Введение в Ветхий Завет. Книга Бытия
Шрифт:
«Что с тобою?..» Ведь Господь дал тебе такие великие обетования, а ты их забыла; и ты не веришь даже, что и ты, и сын твой будете спасены, в то время как вам даны такие превосходные обетования!
Что с тобою, Агарь? не бойся; Бог услышал голос отрока оттуда, где он находится. (Быт. 21, 17)
Бог всегда слышит голос человека. Человек может подумать, что он «находится», пребывает физически или духовно в таком виде или в таком месте, что Бог уже не услышит его, что забыл его Бог навсегда. Но здесь сказано: «...Бог услышал голос отрока оттуда, где он находится». Где бы ни находился человек, умирает ли он от жажды в пустыне, чувствует ли он себя страшнейшим нечестивцем, слышит ли от собственной матери просьбу убить ее – все равно еще не поздно обратиться к Богу, воззвать к Нему из глубины души. И как только мы вспоминаем Бога, Он вспоминает нас – и приходит спасение:
Встань, подними отрока и возьми его за руку; ибо Я произведу от него великий народ. (Быт. 21, 18)
Все прежние обетования возвращаются и сбываются. Человек начинает осознавать свое призвание и следовать ему...
Беспомощный отрок с матерью, который умирает от жажды в пустыне... Это о нем говорит Бог: «...Я произведу от него великий народ». Мало есть народов, чей вклад в человеческую цивилизацию может сравниться с вкладом в нее арабов и мусульман в целом. Арабская культура, которая зажглась от светоча Ислама, озаряла мрак средневековья; арабы и другие мусульманские народы были вдохновителями европейского Ренессанса – многими своими чертами эпоха Возрождения обязана именно им. Заслуги этих народов в развитии культуры и науки невозможно исчислить...
...И вот, с Агарью случается чудо:
...Бог открыл глаза ее, и она увидела колодезь с водою, и пошла, наполнила мех водою, и напоила отрока. (Быт. 21, 19)
Агарь и ее сын умирали от жажды, а ведь колодец с водой был совсем рядом. Но... их очи были закрыты! Человек не видит, пока Бог не откроет ему глаза. Этот колодец с живой водой находится внутри нас самих, а мы... умираем от жажды. Кому-то опротивела жизнь; она стала в его глазах бессмысленной, страшной, ненужной – и человек «умирает от жажды». Жизненные силы – «вода в мехе» – иссякли, а человек не знает или не вспоминает про тот колодец, в котором живые воды никогда не иссякают (Иоан. 4, 7–14). Но вот Бог открыл глаза Агари – она увидела колодец, «пошла, наполнила мех водою, и напоила отрока».
Как мало мы берем! Бог дарует нам неиссякаемый источник живых вод, но каждый из нас, подобно Агари, пытается зачерпнуть немножко – и поскорее уйти куда-то подальше...
И Бог был с отроком; и он вырос, и стал жить в пустыне; и сделался стрелком из лука. (Быт. 21, 20)
Мы нигде не находим в Библии, чтобы Бог одобрял нечестивого. И раз «Бог был с отроком», значит, Измаил после всего пережитого перестал быть нечестивым, стал праведным, человеком Божьим, стал достоин того, чтобы от него произошел народ, который должен в будущем принять Единобожие...
В Коране и в агадических преданиях говорится, что Авраам навещал своего сына Измаила в Аравии, и они вместе воздвигли дом Божий там, где теперь находится священная для мусульман Кааба. Первоначально на этом месте поклонялись единому Богу, Творцу неба и земли, Которому молился Авраам. Но впоследствии арабы впали в язычество и поставили в Каабе идолов. Только Мухаммад, одержав победу над язычеством, торжественно удалил оттуда идолов и восстановил Единобожие. И рассказывается в Коране, как Авраам (по-арабски Ибрахим) и сын его Измаил обходили с молитвой построенный ими священный дом и умоляли Бога, чтобы Он даровал их потомкам великого пророка, который возвратит их на путь Авраама.
