Вуду по-берендейски
Шрифт:
– Может, нам его и пожалеть полагается? – задумчиво предположила я. – Умаялся, поди, лазутчик-неудачник: такой длинный путь проделал, сколько моральных и физических сил потратил, подметки на сапогах до дыр истоптал. И что самое обидное: никто его рвения по достоинству не оценит, и кино про него не снимут – хорошо, если в живых оставят и не лишат буйной головушки!
Иван и Рослав одобрительно хмыкнули.
– Вы его усыпили, чтобы он не слышал нашей беседы? – догадалась Лада.
Хранитель кивнул и вернулся за стол. Ритмично постукивая тонкими пальцами по его поверхности, он посмотрел на густые белые облака за окном, собираясь с мыслями, и заговорил:
– То, о чем вы сейчас услышите, всего лишь мои умозаключения, основанные на случайной информации, но, думаю, они не слишком далеки от действительности. Прав я или нет, вы сможете удостовериться по возвращении в княжество, допросив своего преследователя.
Мы, образно говоря, превратились в одно большое ухо.
– Этот субъект давно рвался к власти в скиту Белых Волхвов, но разве по силам такому ничтожеству соперничать с Жрицей Огня? Она же, если не ошибаюсь, еще и Страж? – Брат утвердительно кивнул. – Ваша матушка, Иван, не только сильная личность, но и могущественная кудесница. – Прочитав на моем лице неподдельное изумление (остальным-то он вряд ли раскрыл большой секрет), он с улыбкой пояснил. – Просто вам, Леля, до сих пор не представилось случая увидеть тетушку в настоящем деле. Ничего, еще успеете!
Я недоумевала: откуда Хранителю все известно? Может быть, он такой же ясновидящий, как Макошь? В моей голове, как это повелось, в совершенно неподходящий момент золотой рыбкой проскользнула какая-то дельная мысль, но тут же спряталась, не позволив себя прочитать.
…Чванливому Китоврасу надоело ждать своего звездного часа, который никак не желал наступать. Карьерист жаждал власти, а к ней-то его как раз и не допускала осторожная Жрица Огня, постоянно ссылаясь на незрелость характера и недостаток опыта.
Неожиданно ему подвернулся случай ускорить ход событий.
В один из визитов Йогини-Матушки в княжеский дворец, которую Китоврас сопровождал в качестве вероятного преемника, он познакомился с Мареной (конечно, Василю Берендею она назвалась другим именем и представилась дальней родственницей его жены, княгини Вероники). Та быстро раскусила лицемера и попросила его об одолжении: некоторое время следить за юной княжной и, по возможности, нейтрализовать – удалить под каким-либо предлогом из замка, чтобы самой без помех завладеть некоей ценной книгой. Взамен новая знакомая пообещала выполнить заветное желание толстяка – до срока освободить для него вакансию руководителя скита. Глупец имел неосторожность поверить обещаниям, которые та выполнять не собиралась, и попал в неприятную, мягко говоря, ситуацию…
На Ивана было жалко смотреть: он побледнел, сжал кулаки, а потом встал и шагнул к похрапывающему в свое удовольствие негодяю. Лада и Рослав повисли на нем, удерживая от необдуманного шага.
– Только не в моем замке – здесь он в любом случае не останется! – предупредил Хранитель. – Вы заберете его в Аркаим, где он поступит в ваше полное распоряжение для совершения правосудия. – Он взглянул на лежащего у его ног толстяка и повернулся к нам. – А теперь мы можем без помех побеседовать о вашем неотложном деле.
Костанадос внимательно выслушал наше предложение.
– Но вы отдаете себе отчет в том, что вряд ли когда-нибудь получите назад книгу, если оставите здесь?
– Что ж, по крайней мере, она будет надежно защищена. – Иван, уяснивший, что торг неуместен, ответил ему прямым взглядом.
– О, да! – усмехнулся Хранитель. – Кроме того, у вас наверняка имеются копии. – Друзья многозначительно промолчали, и тот удовлетворенно кивнул. – А теперь вам необходимо как можно скорее вернуться назад.
Я поймала себя на том, что непроизвольно надула губы, как маленькая обиженная девочка. А как же законы гостеприимства (застолье, экскурсия по замку, ответы на вопросы гостей) – не успели прийти, как уже выпроваживают?
– Несомненно, было бы интересно пообщаться с вами подольше, – слова Хранителя хоть и примирили меня немного с суровой действительностью, но обиду окончательно не развеяли, – однако воздействие Нави губительно для живых – вас постепенно покидают силы, да и выглядите вы, честно говоря, неважно. – Мне показалось или его голос стал мягче?
– А… Вы? – вырвалось у меня. – Почему Вы чувствуете себя здесь, как дома?
– Я живу на границе двух миров. Впрочем, Навь уже давно приняла меня и никогда не причинит вреда.
Коротко, но непонятно, отметила я, но постеснялась попросить разъяснений. Внезапно навалилась тяжесть, закружилась голова, и я обессилено откинулась на спинку кресла. Друзьям тоже приходилось несладко, но в отличие от меня они держались гораздо лучше – сидели, распрямив плечи, и не опуская головы.
Костанадос достал из шкафа вазу с фруктами и хрустальный кувшин с темно-красной жидкостью, разлил ее в высокие бокалы и предложил каждому из нас. Мы недоверчиво уставились на угощение: вдруг отравит? Меня так и подмывало съязвить, что избавляться от лишних свидетелей, вообще-то, вполне согласуется с духом детективного жанра, но вовремя прикусила язык.
– Я похож на убийцу? – Хранитель удивленно поднял брови и усмехнулся, но, я была уверена, что он меня прекрасно понял. – Эта настойка из редких целебных трав и фруктов повышает иммунитет организма и возвращает ему бодрость – но лишь на короткое время.
Все предельно ясно и лаконично (пейте, мол, и проваливайте восвояси), а потом с любопытством принюхалась: жидкость приятно пахла яблоком, мятой и лимоном. Сморщившись в предвкушении кислого вкуса, я сделала первый небольшой глоток на пробу и… залпом проглотила содержимое: напиток, тягучий и густой, как ликер, здорово освежил и быстро вернул силы. С благодарностью вернув пустой стакан, я едва удержалась, чтобы не попросить добавки. Хранитель уловил мое желание и пояснил, что к его большому сожалению, употреблять эликсир можно лишь в ограниченных количествах. Наверняка пожадничал.
Мои спутники отчего-то медлили и все еще держали в руках наполненные стаканы – интересно, это я оказалась самой храброй или остальные члены команды использовали меня, как наименее ценного члена экспедиции, в качестве дегустатора? Я смутилась: не годится думать о друзьях плохо – наверное, ребята просто на мгновение задумались о чем-то очень важном, вот и замешкались. Но тут Иван, Рослав и Лада наконец-то осознали, что первопроходец в моем лице не забился в предсмертных судорогах, не потерял сознание, а остался невредим – спохватившись, они быстренько опустошили бокалы и поставили на стол.