Чтение онлайн

Не могу не вспомнить и отца своего!

Итак, мой отец – Валентин Васильевич, 1916 года рождения. Перед Великой Отечественной Войной – в 1938 году закончил Финансово-экономический техникум. В 1939 году был мобилизован на войну с белофиннами. Как сибиряк, был зачислен в разведывательную часть, задачей которой было уничтожение финских «кукушек» – снайперов и захват в плен «языков». Отец никогда не рассказывал о своих военных годах жизни. Я восстановил свои воспоминания по отдельным его очень кратким рассказам. О том, как он воевал в Финскую войну, красноречиво говорил лишь Орден Боевого Красного Знамени, вторая по боевому статусу награда после звания Героя Советского Союза. Он получил его первым из кировчан. Когда я его спрашивал, за что он получил этот орден, он шутливо отвечал: «Да ни за что – «свалил несколько финских кукушек, смех какой-то, они попадали в сугробы, только валенки торчали. Ну «схомутал» еще какого-то финского офицера. Правда, тащить пришлось верзилу по сугробам через линию фронта». Вот и весь его рассказ о «Финской кампании». Но какие выводы из его этого боевого прошлого сделало военное командование? Его мобилизовали в НКВД (позже – КГБ) Кировской области – ловить немецких диверсантов и шпионов. Об этой «полосе» его жизненной истории он также ничего не рассказывал. Об этом мне «рассказал» его орден Красной звезды, полученный уже после Великой Отечественной, в мирные годы.

Правда он говорил, что за годы службы в КГБ ему пришлось быть и оперативным работником («за войну мы каждый год ловили и уничтожали по нескольку немецких диверсантов»), и следователем. За эту работу, он был награжден именным хромированным браунингом, которым в разряженном виде он дал мне однажды поиграть, когда я болел воспалением легких. После 1953 г. Хрущев развернул кампанию против сотрудников КГБ Сталинского набора. В чем их только не обвиняли! Что они де издевались при допросах, сажали невинных людей и т. п. Я как-то спросил об этом отца. На что он мне ответил: «У нас был случай, когда следователю дали за «недозволенные» методы дознания 20 лет колонии строгого режима».

P.S. А сегодня! Март 2012. Пресса «шумит» по поводу убийств «задержанных» полицейскими, прошедшими аттестацию на соответствие «медведевской» президентской полиции. И, оказывается, случаи эти не единичны. Это как? Может, опять Сталин виноват?! Интересно, сколько «дадут» современным убийцам от полиции? Причем, не «за недозволенные методы дознания», а, конкретно, за убийства?

А я расскажу «другой случай», свидетелем которого был сам. Однажды, мы шли с отцом, как вдруг с противоположной стороны улицы я увидел бегущего к нам мужчину с огромной кудрявой шевелюрой. Мужчина подбежал к моему отцу, обнял его и со слезами стал за что-то его благодарить. Я не стал мешать их эмоциональному разговору. После того, как они распрощались, я спросил отца: «Что это за человек?». На что отец ответил: «Мой бывший подследственный, отсидевший срок по 58-й статье. Писал стихи и анекдоты на Ленина и Сталина». Как вы думаете, стал бы с объятьями и слезами на глазах встречаться со своим следователем несправедливо (по тем действующим законам) осужденный человек?

Отец никогда не предавал Советскую философию. До последних своих дней на стене нашей кировской квартиры висел большой портрет Иосифа Виссарионовича.

Хрущевская история повторилась и в наше время! Так называемые «демократы» пошли еще дальше Никиты Хрущева. В угоду своим американским покровителям они практически уничтожили не только органы Госбезопасности, но всю оборонную промышленность и довели до «нищеты», в прямом смысле этого слова, и всю Советскую армию. Разве можно себе представить, чтобы в наше – Сталинское время в СССР офицер – полковник, прошедший огни Отечественной войны, был вынужден по вечерам и выходным «зарабатывать извозом, чтобы содержать семью»! А для современной России это – факт! Я такие истории читал только про русских офицеров, покинувших Родину во время или сразу после Октябрьской революции и живших во Франции, Китае и других странах.

На днях я услышал по Новостям, что партия Единая Россия решила объявить свою идеологию как «консервативную». Они считают, что выберут своими идеалами и многие аспекты Советского (читай Сталинского) времени.

Вот такая она – жизнь!

Это дом моего детства, снятый «сегодня» одной «девочкой» по моей просьбе. Надо же, «жив курилка»! Только крылечко пониже, зато, иномарка стоит перед покосившимися дверями, да деревья «пожиже». А стояли здесь два огромных тополя, осыпавшие по весне весь двор красными сережками с дурманящим тополиным ароматом! В годы моего детства вместо иномарки почти на этом самом месте жильцы дома раскладывали поленницы с дровами. У всех было «печное отопление» и поленницы дров «украшали» двор все лето. С наступлением зимы дрова переносились в «дровяники» – сараи, которые также были у каждой семьи, и которые были построены для всех жильцов бесплатно! А иногда оставались и на зиму. Я помню, как со снегом и даже обледеневшие полешки мы с бабушкой приносили домой, где они подсыхали перед печкой.

