Выбор оружия
Шрифт:
— Но она выглядит такой мощной… — Он снова поднял оружие и принял боевую стойку. Эхо выстрела прокатилось по отсеку.
— Ничего не получается, — грустно вздохнул Закалве. — Отдача есть, но она просто бездействует.
— Можно мне? — попросил дрон, подлетев к оружию.
Закалве подозрительно взглянул на него, но отдал оружие.
У плазмовинтовки мгновенно вспыхнули все имевшиеся в наличии экраны, начали открываться и закрываться разнообразные панели, и всё это сопровождалось пощёлкиванием, потрескиванием, бибиканьем и прочими звуковыми эффектами.
— Она в идеальном порядке, — доложил дрон.
Он крутанул её перед собой, точно пропеллер, остановил вращение и выстрелил, проделав все одним плавным движением. Лёд остался неповреждённым.
— Чёрта с два!
— Как же ты пытался объяснить кораблю, что тебе нужно? — поинтересовался Скаффен-Амтиско.
— Не помню, — пожал плечами Закалве. — Ну, сказал ему, какой он полнейший кретин, раз у него нет ничего, что можно было бы разнести вдребезги. А он ответил, что когда людям хочется пострелять по какому-нибудь дерьму, то они обычно используют лёд. Я и говорю тогда: «Ладно, дерьмовая ракета, дай мне немного льда!» И все. — Он бросил винтовку на пол и раздражённо пнул её ногой.
Дрон тут же подхватил оружие.
— Попробуй попросить его очистить отсек для учебной стрельбы, — предложил он, — и конкретно — в зоне действия люка.
Закалве отобрал винтовку у Скаффена-Амтиско и буркнул:
— Ладно.
Затем, почесав затылок, взглянул на дрона и, похоже, хотел заговорить с ним, но отвёл глаза.
— Ты… ты попроси… сам. Машины лучше объясняются между собой.
— Сделано, — доложил Скаффен. — Требовалось только попросить.
— Хм… — Подняв винтовку, Закалве прицелился в куб и выстрелил.
Тонкая белая линия соединила оружие и глыбу льда, которая рассыпалась на миллион сверкающих чёрных осколков. Скаффен-Амтиско подобрал с пола кусок размером с хороший кулак. Эхо взрыва несколько раз отразилось от стен, постепенно стихая.
— Доволен? — поинтересовалась Сма. Закалве моргнул, затем отключил винтовку и повернулся к Дизиэт.
— Похоже, действует отлично! Сма кивнула.
— Точно.
— Давай выпьем.
— Лёд нужен? — Дрон протянул чёрный осколок, уже начавший таять.
— Нет, спасибо.
В пневмотрубе что-то тускло замерцало, и появилась капсула с гостеприимно отъехавшей в сторону дверью.
— Что это такое — «зона действия люка»? — поинтересовался Закалве.
— Внутренняя защита от взрыва, — объяснил дрон, пропуская людей в капсулу. — Мгновенно гасит всё, что превышает мощность, с которой ты выпускаешь газы, и отправляет в гиперпространство радиацию и прочее…
Ничего себе! — удивился Закалве. — Ты хочешь сказать, что в этих загогулинах можно хоть ядерные бомбы взрывать — и никто не заметит?
— Кто надо — заметит, а остальные — вряд ли. Закалве стоял, покачиваясь на носках, наблюдая, как закрывается дверь капсулы.
— Вы, ребята, просто понятия не имеете о честной игре, вот что я вам скажу.
Последний раз он был на борту космического корабля десять лет назад, после того, как чуть не погиб на Фолсе…
— Шераданин?.. Шераданин?
Какой прекрасный женский голос! И как хочется ответить ей… но как это сделать?
— Шераданин?.. Шераданин?
Очень терпеливый и почему-то озабоченный голос. Сколько в нём любви и надежды… А что, если это его мать?
— Шераданин? Ты меня слышишь? Он попытался открыть глаза, и темнота заколыхалась перед ним подобно занавесу.
— Шераданин?
Нежная рука погладила его по щеке. Шиаса! —молнией вспыхнуло имя, но он отправил это воспоминание туда, где хранил все прочие.
— Шераданин… — Теперь голос звучал у самого уха. — Это я, Дизиэт, Дизиэт Сма. Помнишь меня?
— Да… — услышал он свой вздох.
— Постарайся открыть глаза, хорошо?
Свет появился внезапно, но предметам, потребовалось ещё какое-то некоторое время, чтобы застыть на месте. Наконец лицо Сма на фоне зелёного потолка обрело знакомые очертания.
— Отлично, — улыбнулась она. — Как ты себя чувствуешь?
Он задумался над ответом.
— Странно. — С минуту он молчал, затем поинтересовался: — Где я?
— На «Прирождённом Оптимисте». С тобой всё в порядке… С тобой будетвсё в порядке.
— Если это так, почему я не могу пошевелить ни рукой, ни но… Черт!..
Внезапно он снова оказался привязанным к деревянной раме, и перед ним стояла та девушка в красном платье. Он попытался освободиться от пут, но почувствовал, как его тянут за волосы, а потом тяжёлый удар клинка…
Он сделал вдох и снова открыл глаза, хотя бы это у него получилось. Сма тревожно смотрела на него
— Ты вспомнил?
— Да. Всё в порядке. Дизиэт закусила губу.
— Эй! — Он слабо улыбнулся. — В этот раз на волосок от смерти, да?
— Можно сказать и так. Ещё несколько минут — и мозг был бы необратимо повреждён. Почему ты отказался от наводящего имплантанта? Тебя нашли бы раньше…
— Ты же знаешь, я не люблю все эти хреновины.
— Знаю… как бы там ни было, тебе придётся некоторое время оставаться в таком виде. — Сма откинула кудрявую прядь со лба. — Новое тело вырастет примерно через полгода. Врачи интересуются: хочешь проспать всё это время или оставаться в сознании? Или предпочитаешь нечто промежуточное? Решение за тобой. Для процесса это безразлично.
— Надо подумать. Представляешь — какая масса возможностей для собственного развития! Можно читать, смотреть фильмы, слушать музыку… А выпивать разрешено?
— Выпивать?
— Да, могу я напиться в хлам, в доску?
— Не знаю… — Сма заколебалась и посмотрела в сторону, откуда донёсся чей-то невнятный голос.
— Кто это?
— Стод Перис, — в поле его зрения появился молодой человек. — Ваш врач. Присматриваю за вами.
— Если вы усыпите меня, я буду видеть сны?