Чтение онлайн

Миллс полагал, что личные проблемы, такие как избыточный вес, безработица, семейные проблемы или чувство бесцельности или депрессии, могут носить чисто личный характер. Они могут быть рассмотрены и поняты с точки зрения личных, психологических или моральных качеств – как своих, так и людей в ближайшей среде. В индивидуалистическом обществе, подобном нашему, на самом деле это наиболее вероятный способ, которым люди будут рассматривать проблемы, с которыми они сталкиваются: «Я не могу остаться без работы», «Мой муж не поддерживает меня» и т. д. Однако, если частные проблемы широко распространяются среди других, они указывают на то, что существует общая социальная проблема, источником которой является структурирование социальной жизни. На этом уровне проблемы недостаточно понимаются как просто личные проблемы.

Например, ожирение все чаще признается растущей проблемой как для детей, так и для взрослых в Северной Америке. Майкл Поллан приводит статистику о том, что трое из пяти американцев имеют избыточный вес, а каждый пятый страдает ожирением (2006). В Канаде в 2012 году почти каждый пятый взрослый (18,4%) страдал ожирением, по сравнению с 16% мужчин и 14,5% женщин в 2003 году (Статистическое управление Канады, 2013). Следовательно, ожирение – это не просто частная проблема, связанная с медицинскими вопросами, диетой или физическими упражнениями отдельных людей. Это широко распространенная социальная проблема, которая ставит людей под угрозу хронических заболеваний, таких как гипертония, диабет и сердечно-сосудистые заболевания. Это также создает значительные социальные издержки для системы здравоохранения.

Поллан утверждает, что ожирение отчасти является результатом все более сидячего и стрессового образа жизни современного капиталистического общества. Что еще более важно, однако, это продукт индустриализации пищевой цепи, которая с 1970-х годов производила все более дешевую пищу со значительно большим количеством калорий из-за переработки. Такие добавки, как кукурузный сироп, который гораздо дешевле и, следовательно, более выгоден в производстве, чем натуральный сахар, привели к появлению в 1980-х годах тенденции к производству фаст-фудов и безалкогольных напитков в большом количестве. Как утверждает Поллан, попытка найти обработанные продукты питания в супермаркете без дешевой, богатой калориями добавки на основе кукурузы является сложной задачей.

Глядя на отдельных людей и общества и на то, как они взаимодействуют через это, социологи могут исследовать, что влияет на поведение, отношение и культуру. Применяя систематические и научные методы к этому процессу, они пытаются сделать это, не позволяя своим предубеждениям и предвзятым идеям влиять на их выводы.

МОДЕЛИ ИЗУЧЕНИЯ: КАК СОЦИОЛОГИ СМОТРЯТ НА ОБЩЕСТВО

Все социологи интересуются опытом отдельных людей и тем, как этот опыт формируется взаимодействием с социальными группами и обществом в целом. Для социолога личные решения, принимаемые индивидуумом, не существуют в вакууме. Культурные паттерны и социальные силы заставляют людей выбирать одно из другого. Социологи пытаются выявить эти общие закономерности, изучая поведение больших групп людей, живущих в одном обществе и испытывающих одинаковое социальное давление. Когда общие закономерности сохраняются во времени и становятся привычными или рутинными на микроуровнях взаимодействия или институционализированными на макро– или глобальных уровнях взаимодействия, их называют социальными структурами.

Как мы отмечали выше, понимание взаимоотношений личности и общества является одной из самых сложных социологических проблем. Отчасти это связано с тем, что эти два термина используются в повседневной речи. овеществление относится к тому, как абстрактные концепции, сложные процессы или изменчивые социальные отношения начинают восприниматься как «вещи». Ярким примером овеществления является то, когда люди говорят, что «общество» заставило индивида что-то сделать или повести себя определенным образом. При написании эссе студенты-первокурсники иногда ссылаются на «общество» как причину социального поведения. С другой стороны, «индивид» – это существо, которое кажется твердым, осязаемым и независимым от всего, что происходит вне его тела, в котором содержится его сущность. Это условное различие между обществом и индивидом является продуктом овеществления, поскольку и общество, и индивид кажутся независимыми объектами. «Индивидуум» немыслим без отношений с другими, которые определяют их внутреннюю, субъективную жизнь и их внешние, социально определенные роли.

Одна из проблем для социологов заключается в том, что эти концепции личности и общества, а также отношения между ними рассматриваются в терминах, установленных очень общими моральными принципами в современных демократических обществах, а именно индивидуальной ответственности и индивидуального выбора. Человек несет моральную ответственность за свое поведение и решения. Часто в этих рамках любое предположение о том, что поведение индивида необходимо понимать с точки зрения социального контекста этого лица, «освобождает индивида» от принятия личной ответственности за свои действия.

Социология как общественная наука остается нейтральной по отношению к различным типам моральных вопросов. Для социологов концептуализация личности и общества гораздо сложнее, чем предлагает моральная основа, и ее необходимо исследовать с помощью аналитического инструментария, основанного на фактах, а не на морали. Социологическая проблема состоит в том, чтобы иметь возможность видеть индивида как полностью социальное существо и, тем не менее, как существо, обладающее свободой воли и свободой выбора. Люди являются существами, которые берут на себя индивидуальные обязанности в своих повседневных социальных ролях и рискуют социальными последствиями, если они не выполняют их. Тем не менее, способ, которым люди берут на себя ответственность, а иногда и принуждение к этому, социально определены. Социологическая проблема состоит в том, чтобы иметь возможность рассматривать общество как: измерение опыта, характеризующееся регулярными и предсказуемыми моделями поведения, которые существуют независимо от желаний или самоопределения любого конкретного человека. В то же время общество – это не что иное,как текущие социальные отношения и деятельность конкретных людей.

