Чтение онлайн

– В чем вред и при чем тут ваша дочь? – спросила я, потому что очередная пауза уже начала действовать на нервы. Я хочу больше узнать и быстрее свыкнуться с этим миром.

– Ученые, вот в чем вред. Они собирают самые редкие способности и пытаются изучать, и Юния относится к их числу. Гипноз, – я резко вскочила от нахлынувшей паники и неудобства, привлекая внимание «матери». Когда я сюда попала, то видела ее светящиеся глазки, но за обедом они не светились. Значит ли это, что девчонка пыталась загипнотизировать меня? А что, если она управляла мной, а я этого не поняла? Я покачала головой.

Нет, невозможно. Я не чувствовала никакого воздействия, но магия ведь бывает разной. Не стоит полагаться только на книги. Это реальный мир, здесь все по-другому. Я уняла дрожь и села обратно. Нет, Юния не гипнотизировала меня.

– Про ее магию еще никто, кроме нас, не знает, поэтому бережем дочь как зеницу ока и не позволяем этой силой воспользоваться. Если кто-то узнает, мою малышку пустят на опыты, а этого я не хочу.

– Почему, если она под вашей опекой? – спросила я. Мой голос сбился, как и дыхание.

– Здесь другие правила. Ученые или архимаги находятся при короле, одно их слово – и король даст разрешение. А против слова короля у нас нет шансов. Но вот если ей исполнится четырнадцать, она уже будет под опекой академии волшебства, и тогда архимаги даже с разрешения короля не смогут ничего сделать. Но до четырнадцати мою дочь ждут выплески энергии, и тогда их могут засечь ученые.

Я вздохнула. Не лучшая судьба досталась Юнии. Я знаю, как ученые жестоки. Они не думают о людях, только об открытиях. Но если у нас на планете они жестоки, каковы они здесь? Не хотелось бы встретиться с ними.

– А что насчет средней, чье место я заняла? – спросила я, и Николь чуть заметно вздрогнула. Видимо, и эту тему не хотела бы начинать. Но я же должна знать, какая участь мне уготована, да и какая была у моей сестренки, которая сейчас на моем месте.

– Она жила в монастыре, – резко отрезала «мать», и я задержала дыхание. – Нам пришлось отправить ее туда из-за ее огненной силы. Если сравнивать, она по силе похожа с драконом. Лишь монастырь мог помочь совладать ей с силой, и света моя средняя дочь не видела десять лет. Когда ее повезли домой, произошел конфуз с тобой.

– Зачем вы ее забрали тогда? – на удивление холодно произнесла я, и ей, по-видимому, стало еще некомфортнее.

– Мы должны были выдать ее замуж. Герцог Вейронс из средних королевств, первый после короля дворянин, – Николь замолчала, а по моей коже пробежали мурашки. Вот так вот взять и выдать замуж ее за неизвестного мужчину? Это перебор, особенно учитывая, что я на ее месте. – Они дружили с детства, и он любил ее, поэтому и сделал ей предложение. Его цветок стоит в одной из ее комнат – моя дочь приняла его.

– Но я – это не она, я не выйду за него! – воскликнула я чересчур эмоционально, что для меня непозволительно.

– Естественно, – ответила Николь и завела меня в ступор: – Он знает ее и не женится на другой, но познакомиться вы должны, хотя бы ради приличия. Выдавать тебя замуж за кого-либо не собираюсь, как делали это другие с твоими предшественницами.

Вот тут меня парализовало. Как моих предшественниц? То есть тут можно найти таких же, как и я? Поговорить с ними?

– Много лет назад, но после их перестали переносить сюда, – закончила Николь, и все мои надежды разбились вдребезги. – Их переносили специально, чтобы выдать замуж за дворянина высшего класса, но нам деньги не нужны. Да и не выдала бы я такую милашку за кого попало. А то выйдет, как с моей первой дочерью.

Николь вздохнула и встала, я поднялась за ней.

– Ой, – воскликнула она, посмотрев куда-то, – время обеда! Нас, наверно, заждались уже!

Я поплелась за «матушкой», пытаясь не отставать, но это плохо получалось. Мысли давили на меня, словно тяжелый камень, который не позволял мне поднять голову и идти нормально. Людей обрекали на страдания ради своей выгоды. Но повезло же мне с новой семьей.

Шли мы долго, но я задумалась и не заметила, как оказалась в столовой. Там и правда уже сидели все. Ноер, Юния и Эрин. Они о чем-то говорили, но завидев нас, мужчины вскочили и подошла к стульям, чтобы отодвинуть их для нас. У меня даже настроение улучшилось.

Боюсь представить, что меня ждет дальше, но буду надеяться на лучшее. И даже думать об этом не буду, тем более это и не требуется. Если раньше я должна была продумывать все до мельчайших подробностей, то сейчас у меня отпуск, без возврата назад.

Я села на стул и принялась, есть. Прекрасный суп и второе, ничего не скажешь.

– Как тебе наше гнездышко? – спросил Ноер, не отрываясь от обеда. Этим вопросом он застал меня врасплох. Это он про что? Гнездышко? Я задумалась и уставилась в тарелку, делая вид, что жую. Но до меня медленно стало доходить, о чем он.

– Дом прекрасен! – сказала я и непроизвольно ахнула, вызывая смех у Николь. – Такой большой и вместительный! Так и кричит: убирать во мне долго!

Я рассмеялась вместе с Эрином, и о еде все забыли на некоторое время. Но быстро вернулись к трапезе.

Впереди трудный день, где мне будут рассказывать об элементарных вещах в этом мире, чтобы я не выделялась. От одной лишь мысли я уже поняла, что денек будет трудным и нудным: учиться я никогда не любила.

Глава 5

Эмоции

5.1.

Как я и чувствовала, денек был сложным и давил на меня воспоминаниями о школе. Но я прожила его. Преодолела эту ступеньку, пожертвовав ужином. Как бы мне это не аукнулось.

Рухнула на кровать, и она меня тут же приняла в объятия. В прямом смысле, концы одеяла обняли меня, когда я упала.

В руках сжимаю пистолет, все еще вспоминая о былом. Почему-то перед глазами стоит то злосчастное письмо… Я выдохнула и прикрыла глаза.

Тут же картина сменилась на молящую о пощаде женщину. У нее были мешки под глазами. Лицо в морщинах. Ногти коричневого цвета. Зубы желтые, а изо рта пахло перегаром. Белки ее глаз имели желтоватый оттенок, а кожа была неестественно бледной. Волосы редкие и жирные, будто их не мыли месяцами. Худая, с обвисшей грудью. Одета она была в красное платье на тонких лямках.

Женщина стояла передо мной на коленях и даже не понимала, что я ее дочь. Она наверняка забыла обо мне, как о кошмаре. Наверняка забыла само значение слов «дочь» и «мать». Но руки все равно предательски тряслись. Я не хотела, но должна.

Если бы она не связала свою жизнь с наркотиками и плохой компанией, все могло быть иначе. И скорее всего, она не была бы в той ситуации, в которую попала тогда. Но я не хотела ее убивать. Какой бы матерью она ни была. Да она вообще ей не была! Но я все равно благодарна ей, что родила меня. Что не отказалась, хотя наверняка хотела.