Чтение онлайн

– Много собрал? – Старпом помог выбраться из капсулы всей моей смене вспомогательной рубки и трем техникам, которых, точно помню, в мире Млямарвелла точно не было!

– Всех кошаков – первым делом. – Я протянул Сиду аптечку. – Добро пожаловать на борт линкора «Ипохондра-2»!

– Да, жалко наш кораблик… - Старпом прикрепил аптечку себе на шею и блаженно выдохнул. – Но этот, конечно, круче будет!

– «Круче» не скажу, но вот «дороже» – точно! – Я скинул старпому данные по экипажу, по рабочим местам и затратам на содержание и удостоился очень жалкостливого взгляда от человека, который пару-тройку месяцев занимался бухгалтерией «Ипохондры», пока я не нанял специально буха, который, к сожалению, остался на Острове Дураков. – Зои, принимай пополнение команды!

– Да, мой Господин! – От внезапного появления очень плотной голограммы фигуристой брюнетки с ярко-синими глазами в форме Корпуса ДальРазведки, к которой мы теперь точно имеем все отношения, с нашим-то налетом и исследованными системами!

– Зои, познакомься, это старпом «Ипохондры» и по совместительству старпом «Ипохондры-2», Сид Нейстр и вспомогательная смена…

– А остальные? – Сид посмотрел на меня и помрачнел. – Понятно…

– Уважаемые господа спасенные! – Зои подогнала меддроидов. – Устраивайтесь удобнее, вас ждет увлекательная поездка по коридорам линкора «Ипохондра-2»! Конечной целью нашего путешествия станет медицинский блок номер 3, в котором вы получите всю необходимую медицинскую помощь, пройдете обследование и…

– Зои, хватит. – Вежливо попросил я, понимая, что народу хочется отвлечься после пятидневного болтания в тесной спаскапсуле, в которой, например, места на техников совсем не были рассчитаны. – Народ… С возвращением!

Капсула вспомогательной рубки была пятая из выловленных и первая с «штатным расписанием».

Остальные четыре были набиты под завязку кошаками, вперемешку с раненными, с обеих сторон.

Кошакам надо отдать должное, среди раненых никто не жаловался, хотя…

Не зря же Кошкам, ЕДИНСТВЕННЫМ, Бог разрешил играть с едой…

Так что, думаю, свое извращенное чувство юмора, кошаки все-таки потешили, ну не верю я в их честные глаза и никогда не поверю!

Рассортировав народ, отправил кошаков в казармы личной гвардии Карча – они точно заслужили такое повышение!

И вновь, «свои» и «чужие»…

Едва разбодался к капсулой «второй смены», как инженерные кораблики приперли сразу десяток, причем все, как на грех, от наших дражайших «союзников» с «Демиурга» и «Громилы»…

Полторы сотни злых, проигравших бой, мужиков.

И женщин.

Вот последние сразу стали проблемой, хоть и было их всего семеро!

К четверым, разобравшись, свои претензии снял, а их насильников дроиды угостили станнерами и тут же, на месте, нацепили рабские ошейники и утащили в карцер, где ближайшую неделю им придется много что прочувствовать на собственных задницах, но вот троица оставшихся…

Этих трех сук пришлось отправлять в карцер к насильникам, думаю, они там найдут точки пересечения…

Остальные повели себя более или менее дисциплинировано и даже не пробовали бунтовать или качать права.

Всего, с «Ипохондры» из 207 штатных единиц выжило 149. Из экипажа фрегата выжило чуть больше половины – 43.

У мрзинов тоже были потери, погибло три кошака-боевика и Аппик, глава десантной партии, пусть ему в раю кошек побольше будет, хороший был мужик, то есть Кот, правильный.

Итого, из вылетевших со мной, 149+43+17=209…

Не густо.

На экипаж линкора, даже карманного, никак не тянет, так что буду добивать из «посторонних», иначе уже через пару месяцев у меня народ бардовым тазиком накроется, на своих боевых постах!

Прибывающие капсулы быстро пустели и отправлялись на разбор, прибывающие разумные тоже отправлялись на разбор, пусть пока и ментальный, но все же, все же, все же…

С аратанского «Демиурга» спаслось 93 человека, у делуссцев 57, командный состав аратанцев спасся весь, а вот с «Громилы», в большинстве своем, спаслись техники, медики и четвертая смена управленцев – зеленые, но боевитые.

Разогнав пленных по капсулам, под предлогом медицинского осмотра и прочих «демократических ценностей», занялся «своими».

Кошаки уже дрыхли без задних ног.

«Фрегатские» лежали по медкапсулам, дожидаясь моего появления и проверки их мозгов.

Команда «Ипохондры» разбрелась по каютам, а кто не мог – лежал, лечился…

– Кэп… - У входа в рубку стоял, переминаясь с ноги на ногу, Ильманлаин. – А Мита?

Со вздохом покачав головой развел руками.

Ничего не поделать – это жизнь.

– У меня даже на память ничего не осталось. – Парень опустил голову и побрел по коридору, внезапно потерявшись.

Эх, все-таки, как ни крути, любовь зла…

Попросив Зои, чтобы она присмотрела за парнем, вошел в рубку и, плюхнувшись в кресло, занялся делами.

День-два народу дам на отдых и возвращение в чувство, а потом…

Потом народу снова придется учится.

Много и старательно.

Под «разгоном», долго.

А мы с Зои, пока, вернемся в соседнюю систему и будем надеяться, что «Чёрнч» успел хорошенько затариться и его не прихватил с собой чертов икоситетраэдр!

Надежды, конечно, мало, но…

Пока дышу – надеюсь!

– Дэн… Твой протеже собирается выйти в космос без скафандра. – Зои вывела на экран мужественного аграфа, ковыряющегося в системе безопасности, контролирующей наличие скафандра у любого выходящего.

– Дай моему протеже хорошего пинка, чтобы он нос об стенку ободрал, а потом отправь на сортировку не выживших, пусть посмотрит. – Я покачал головой. – И не забудь с него взять «подписку о неразглашении», а то, знаю я его…

«Сортировкой не выживших» мы с Зои назвали те тела, что сыпались на нас через дыру в потолке.

Искинша, странная, гм, женщина, отчего-то решила, что все эти тела представляют какой-никакой, но научный интерес и теперь в одном из ангаров, наполненном инертными газами, велась сортировка и первичный отбор проб с одной тысячи восьмисот тел.

А еще у меня кубометр той жижи, что лилась с потолка и несколько десятков артефактов иных цивилизаций, в которых есть следы активности, прихваченных шустрыми дронами-зондами.

– Дэн! Системы медкапсулы 45ОЛК регистрируют параметры, сильно отличающиеся от усредненных. Есть подозрение на сильного псиона. – Зои скинула данные на «фрегатского» медика, невзрачного, очень неприметного аграфа, которого я помню исключительно потому, что у меня все медики проходят по отдельному вектору памяти.