В Коране имеется также следующее утверждение: «Ибрахим не был ни иудеем, ни христианином, а был он ханифом предавшимся и не был из многобожников» (3, 60 (67)). Действительно, тогда не было еще ни Иудейства, ни Христианства в том виде, в каком они сложились много позже. Ханифами же в домусульманской Аравии назывались приверженцы Единобожия, старавшиеся вести жизнь, угодную Богу, и не причислявшие себя к какому-либо организованному религиозному направлению.
Итак, великий арабский народ произошел от Авраама. Мусульмане приняли завет обрезания; они приняли многие заповеди, которые Бог дал не только Аврааму, но и впоследствии Моисею; они признают также и некоторые основы Нового Завета. «Инджиль» – так называется по-арабски многократно упоминаемое в Коране Евангелие. И все же сказал Бог Аврааму: «Но завет Мой поставлю с Исааком, которого родит тебе Сарра...»
О символическом соотношении образов Исаака и Измаила мы читаем в Послании к Галатам; в нем апостол Павел говорит о рождении внутреннего, духовного человека:
Мы, братия, дети обетования по Исааку.
Но как тогда рожденный по плоти гнал рожденного по духу, так и ныне. (Гал. 4, 28–29)
Измаил был рожден «по плоти», по воле самого Авраама, который взял Агарь, служанку, себе в наложницы. А Исаак был рожден «по духу», т. е. по Божьему обетованию и вопреки природным законам. Внутренний человек тоже рождается, как мы говорили, «по духу» – силой Божьей, от духа и души, достигших гармонии. «Но как тогда рожденный по плоти гнал рожденного по духу, так и ныне»: да, «рожденные по плоти», ненавидящие духовное начало в себе и в других, всегда гнали людей духовных. Но, кроме того, подобная борьба происходит и внутри самого человека:
Что же говорит Писание? «Изгони рабу и сына ее, ибо сын рабы не будет наследником вместе с сыном свободной».
Итак, братия, мы дети не рабы, но свободной. (Тал. 4, 30–31)
Что же означают эти слова? Кто же гонит «внутреннего человека»? Наш душевно-плотский разум, который пытается изгнать, победить начало духовное; наш «внешний», душевно-плотский человек, который гонит и преследует человека «внутреннего», рожденного от Бога. Об этом мы читаем в Первом послании к Коринфянам:
Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно. (I Кор. 2, 14)
Душевный наш разум не принимает того, что от духа; он гонит духовное разумение, вытесняет духовного человека, издевается над ним, как насмехался Измаил над Исааком. И сказано: «Изгони рабу и сына ее...» Человек верующий, полагающийся на Бога, должен изгнать из себя того «ветхого человека», то плотское разумение, которое мешает ему верить; злые наклонности, колебания, неверие – все это должно быть изгнано. В Первом послании к Коринфянам на ту же тему сказано нечто еще:
Если вся церковь сойдется вместе, и все станут говорить незнакомыми языками, и войдут к вам незнающие или неверующие, – то не скажут ли, что вы беснуетесь? (I Кор. 14, 23)
Незнающие или неверующие насмехаются над духовными дарами, потому что о духовном судить им не дано. Плотское восприятие веры и Закона, рождающее в рабство, – вот что такое в символическом смысле Агарь...
Ибо написано: «Авраам имел двух сынов, одного от рабы, а другого от свободной».
Но который от рабы, тот рожден по плоти; а который от свободной, тот по обетованию.
В этом есть иносказание. Это два завета: один от горы Синайской, рождающий в рабство, который есть Агарь...
А вышний Иерусалим свободен: он – матерь всем нам. (Тал. 4, 22–26)
Итак, Агарь означает плотский разум и плотское восприятие веры, «рождающие в рабство»; а Сарра символизирует духовное восприятие Закона Божьего, которое рождает свободных, духовных людей.
...Далее в Книге Бытия рассказывается, как к Аврааму является Авимелех и вступает с ним в союз. Этот царь, убедившись окончательно, что Бог заключил завет с Авраамом, приходит к патриарху и просит ввести в завет Божий также и его:
И было в то время, Авимелех с Фихолом, военачальником своим, сказал Аврааму: с тобою Бог во всем, что ты ни делаешь...
<...>
И заключили союз в Вирсавии... (Быт. 21, 22–32)