Несколько слов о жильцах, населяющих наш дом. На первом этаже большинство были потомки ссыльных на поселение, «раскулаченных» в послереволюционные годы семей. На втором этаже, где жила и моя семья, проживали советские служащие. Мой отец, получивший в финскую войну орден Боевого Красного Знамени, был «командирован» на работу в НКВД, в дальнейшем КГБ. Он работал «оперативным уполномоченным», следователем и закончил службу в чине майора.

P. S. Я обратил внимание, что Шарапов из кинофильма «Место встречи изменить нельзя», которого направили из рядов Советской армии в МУР, тоже был награжден этим орденом.

За работу «в органах» от начальника КГБ по Кировской области отец был награжден в разные годы именными «пистолетами»: браунингом и парабеллумом.

Браунинг

Парабеллум

Хромированный, почти «игрушечный», браунинг лежал всегда дома в ящике комода. Парабеллум тоже хранился дома, отец брал его только «в командировки». На каждый день было у него и «табельное оружие», кобуру от которого отец всегда носил на ремне. Почему я браунинг назвал «игрушечным», а потому что, когда я порой лежал больной в кровати, мне разрешалось «пощелкать» разряженным пистолетом. В ящике комода у отца было несколько коробок с патронами для этих «шедевров оружейного искусства».

С парабеллумом была связана одна «история», о которой как-то рассказал отец. Он с товарищем поехал в «командировку», «кого-то ловить». Естественно он взял с собой эту «пушку». Он положил парабеллум на дно чемодана. В поезде его товарищ однажды вышел из купе… и долго не возвращался. Отец пошел проверить, где же товарищ? Оружие оставил в чемодане. Товарища в вагоне он не нашел. А обнаружил открытую в тамбуре вагонную дверь и «следы», как ему показалось, «борьбы». Он тут же побежал через вагоны в купе, где должен был находиться начальник поезда. С ним они оформили соответствующие «бумаги». Отец должен был сойти на следующей станции. Пока они говорили с начальником поезда, к ним в купе пришли отцовские попутчики с заявлением, что «у попутчика в чемодане они обнаружили револьвер». Узнав, кем являлся их попутчик, они все поняли, и инцидент был исчерпан. Но история окончилась трагично. Отцов товарищ действительно вступил с «кем-то» в борьбу, но «тот» оказался сильнее или хитрее и сбросил чекиста с поезда. Отец с «путейцами» обнаружил на одном участке своего мертвого товарища.

«Бандит» вскоре был найден и «обезврежен». Вот такая у них была «работа». Но это я так, «к слову».

Другая история, о которой я хочу рассказать, связана с «дровами и патронами». Однажды бабушка обнаружила, что из поленницы кто-то вытаскивает дровишки. Надо было узнать, кто же это ворует дрова. Тогда отец проделал следующую операцию. Он вытащил из нескольких патронов пули и заколотил гильзы с порохом в «полешки», которые мы уложили в поленницу. «Наживка» не заставила себя ждать. На второй или третий день, на первом этаже, в квартире у Мосуновых (фамилия подлинная) раздался сильный взрыв. Это в печке взорвался порох в заколоченных гильзах. Из печки вылетела дверца и несколько кирпичей. Это мы увидели, когда полдома сбежалась на взрыв.

Вор был уличен и получил «по заслугам». Сказать к слову, с сыном этого Мосунова – Вовкой никогда «не водились» ребята, не только из нашего дома, но и из соседнего. Эти «депортированные кулаки» всегда питали откровенную ненависть к нашей семье – «семье чекистов». Они даже завели собаку – «волкодава», чтобы тот, как мы думали, «загрыз» нашего Тузика. Но наш Тузик, смесь настоящего дворянина и лайки «давал прикурить кулацкому волкодаву». Однажды мы вытаскивали этого «волкодава» из пасти нашего Тузика.

Результатом такого «громкого» разоблачения у воровской семьи было «заслуженное уважение» всех жильцов нашего дома, которое им давали почувствовать. Никто с ними не общался, а их сына Вовку никогда не звали на «елки», устраиваемые всеми жильцами дома в каждый Новый Год или Рождество Христово. Правда это было и до взрыва в печке, так как эти «кулаки» и сами никогда не устраивали «елок» и не приглашали на праздники ребят из нашего дома…

К сожалению, моя мамаша, через 16 лет вернувшаяся к отцу, выбросила в Вятку отцовские «наганы». После увольнения из КГБ по закону отец должен был их сдать «государству». Ах! Как бы они сейчас пригодились!