Чтение онлайн

К режиму посттоталитаризма он отнес советский строй после смерти Сталина. Методы правления, жесткость применения статей Уголовного кодекса «за антисоветскую пропаганду и агитацию», за другие «преступления», «культ личности Сталина» были осуждены и смягчены новым руководством. Посттоталитарные режимы обычно устанавливаются после смерти тоталитарного харизматического лидера, когда начинается процесс «рутинизации харизмы» – консервации идеалов, символов и мифов тоталитарного правления. Одновременно ослабляется контроль со стороны спецслужб, которые становятся более нейтральными, государственными, а не режимными организациями. Место диктатора занимает более либеральный руководитель или группа лиц, осуществляющих коллективное управление, быстро растет бюрократия и коррупция. Снимаются наиболее одиозные политические лозунги.

Так как режим посттоталитаризма выражает явление реконструкции тоталитарной политической системы, то тоталитарные реминисценции в посттоталитарном политическом процессе весьма вероятны. Типичный советский посттоталитаризм – режим Н. С. Хрущева (1953–1964); реминисценцией, смутной копией, а то и карикатурой на сталинский тоталитаризм был режим неототалитаризма Л. И. Брежнева (1964–1982).

Султанистский режим , по Линцу, – крайняя форма патриархального наследственно-родового господства, которая берет свое начало в деспотиях Древнего мира, арабских халифах, султанах Османской империи и полностью соответствует абсолютистской формуле Людовика XIV: «Государство – это я!». Правитель Османской империи носит титул султана (светский император) и калифа (религиозный глава всех мусульман империи). Все подданные султаната находятся в полной зависимости от султана, который по своей воле или прихоти может их казнить или жаловать. Султан выше правительства, правил поведения, государственного порядка. Султан может объявить себя пожизненным президентом, императором, назначить своих родственников принцами. У него не может быть оппозиции, ибо мнение султана и есть право и истина. Основными признаками султанских режимов являются: отсутствие идеологии, политической мобилизации, ограничение власти, плюрализма. Примерами современных султанистских режимов служат правление Дювалье в Гаити, Трухильо в Доминиканской Республике, Бокасса в Центральноафриканской Республике (см. рис. 11.2).

Рис. 11.2. Типология режимов Линца. Источник: Мельвиль А. Ю. и др. Политология. М., 2004. С. 135.

Г. Алмонд и Г. Пауэлл для типологизации режимов (фактически политических систем) ввели два критерия:

1) субсистемная автономность, т. е. самостоятельность подсистем;

2) дифференцированность политической структуры (т. е. разделение, специализация, все большая самостоятельность ролей, появление их новых типов, создание новых структур и подсистем) и культурная секуляризации общества.

Каждый критерий получил три измерения (см. рис. 11.3), что дало возможность проследить развитие политических режимов.

Рис. 11.3. Типология политических режимов по Г. Алмонду и Г. Пауэллу. Структурная дифференцированность и культурная секуляризация. Источник: Ильин М. В. Основные методологические проблемы сравнительной политологии / Полис. 2001. № 6. С. 152–154; Политология / Под ред. А. С. Тургаева, А. Е. Хренова. СПб., 2005. С. 260.

При этом Алмонд и Пауэлл примером радикального тоталитаризма считают СССР, консервативного тоталитаризма – нацистскую Германию, консервативного авторитаризма – франкистскую Испанию, модернизирующегося авторитаризма – Бразилию, высокоавтономной демократии – Великобританию, демократии с ограниченной субсистемной автономией – Третью или Четвертую республику во Франции и послевоенную Италию, демократии с низкой автономией – Мексику, предмобилизованного авторитаризма – Гану, предмобилизованной демократии – Нигерию (до 1966 г.), бюрократической империи – империю инков или тюдоровскую Англию, феодальной системы – Францию XII в., примитивного общества – общества эскимосов, бедуинов [111] .

Мы уже говорили о типологии политических систем американского политолога Чарльза Эндрейна. Учитывая, что он не разграничивает «политическую систему» и «политический режим», употребляя то один, то другой термин, изложим более подробно его логику типологизации политических режимов. Для своей типологии Эндрейн ввел три критерия:

1. Нравственные ценности и материальные интересы, формирующие политические задачи и цели.

2. Власть государства над социальными группами, а в широком смысле – влияние правительства на политический процесс.

3. Политическая дистанция между управляющими и управляемыми, поведение политиков и рядовых членов общества.

В результате он разместил в двух таблицах по четыре типа режимов (см. табл. 11.2 и 11.3).

Народные (племенные) и бюрократические авторитарные режимы действуют в совершенно разных условиях. Материальная деятельность первых – собирание плодов, уборка урожая – неразрывно связана с духовно-нравственными ценностями, например с почитанием богов. Дистанция между правителями и подчиненными ничтожно мала. При бюрократическом авторитарном режиме государство строго контролирует все социальные группы, и отдельные лица практически не имеют возможности противостоять властям. Материальные интересы и нравственные ценности резко отделены.

Так же сильно отличаются элитистские мобилизационные и согласительные режимы. Власти мобилизационных режимов управляют сильным государством; социальные группы получают от последнего лишь малую толику самостоятельности; между управляющими и управляемыми большая политическая дистанция. Согласительный режим реализует плюралистическую модель. Государство имеет ограниченный контроль над достаточно самостоятельными социальными группами. Дистанция между лидерами и рядовыми гражданами, которые активно участвуют в политике, невелика.

Из четырех выделенных режимов, делает вывод Эндрейн, наиболее эффективен в условиях демократии согласительный тип. Его лидеры признают легитимными столкновения интересов различных групп, организационный плюрализм и добровольное участие граждан в политике. Лидеры склонны к компромиссу со своими противниками. Стратегии, нацеленные на консенсус, способствуют выработке гибких политических линий.

Мобилизационные режимы тяготеют к социализму. Популисты-мобилизаторы стремятся создать политико-экономическое равенство и вовлечь широкие массы в политику. Но очень сложно, отмечает Эндрейн, организовать неорганизованных, дать силу слабым, обогатить бедных. Такие режимы сталкиваются с оппозицией элиты и апатией масс. Элитистам-мобилизаторам, стоявшим у власти в СССР, Китае, Северной Корее, редко удавалось сохранить мобилизационный режим в течение длительного времени. Когда вера в священную миссию идеологии исчезает, государственная бюрократия стремится не столько к социалистическим преобразованиям, сколько к охране существующего режима.

Таблица 11.2. Типология режимов Энлрейна

Таблица 11.3

Значимую типологию для современных так называемых сообщественных демократических режимов создал Аренд Лейпхарт. Сообщественная демократия – это политический режим (понимаемый и как политическая система), предполагающий наличие многих сообществ (этнических, культурных, религиозных), длительное время нормально взаимодействующих между собой и образующих единое многосоставное общество и единую политическую систему. Сообщественная демократия – отдельный тип среди демократических режимов. Главным ее признаком является сотрудничество разнородных элит, образующих «большую коалицию», другие признаки: взаимное вето как гарантия интересов меньшинства, пропорциональность как главный принцип политического представительства и высокая степень автономности всех сообществ.

Для типологизации демократических режимов Лейпхарт ввел две дихотомии критериев:

1. Многосоставное – гомогенное общество.

2. Сотрудничество – соперничество элит.

В результате, исследуя структуры различных обществ и поведение их элит, он выделил четыре типа демократических режимов (см. табл. 11.4).

Таблица 11.4. Типология режимов Лейпхарта