, мне пришлось перевести взгляд на нее.
– Имя ведь ничего не значит, – наконец сказала она, сделала четвертый глоток.
– Да ну? Как-то же тебя нужно называть. Не называть же тебя просто… ну…
– Я поняла. Я поняла, – повторила она, сделав еще один глоток. – Но и ты пойми. Мне имя не нужно. Я задержусь ненадолго.
– Насколько? Куда ты пойдешь?
Я был немного обеспокоен. Ее одежда не соответствовала погоде. Чего уж там, в такой одежде можно и простудиться. Мне бы не хотелось, чтобы она болела.
– Не волнуйся обо мне. Если ты не хочешь, чтобы я была у тебя, я найду другое место…
– Я не говорил, что не хочу, чтобы ты была у меня. Я просто хочу узнать, зачем и почему ты пришла ко мне.
– Я уже говорила…
– Да-да, только у меня горел свет. Ну конечно, – сказал я со скептицизмом, не отводя от нее глаз.
– На самом деле, причина не только в этом, – сказала она.
Ну вот! Наконец-то, подумал я. Сейчас, может быть, она скажет, что за чертовщина происходит.
Но…
Снова глоток. Чашка опустела наполовину.
Она молчала. Мне так и хотелось подначить ее, сказать: «Ну», или что-то подобное. Но я решил, что лучше не торопить события.
Следующие слова она сказала без тени улыбки, совершенно серьезно:
– Причина в том, что ты мне нужен.
III
Я опешил.
Непонимающе посмотрел на нее, спросил:
– В каком это смысле?
Она пожала плечами.
– В таком. Смысле, о котором пока рано говорить.
– Прости, но слишком много загадок.
– Нет причин извиняться, – она сделала еще один глоток чая. – Остыл, – сказала она, словно в этом виноват я.
Она поставила чашку, я потрогал ее: едва теплая.
– Я согрею еще.
– Нет.
– Но ты хотела черный чай.
– Да. Но я передумала. Ты же часто передумываешь?
Я пожал плечами.
– Вот и я так же. Хочу воды, – сказала она. Встала, помыла чашку, налила воды.
Когда она сделала первый глоток, то перевела взгляд с чашки, где была вода, на меня. Сделала еще глоток и вновь посмотрела на меня. Я непонимающе глядел на нее, но она сделала третий глоток и наконец произнесла:
– Без вкуса. Но… почему-то вкусно, – она хмыкнула. Вновь натянулась улыбка. – Глупости говорю, но все же. – Сев на стул, она вновь посмотрела на меня, сделала глоток и сказала: – Долго это продолжаться не может. Наше молчание.
– Ты говоришь.
– Нет. Нет. Нет. – Поставив чашку, она подняла руки перед собой. – Мы говорим не о том.
– Вот и я о том же! Давно уже жду от тебя ответов на мои вопросы, но ты говоришь не о том.
– Простите, – она нахмурилась и грозно уставилась на меня. – Ах это я говорю не о том?
– Ты. Я давно жду ответов на вопросы. А ты…
– Нет! Стоять! – повысив голос, сказала она. – Это ни к чему не приведет, кроме как…
– Как тебя зовут? – я стал выходить из себя. Стукнул, наглядно демонстрируя свое раздражение, по столу. Ее игры мне надоели. К тому же, я устал стоять, опираясь на стол.
Она замолчала. Сжала губы. Сложила руки.
– Это совершенно неважно. Важна твоя мания, твое желание знать все. Но, – она наклонила голову вправо, – я тебе ничегошеньки не скажу. Только не я.
– Кто тогда?
– Возможно… она.
Мой естественный вопрос, который я хотел было задать, прервал громкий женский крик, доносящийся из моей спальни.
IV
Мой ошарашенный взгляд, видимо, выглядел забавно: незнакомка улыбалась. Она допила воду, а я тем временем побежал в свою комнату, оставив ее одну сидеть на кухне.
Женский крик постепенно сошел на нет. Когда я забежал в комнату, он возобновился. Причиной, очевидно, был я. Вторая незнакомка за этот вечер была темноволосой. Она лежала на полу обнаженная. Увидев меня, она руками создала некое подобие бикини: левая рука в области паха, а правая перекрыла грудь.
Я сразу же отвернулся. Хотел было уже сказать, что я никаких подробностей не увидел, но в этот момент она закричала, прервав крик:
– Выйди!
Мне было немного неприятно, что меня выгоняют из своей комнаты, но противиться я не стал. Как воспитанный мальчик, закрыл за собой дверь. И решил не молчать:
– Как ты там оказалась?!
– Мне нужна одежда, – ответила она из-за двери.
– Я не ношу женскую, – ответил я. – Одевай мою.
Из-за двери послышалась возня. Очевидно, она оглядывала мой гардероб, подбирая что-то подходящее.
Не прошло и двух минут, как дверь открылась.
Девочки, одевающиеся в мужскую одежду, меня не особо привлекают. Однако белая футболка с абстрактной размазней и цифрами «2020» и мои шорты трехлетней давности смотрелись на девушке вполне естественно.
Если бы не длинные волосы и черты лица, она бы сошла за мальчика.
Подавляя свои неблагочестивые мысли, я поднял взгляд на ее лицо. Оно отличалось от лица той, что сидела на кухне и пила воду.
Была чуть темнее, загорелая что ли, глаза карие, волосы заплетены в хвост, губы немного тоньше, чем у блондинки.