Ключевой основой социологической перспективы является концепция, что человек и общество неразделимы. Невозможно изучать одно без другого. Немецкий социолог Норберт Элиас (1887—1990) назвал процесс одновременного анализа поведения индивидов и общества, которое формирует такое поведение фигурацией. Он описал это через метафору танца. Без танцоров не может быть танца, но без танца не может быть танцоров. Без танцоров танец – это просто представление о движениях в голове хореографа. Без танца просто группа людей движется по полу. Точно так же не существует общества без индивидов, которые его составляют, и также нет индивидов, на которых общество не влияет (Elias, 1978).

2. ИСТОРИЯ СОЦИОЛОГИИ

Люди думали, как социологи, задолго до того, как социология стала отдельной академической дисциплиной: (а) Платон и Аристотель, (б) Конфуций, (в) Халдун и (г) Вольтер – все заложили основу современной социологии.

С древних времен люди были очарованы отношениями между людьми и обществами, к которым они принадлежат. Можно сказать, что древние греки заложили основы социологии, проводя различие между физизмом (природой) и номосом (законом или обычаем). В то время как природа или Physis для греков было «что вытекает из самого себя» без вмешательства человека, номос в виде законов или обычаев, были человеческие соглашения, призванные ограничить человеческое поведение. Современный социологический термин «норма»(т. е. Социальное правило, регулирующее поведение человека) происходит от греческого термина « номос». История Геродота (484–425 до н.э.) была протоантропологическая работа, описывающая большие различия в номенклатуре различных древних обществ в Средиземноморье, указывающая на то, что общественная жизнь человека была не продуктом природы, а продуктом человеческого творения. Если бы человеческая общественная жизнь была продуктом неизменной человеческой или биологической природы, все культуры были бы одинаковыми. Проблемы более поздних греческих философов – Сократа (469–399 до н.э.), Платона (428–347 до н.э.) и Аристотеля (384–322 до н.э.) – с идеальной формой человеческого сообщества (полис или город-государство) могут вытекать из этических дилемм этого различия между человеческой природой и человеческими нормами. Идеальное сообщество может быть рациональным, но оно не является естественным.

В 13 веке китайский историк Ма Туан-Лин впервые признал социальную динамику в качестве основного компонента исторического развития в своей оригинальной энциклопедии «Общее исследование литературных останков». В этом исследовании историческое развитие китайской государственной администрации началось в манере, очень похожей на современный институциональный анализ. В следующем столетии появился историк, которого некоторые считают первым в мире социологом, берберским ученым Ибн Халдуном (1332–1406) из Туниса. Его Muqaddimah: Введение в историю известен тем, что выходит за рамки описательной истории и анализирует исторические процессы изменений, основанные на его понимании «природы вещей, рожденных цивилизацией» (Халдун цитирует Беккера и Барнса, 1961). Ключом к его анализу было различие между оседлой жизнью городских жителей и кочевой жизнью скотоводческих народов, таких как бедуины и берберы. Кочевники, которые существуют независимо от внешней власти, создали социальную связь, основанную на происхождении крови и « esprit de corps» («Асабиджа») Это позволило им быстро мобилизоваться и действовать единым и согласованным образом в ответ на суровые условия жизни в пустыне. Оседлые города вошли в другой цикл, в котором дух общества подкреплен институциональной властью и влиянием политических фракций. Необходимость сосредоточиться на средствах к существованию заменяется тенденцией к увеличению роскоши, легкости и утонченности вкуса. Отношения между двумя полюсами существования, кочевым и оседлым образом жизни, лежали в основе развития и упадка цивилизаций (Беккер и Барнс, 1961).

Тем не менее, только в 19 веке, можно сказать, что основа современной дисциплины социологии была действительно установлена. Толчком к идеям, которые достигли кульминации в социологии, могут служить три основных преобразования, которые определили современное общество и культуру современности: развитие современной науки начиная с 16-го века, появление демократических форм правления с американцами и французами. Революции (1775–1783 и 1789–1799 соответственно) и Промышленная революция, начинающаяся в 18-м веке. В этих событиях была заложена не только основа социологического знания, но и первоначальная мотивация для создания науки об обществе. Ранние социологи, такие как Конт и Маркс, стремились сформулировать основанный на фактических данных ответ на опыт массовых социальных потрясений, вызванных переходом от европейской феодальной эпохи к капитализму. Это был период беспрецедентных социальных проблем, от распада местных сообществ до чрезмерной эксплуатации промышленных рабочих. Независимо от того, было ли намерение навести порядок в хаотическом распаде общества, как в случае с Контом, или обеспечить основу для революционной трансформации Маркса, требовалось рациональное и научно всестороннее знание общества и его процессов. Именно в этом контексте само «общество» в современном смысле этого слова стало видимым как явление для ранних исследователей социального состояния, от разрушения местных сообществ до чрезмерной эксплуатации промышленных рабочих.