Чтение онлайн

К счастью, основания этой доктрины не ограничиваются двумя стихами. Эти основания можно найти в самой всеохватывающей божественной деятельности, чему свидетельством служит Новый Завет. Отец открывается в Сыне через Святого Духа. В новозаветных Писаниях существует теснейшая связь между Отцом, Сыном и Святым Духом. Новый Завет вновь и вновь соединяет вместе эти три элемента как части большего целого. Полнота божественного спасительного присутствия может, как представляется, быть выражена в сочетании всех трех элементов (например, 1 Кор.12:4–6; 2 Кор.1:21–22; Гал.4:6; Еф.2:20–22; 2 Фес.2:13–14; Тит.3:4–6; 1 Пет.1:2).

Ту же троичную структуру можно усмотреть и в Ветхом Завете. На его страницах можно выделить 3 следующие основные "персонификации", которые приводят к христианской доктрине о Троице:

1. Мудрость. Эта персонификация Бога особенно очевидна в книгах мудрости, например Книгах Притчей, Иова, Екклесиаста. Божественная мудрость рассматривается здесь как Личность (отсюда и идея о персонификации), существующая отдельно, но все же зависимая от Бога. Мудрость (которой всегда придается женский род) изображается активной в творении, оставляющей на нем свою печать (см. Пр.1:20–23; 9:1–6; Иов.28; Екк.24).

2. Слово Божье. Здесь, божественная речь рассматривается как отдельная сущность, существующая независимо от Бога, хотя и порожденная им. Слово Божье изображается исходящим в мир и сообщающим людям волю и замыслы Божьи, несущим руководство, суд и спасение (см. Пс.118:89; Пс.46:15–20; Ис.55:10–11).

3. Дух Божий. Ветхий Завет использует словосочетание "дух Божий" для обозначения божественного присутствия и силы в творении. Дух Божий должен присутствовать в ожидаемом Мессии (Ис.42:1–2) и должен быть действующей силой нового творения, которое возникнет, когда старый миропорядок, в конце концов, прекратит свое существование (Иез.36:26; 37:1-14).

Эти три "ипостаси" Бога не составляют доктрину о Троице в строгом смысле этого слова. Они лишь указывают, как Бог действует и присутствует в творении и через творение, по отношению к которому Бог выступает как одновременно имманентный и трансцендентный. Чисто унитарная концепция Бога оказалась не в состоянии передать это динамичное понимание Бога. Именно этот образ божественной деятельности выражается в доктрине о Троице.

Доктрину о Троице можно считать результатом долгих и всесторонних размышлений о божественной деятельности, явленной в Священном Писании и продолжающейся в жизни христиан. Это не означает, что Писание содержит доктрину о Троице; Писание лишь свидетельствует о Боге, Который явлен в трех лицах. Ниже мы рассмотрим процесс эволюции этой доктрины и ее терминов.

Терминологический аппарат, связанный с доктриной о Троице, несомненно представляет одну из наибольших трудностей для студентов. Фраза "три лица, одна сущность" представляется, мягко говоря, не совсем понятной. Однако, понимание того, как возникли эти термины, можно назвать, вероятно, наиболее эффективным способом уразуметь их значение и важность.

Можно утверждать, что характерная тринитарная терминология обязана своим возникновением Тертуллиану. Согласно одному исследованию, Тертуллиан ввел в латинский язык 509 новых существительных, 284 новых прилагательных и 161 новый глагол. К счастью, не все они получили распространение. Поэтому, едва ли следует удивляться, что когда он обратил свое внимание на доктрину о Троице, появился целый ряд новых слов. Три из них имеют особое значение.

1. Trinitas. Тертуллиан придумал слово "Троица" (лат. "Trinitas"), которое с тех пор стало столь характерным для христианского богословия. Хотя исследовались и другие возможности, влияние Тертуллиана было настолько глубоким, что этот термин стал нормативным в Церкви.

2. Persona. Тертуллиан ввел это слово для передачи греческого термина "hypostasis"', которое становилось общепринятым в грекоязычной части Церкви. Ученые долго спорили о том, что имел в виду Тертуллиан под этим латинским термином, который неизменно переводится как "личность", или "лицо" (см. раздел "Определение личности" выше). Нижеприводимое объяснение получило широкое признание и проливает некоторый свет на трудности, связанные с понятием о Троице.

