Чтение онлайн

Шон вышел, тихо прикрыв за собой дверь. А Ульяна принялась рассказывать Корнею и Фиме историю неразделённой любви Аграфены Огнёвой к одному из дальних предков парня.

Выслушав эту грустную лавстори, Корней вдруг оживился:

– А в нашем случае Ярослав не будет претендовать на Дарину? Ну, если всё в этот раз с точностью наоборот?!

Дверь в это время тихо хлопнула – вернулся Шон, который услышал вопрос парня. Он же и успокоил его:

– Не думаю. Твой друг только что запечатлелся с моей племянницей. Жаль паренька: Миленка та ещё оторва!

Новость обмозговали и снова уселись за стол.

– Так что там вы хотели сказать про Назара? – воинственно начала Фима.

– А вот теперь перейдём к нашим хм. демонам. Часть вторая – страшная, - зловеще произнёс Шон и без намёка на юмор начал рассказ.

Больше всего на свете Назар мечтал об отце. Чтобы был. И чтобы их семья была полной, а не только мама и он.

С самого раннего возраста, сколько он себя помнил, они с матерью всегда были вдвоём: ни отца, ни братьев – сестёр, ни дедов – бабушек, ни прочих родственников у них не было. И это было нисколько не странно, так как у мамы был на то ответ – она детдомовская. И это был факт, с которым нельзя было поспорить – вот просто так и всё тут.

Странным было другое: его мама – внешне очень приятная и привлекательная молодая женщина постоянно была одна. Вот и характером обладала ведь покладистым, спокойным и уравновешенным, а в отношениях с мужчинами ей не везло от слова совсем.

А ведь даже он, Назар, став чуть старше не раз знакомил её с достойными экземплярами, но увы и ах! Мама так никого за эти годы и не привела в их квартиру и в их семью.

Хорошо хоть, что как говорят «для здоровья» встречалась. Назар это тоже точно знал.

Одиночество матери тем сильнее его угнетало, чем ярче и крепче была его дружба с Серафимой, или Огоньком, как он сам ее называл. За яркую рыжую шевелюру и заводной характер.

Да и само знакомство и первая встреча их с Огоньком была фееричной и запоминающейся.

Назара мама привела в первый класс. Мальчик опасливо держался за руку родительницы, теряясь среди большого скопления незнакомых взрослых и довольно агрессивных ребят.

И как оказалось не зря. Это значительно позже он узнает, что школа, куда его привела мама была далеко не простой, а самой элитной и дорогой гимназией. Учились здесь преимущественно золотые детки двух самых влиятельных кланов их немалого города: Григорьевы, Архангельские и прочие приближённые к ним.

А ещё чуть позже, став случайным свидетелем нескольких обращений оборотней, Назару станет известна правда о природе оборотней. И тогда же он порадуется, что его подружка чистокровный человек. Как и он.

Во всяком случае, они оба были в этом уверены.

Назар только раз поинтересовался у матери, откуда у неё деньги на его пребывание в этой гимназии. Ведь жили они очень и очень скромно. Ответ был прост: выиграла в лотерею. Абсурд, скажете вы. Возможно, но такие розыгрыши действительно проводили.

Их автором и главным исполнителем была бессменная руководительница гимназии, директриса Снежана Семёновна, бабушка Серафимы.

Человеком она была строгим и требовательным, но вместе с тем справедливым и всегда ратовала за равноправие.

Ха! Кто бы говорил! Если учесть, что сама относилась к одному из сильнейших семейств оборотней. Как её муж и дети.

В общем, школьные годы Назара протекали в таком вот ключе: заносчивые и надменные одноклассники и прочие обитатели гимназии, с которыми часто бывали конфликты, споры, но и здоровые соревнования в знаниях тоже; настоящая дружба с Огоньком и тихая уютная квартирка.

Вот и весь его мир до четырнадцати лет.

Тот год вообще во всём стал знаковым и изменил его жизнь до неузнаваемости.

А началось всё с того, что они с Огоньком решили, что уже достаточно взрослые и почему бы им тоже не попробовать поиграть в отношения?

Попробовали, даже разок поцеловались. Чисто в качестве эксперимента.

И если честно сказать, Назару не понравилось. Точнее он совсем ничего не понял. Чего там все гоняются за этим? Правда Фиме этого говорить не стал, она тоже промолчала. В общем оба решили было сделать вид, что ничего такого не было и жить как и прежде.

Но не тут-то было! Целоваться- то им пришло в голову прямо во дворе дома Огонька. И попасть на глаза самому невыносимому и вредному их однокласснику Ярославу Архангельскому. Тот их поцелуй заснял на видео, снабдил разной пошлой чепухой и выложил в общий чат гимназии.

Что тут началось! Подколы, стёбы – всё это в громадном количестве ухнуло на их головы. И даже суперспособность их обоих влиять на людей в этот раз не помогла. А всё потому, что Снежана Семёновна подняла панику, сообщила родным Фимы и всё – с тех пор им запретили общаться и дружить. Теперь домой – в гимназию девочку сопровождал кто-то из родственников.

Дружбе ребят, казалось, наступил печальный такой конец.

А он и в самом деле почти наступил: автомобиль её родителей попал в страшную аварию и они все погибли. Фима была с ними.

Назар настолько сильно переживал потерю подружки, что практически полностью забыл о реальности, вообще обо всём забыл.

Он перестал ходить на занятия. Дома тоже ничего не делал – просто сидел или лежал и смотрел в одну точку.

Мама перестала ходить на работу – проводила всё время с ним. Он не реагировал. Тогда она стала таскать его по врачам. И это не помогло – мальчик не шёл на контакт.

И тогда в жизни Назара появился он, отец.

Назар как сейчас помнил тот день, а точнее вечер, когда в их квартирке раздалась трель звонка. Мама побежала открывать.

Назар устало вдохнул: неверное, очередной доктор притопал.

Но нет, на этот раз он ошибся.

Мужчина, вошедший в его комнату, всем своим видом производил впечатление совсем необычного, т.е. далеко неординарного человека.

Всё в нём: стать, выправка, голос, взгляд пронзительных чёрных глаз, таких же иссиня чёрных волос, стриженных по последнему писку моды, дорогого костюма и ботинок, да даже по тому, как тот одним вольным жестом развернул к себе передом стул и уселся на него, расставив ноги в разные стороны – всё это ясно говорило, что перед ним очень властный и суровый тип.

Назар тогда так был впечатлён, что даже нарушил своё молчание, длившееся месяц. Он спросил:

– А вы кто?

А вот гость не торопился давать ответ. Он так пристально и изучающее Назара рассматривал, что у того появилось непроизвольное желание закрыться, отгородиться. А ещё лучше – сбежать куда подальше.

– Так, значит, меня встречает мой единственный сын? – наконец заговорил гость.

Назар вздрогнул, но уловив главное, тут же за это зацепился:

– Сын? Чей я сын? Ваш?!