Вуду
Шрифт:
Брюнетка с самодовольной усмешкой скрестила руки на груди и ждала нас. Как только мы поднялись на крыльцо, она протянула руку.
— Привет. Я Женева, соседка Киры. А ты кто? — для женщины у нее было на удивление крепкое рукопожатие.
— Вуду, — ответил я.
— Вуду? Господи, неужели мама тебя не любит? — Женева была смелой, что я ценил, но не собирался называть ей своего настоящего имени без веских на то причин.
— Мама очень меня любит, — больше я ничего не сказал, так что если ей было интересно, пришлось бы рискнуть сунуть нос, куда не просили.
— Значит, ты один из байкеров, которых я вижу по всему городу, да?
— Боже, Женева. Хватит уже, — раздраженно отрезала Кира, чем вызвала у меня усмешку.
— А что такого? — спросила Женева. — Я просто хотела узнать, такие ли они, как в сериале!
Не в силах сдержаться, я закатил глаза. Конечно, в сериале встречались точные факты, но большинство моментов и историй были всего лишь выдумкой.
— Не совсем, Женева, — ответил я.
— Что ж, тогда забери мою девочку и хорошенько прокати. Ей это нужно.
Я ничего не мог с собой поделать и посмеялся над ее намеком.
— Все, нам пора! — вмешалась Кира и, схватив меня за руку, утянула с крыльца. Она не смогла бы сдвинуть меня с места, но я и сам хотел уйти, поэтому позволил ей.
— Приятно было познакомиться, Женева, — бросил я через плечо, пока мы шли к мотоциклу.
— Теперь мы можем уехать? — раздраженно спросила Кира.
— Конечно, — отозвался я, взяв шлем и открепив ремешок. Она заплела волосы так, чтобы они не спутались, и я, довольный, надел на нее шлем.
— Я и сама могу, — возмутилась Кира.
— Я сделаю, — настоял я, не собираясь упускать возможность прикоснуться к ее коже. Она была такой шелковистой и мягкой, что мне захотелось исследовать каждый сантиметр.
Застегнув ремешок потуже, я запрыгнул на мотоцикл и жестом велел Кире сесть позади меня. Она выглядела неуверенной, так что я ее направлял. Она на удивление умело устроилась позади меня.
— Ты уже каталась? — оглянулся я через плечо.
— Да.
— По твоему поведению казалось, что ты впервые садишься на байк.
— Дело не в этом, — уклончиво ответила Кира.
— Хм, — мне не нравилось представлять ее на мотоцикле с кем-то другим, и я позволила ей уйти от ответа. Я завел двигатель, и мы отъехали от дома. Вывернув на главную магистраль, я одной рукой сжал бедро Киры и потянул ее на себя, вынуждая сесть ближе.
Жар между ее ног поразил меня, как тонна кирпичей, и мой проклятый член снова ожил. Своеобразная пытка, но каждая секунда того стоила.
Проехав по шоссе 69, мы оказались на Первой авеню. Я подъехал к «Казадору» и припарковался. Заглушив двигатель, я сразу помог Кире спуститься с сидения.
— Тебе нравится мексиканская кухня? — спросил я ее, снявшую шлем. Я не догадался спросить заранее, потому что в действительности был не из тех, кто ходит на свидания, и не знал, как принято делать.
— Ага, — закусила губу Кира. Взяв шлем, я повесил его на руль, и она перевела взгляд с него на меня. — Думаешь, никто его не украдет?
— Нет, — развеселено фыркнул я, качая головой, — если не хотят пострадать. Можешь мне поверить, никто не захочет связываться ни с чем на этом байке.
Кира явно не понимала значение наклейки 1 % и аэрографии SYLRB.
Когда я положил руку ей на талию и повел ее к дверям, она неуверенно пошла со мной. На миг я остановился и осмотрелся. Кира вопросительно глянула на меня. Ощущение чьего-то взгляда исчезло, и я провел ее в ресторан.
Сев за столик, мы пролистали меню, и она нервно поерзала.
— Все хорошо? — спросил я.
Пришла официантка и предложила нам напитки. К моему удивлению, Кира заказала маргариту и стакан воды.
— И мне воды, — сказал я официантке, пообещавшей скоро вернуться за заказом. — Все хорошо? — надавил я.
— Послушай, Вуду, Огун или как бы тебя ни звали, — вздохнула Кира. — Я не знаю, почему согласилась с тобой поужинать. Ты объединяешь в себе все, чего мне нужно избегать. И все, от чего я пытаюсь сбежать, — замялась она.
— От чего ты пытаешься сбежать? У тебя проблемы? — за миллион лет я бы не подумал, что у Киры в шкафу скелеты.
— Нет, ничего подобного, — она снова нервно поерзала. — Я волнуюсь, что если у нас не сложится, из-за меня в клинике возникнет напряженная ситуация. Доктор Моран сказал, что правила не запрещают нам встречаться, но посоветовал быть осторожной, — я немного напрягся, не обрадованный предостережениями доктора. — Не пойми меня неправильно, — продолжила Кира, — он не отговаривал меня от ужина, просто выразил надежду, что если у нас с тобой ничего не выйдет, клиника не пострадает.
— Я понимаю, — расслабился я. — Не волнуйся. Я достаточно взрослый, чтобы не вести себя по-идиотски, — приврал я, поскольку бывал самым настоящим придурком, если сам того хотел. Большинство людей считали меня пугающим, но с Кирой я чувствовал себя немного проще. Человечнее.
Официантка принесла нам напитки, приняла у нас заказ и снова ушла.
— Ладно, — казалось, Кира обдумывала ситуацию. — Ты должен знать, что я не ищу отношений. Моя жизнь и без того загружена.
— Меня все устраивает. Я тоже не любитель обязательств. Но ты мне нравишься, и я хочу узнать тебя. Провести время вместе. Что-то типа того.
Услышав, что я хотел познакомиться поближе, Кира немного напряглась. Другой человек на моем месте ничего бы не заметил, но я превосходно умел читать язык тела.
— Гм, — выдала она, отпив маргариты.
— Что скажешь, если после ужина мы заглянем в клуб? — спросил я, чтобы посмотреть на ее реакцию.
— Гм, в мотоклуб? — от нее волнами исходила нервозность. — Кто там будет? — Кира поводила пальцем по конденсату на бокале.
Я не знал, что именно ее насторожило, и решил сказать правду.
— Члены клуба, может, пара старушек, скорее всего, несколько…м-м, клубных девочек.
— Клубных девочек? — приподняла Кира темно-русую бровь.
Надавив языком на нижнюю губу, я гадал, как их описать. В иной ситуации я бы не колебался, но Кира была для меня особенной.
— Скорее всего, ты верно подумала.
— Цыпочки, которые спят со всеми подряд? — прямо спросила Кира и, постукивая пальцем по бокалу, посмотрела мне в глаза.
— Можно сказать и так, — пожал я плечами. Откинувшись на спинку стула, я внимательно всматривался в лицо Киры, гадая, на что еще ей хватит смелости.