Термин "persona" буквально означает "маска", которую носили актеры в римском театре. В те времена актеры носили маски, чтобы дать понять зрителям, каких персонажей они играют. Термин "persona" приобрел целый ряд значений, связанных с "ролью, которую кто-то играет". Вполне возможно, что Тертуллиан хотел, чтобы его читатели понимали идею о "одной сущности, трех лицах", как указание на то, что один Бог играет в великой драме человеческого искупления три отдельные роли. За множественностью ролей стоит один актер. Сложность процесса творения и искупления не подразумевала существования множества богов, а лишь то, что существовал один Бог, который в "плане спасения" (термин, который будет рассмотрен подробнее в следующем разделе) действовал разными способами.

3. Substantia. Тертуллиан ввел этот термин для выражения идеи об основополагающем единстве Троицы, несмотря на сложность откровения Бога в истории. "Сущность" это то, что есть общего у трех Личностей Троицы. Ее не следует воспринимать как нечто, существующее независимо от трех Личностей. Напротив, она выражает фундаментальное единство, несмотря не внешнюю видимость различия.

Развитие доктрины о Троице лучше всего рассматривать как органически связанное с эволюцией христологии (см. в следующей главе). С развитием христологии все большее признание получала идея о том, что Иисус "единосущен" (homoousios) Богу, а не "подобосущен" (homoiousios) Ему. Однако, если Иисус — Бог в любом значении слова, что же из этого следует? Означает ли это, что существует два Бога? Или требуется радикальное переосмысление природы Бога. С исторической точки зрения можно утверждать, что доктрина о Троице близко связана с развитием доктрины о божественности Христа. Чем настойчивее христианская Церковь утверждала, что Иисус Христос — Бог, тем больше требовалось прояснение отношений Христа с Богом.

Как мы видели, отправной точкой христианских размышлений о Троице служит новозаветное свидетельство о присутствии и деятельности Божьей во Иисусе Христе и через Святого Духа. С точки зрения Иринея Лионского, весь процесс спасения, от начала до конца, свидетельствовал о действиях Отца, Сына и Святого Духа. Ириней воспользовался термином, который в дальнейшем занял видное место в рассуждениях о Троице: "экономия спасения" (в русской православной традиции — "домостроительство спасения" — прим. ред.). Слово "экономия" требует пояснений. Греческий термин "oikonomia" означает "то, каким образом устроены чьи-либо дела" (таким образом становится понятной его связь с современным значением этого слова). С точки зрения Иринея Лионского, термин "домостроительство спасения" означал "то, как Бог устроил спасение человечества в истории". Иными словами говоря, речь идет о плане спасения.

В то время Ириней подвергся суровой критике со стороны некоторых гностиков, которые утверждали, что Бог — Творец отличается от Бога — Искупителя. В излюбленном Маркионом виде эта идея приобрела следующую форму: ветхозаветный Бог был Богом — Творцом, совершенно отличным от Бога — Искупителя Нового Завета. В результате, христиане должны избегать Ветхого Завета и сосредоточивать свое внимание на Новом Завете. Ириней настойчиво отвергал эту мысль. Он настаивал на том, что весь процесс творения, от первого момента творения до последнего момента истории — дело одного и того же Бога. Существует единый план спасения, в котором Бог — Творец и Искупитель — трудится во имя искупления Своего творения.

В своей работе "Изложение проповеди Апостолов", Ириней Лионский настаивал на отличных друг от друга, но все же связанных между собой ролях Отца, Сына и Святого Духа в плане спасения. Он заявил о своей вере следующими словами: "Бога Отца несотворенного, Который бесконечен, невидим, Творца вселенной… и в Слово Божие, Сына Божиего, Господа нашего Иисуса Христа, Который в полноту времени, чтобы собрать Себе все, стал человеком среди людей, чтобы… уничтожить смерть, принести жизнь и достичь единения между Богом и человечеством… И в Святого Духа, по — новому излитого на наше человечество, чтобы обновить нас по всему миру в глазах Божьих".