Вусмиор. По ту сторону барьера
Шрифт:
— Что… Как… Нет… — Анна буквально задыхалась от беспомощности, осознав масштаб своего бедствия. Слезы мгновенно навернулись у нее на глазах. — Какого Всадника, Леди?! После всего, что было… Как ты смеешь лезть в мою жизнь?
— Именно из-за того, что было! После всех моих ошибок… — надрывно говорила Леди, понимая, что для сестры каждое ее слово звучало сейчас, как приговор. — Анна, я не позволю тебе совершить ошибки, которые уже никто и никогда не сможет исправить.
— Да кем ты себя возомнила? Почему ты думаешь, что имеешь права решать за других? Это моя жизнь, Леди! И я имею право делать с ней, что захочу! — кричала Анна, отступая в коридор. — Если тебе нравится сидеть в Эстере, как в тюрьме, то мне хочется увидеть мир за пределами этого купола!
— За пределами этого купола тебя убьют, — бескомпромиссно отрезала Леди, наблюдая за тем, как сестра пятилась к выходу. — Как ты не понимаешь этого?! Для таких как мы нет другого мира, кроме Эстера.
— Для таких, как мы? — зло рассмеялась Анна, и было в этом смехе нечто совсем не свойственное ей, какой бы вредной и невыносимой она ни была. — Кто это — мы? Ты никогда не была такой, как я. Или как папа, или мама. Это ты всегда была особенной, это из-за тебя нам пришлось переехать и сменить имя. Из-за тебя меня уже чуть не убили!
— И я уже миллион раз просила за это прощения, — Леди пыталась остановить истерику сестры, но все было бесполезно.
— Какой толк от твоего прощения, если ты даже сейчас продолжаешь портить мне жизнь? Хватит! Я люблю Оуэна, он поможет мне стать свободной! Свободной, в первую очередь, от тебя!
— Анна, а что будет с мамой и папой, когда ты вдруг сбежишь? Ты способна думать о ком-то, кроме себя? — не сдавалась Леди, но сестра ее уже не слышала. Схватив с вешалки у входа куртку, она без оглядки выбежала наружу. — Анна!!! Чтоб тебя! Бен, перекрой выход из подъезда!
Последние слова она адресовала в наплечный коммуникатор, соединенный эфирным каналом с дежурившим снаружи стражем. Леди подозревала, что эта встреча может закончиться скандалом, но что ей придется ловить сестру силой с помощью своих подопечных, Тали даже в страшном сне представить не могла. Что у Анны в голове? Как можно быть такой безрассудной и беспечной? Когда Джейсон сообщил о ее планах сбежать, Леди и представить не могла, что эта идея укоренилась в сестре настолько глубоко. Она попросту не узнавала Анну в этой истеричке. Или, может, все это время она отказывалась верить в то, какой была ее сестра на самом деле?
— Нет, нет, нет! Какого Всадника, отпустите меня! — доносились вопли Анны снаружи, пока Леди спускалась по лестнице. — Леди, прикажи ему отпустить меня! Ты не имеешь права так со мной обращаться!
Она дергалась и извивалась в попытках вырваться из крепкой хватки Бенджамина, водителя Тали. Молодой страж в строгой черной форме ждал дальнейших распоряжений Верховной Хранительницы, а Леди, смотря на сестру, по-прежнему не могла поверить в то, что все это на самом деле.
«Это какое-то безумие…» — мысленно выдохнула Леди, встретившись с ненавидящим взглядом Анны.
— Бен, отпусти ее, — дрожащим голосом произнесла Тали и кивнула водителю, чтобы тот отошел в сторону. Но извиняться за произошедшее она не собиралась, внутри нее сейчас кипело не меньше злости, чем в младшей сестре. — Если тебя не волнует, что будет с отцом и матерью, когда они вернутся с работы и узнают, что ты сбежала, то можешь валить из Эстера хоть сейчас. Я не буду тебя держать. Зачем тебе сдались эти глупые экзамены, если тебе это все уже не нужно? К чему эти условности? Пожалуйста. Будь свободной. Живи, как хочешь. Живи без этой ужасной невыносимой сестры, которая все тебе запрещает. И это будет только твой выбор, Анна. И только ты будешь нести за него ответственность. Но вот только кого ты будешь винить во всех своих бедах, когда с тобой что-то случится в Мармиати-Ай?
Сестра ничего не ответила, лишь недовольно скрестила руки на груди, всем своим видом пытаясь показать, что ее ни разу не испугал грозный голос сестры, в котором четко читались ноты Верховного Хранителя. Она все еще сверлила Леди глазами так, словно видела перед собой порождение Тьмы. И в этот самый момент Тали не понимала, кем она была на самом деле. Или кем была Анна, и к какому Всаднику катится этот мир?
Наблюдая за городом невидящим взглядом из окна служебного эфикара, Леди ощущала себя совершенно опустошенной. Словно после встречи с сестрой какая-то ее часть, очень важная часть, если не умерла, то находилась на волоске от гибели.
Снаружи пробегали одна за другой уютные мощеные улицы, с каждым днем все больше наполняющиеся ароматом цветов и духом приближающегося фестиваля Возрождения. Леди с ранних лет любила этот светлый праздник, символизирующий надежду и перемены к лучшему. Но сейчас не чувствовала ни того, ни другого. Наоборот, Хранительницу вдруг охватило ощущение, что бы ни она ни предпринимала, какие бы усилия ни прилагала, все вокруг становилось только хуже, а за видимым благополучием неминуемо назревала настоящая катастрофа.
Переступив порог Штаба хранителей, Леди попыталась отогнать от себя гнетущие мысли, а вместе с ними и переживания о том, что будет делать Анна после произошедшего скандала. Благо, забот, требующих внимания Верховной Хранительницы, было более, чем предостаточно.
— Есть какие-нибудь новости от Джоан и Квентина? — первым делом хриплым голосом спросила Тали, когда выловила Джейсона. Ее правая рука как раз вышел от связистов, но, вопреки ожиданиям Хранительницы, отрицательно помотал головой. — Что, совсем ничего?
— Совсем, но, я думаю, пока еще рано поднимать панику. По моим подсчетам, они только-только должны были добраться до Мармиати-Ай, — хмыкнул Милтон, сопровождая Леди до ее кабинета. — А что с твоим голосом? Ты заболела?
При упоминании обители некромантов Тали передернуло. У нее каждый раз сердце сжималось от мысли, что ее лучшая подруга и один из самых верных хранителей могли сгинуть на юге Вусмиора, а Анна только и делала, что грезила о побеге в Мармиати-Ай.
— Аллард Рейн тоже не выходил больше на связь? — Леди не хотела посвящать Джея в свои дрязги с сестрой и позволила себе не отвечать не его последний вопрос. Милтон лишь покосился на нее. — Не выдвигал никаких требований насчет Эша?
— Нет, — хмуро отозвался Джей, который уже не раз высказывал подозрения о том, что шпиона-невидимки давно нет в живых. Никто бы не продержался так долго в плену у темных. — И нет, никто из других шпионов не сообщал какой-либо новой информации. Как уже говорилось ранее, если Грей еще жив, то, скорей всего, его держат в Доме правителей, а это самое неприступное место во всем Амхельне, сама знаешь.
— И сотни эпигонов не нужно, если там сам Орел, — понуро согласилась Леди, даже в самом отчаянном состоянии она не решилась бы хоть кого-то из своих людей отправить в логово Арнлейва Эгго. И то, что Эш попал туда, разрывало ей душу. — Хорошо, что тогда с Кори Касадо? Все готово?