Чтение онлайн

Не обращая внимания, что она совершенно голая, Галина тихо, но четко произнесла:

– Я хочу умереть…

– Дура! Какая же ты дура! – зло бросил я.

Одновременно я обтирал ее банным полотенцем, начав с головы. Я вытирал ее, как маленькую девочку после купания: ручки, спинку, грудь… Все делал на автомате, но вот когда дошел до довольно аппетитных ягодиц, то невольно отвел взгляд в сторону. Только когда я уже опустился к коленям, Галина, не пошевельнувшись, спросила:

– Почему я дура?

Именно такая постановка вопроса заставила меня невольно улыбнуться, но ответил вполне серьезно:

– Ты подумай, чтобы на твои слова сказала Мадлен? Она хотела, чтобы ты жила, а я помог тебе.

– Ты прав… – безжизненным голосом согласилась она.

Вдруг Галина уткнулась в мою грудь и разрыдалась.

Дав ей немного поплакать, поглаживая по спине, я сказал, слегка встряхнув ее за плечи:

– Иди и оденься. Я жду тебя на кухне.

Только сейчас до ее сознания дошло, что все это время она была передо мной в наряде Евы, и я даже вытер все ее тело после душа полотенцем. Неожиданно «ойкнув», Галина быстро кинулась к дивану и стала натягивать на себя пижаму.

Она прошла на кухню, села за стол и, краснея от стыда и опустив глаза, сказала:

– Прости, что я была в таком виде.

– Успокойся, я оказался прав: ничего нового я не увидел. Давай забудем об этом и приступим к ужину.

– Я не хочу есть…

– Тебе нужно выпить, чтобы согреться и успокоиться.

Она молча пожала плечами. Я открыл бутылку коньяка, налил полстакана и протянул ей:

– Пей!

Галина покорно выпила содержимое, слегка закашлялась и немного закусила.

– Я не могу представить, что Маши больше нет, – негромко проговорила она, прикуривая сигарету.

– Я тоже. Но, к сожалению, уже ничего нельзя изменить. Ты просто должна понять: нужно теперь жить за себя и за нее.

– Это я понимаю, – кивнула Галина, выпуская дым, – но подскажи, пожалуйста, где мне взять силы? Где взять силы, чтобы пережить все это?

– Ты все выдержишь, – уверенным тоном сказал я. – Ты даже не представляешь, насколько ты сильная!

– Но, впереди похороны… Я даже не знаю, с чего надо начинать…

– Об этом не думай. Эту проблему я возьму на себя. Справку о смерти выдадут только не раньше полудня понедельника. Так что похороны будут во вторник. Тебе только нужно держаться самой.

– Спасибо! Как все-таки хорошо, что у меня есть ты! – неожиданно вырвалось у Галины.

Она осеклась на полуслове и снова в смущении опустила глаза. Я сделал вид, что не заметил этих слов, мысленно ища, если можно так сказать, нейтральный ответ. Трудно предположить, какой поворот мог принять наш разговор после такого ее признания, но неожиданно о себе дал знать мой домашний телефон. Я даже не мог представить, кому потребовался в такое время. В основном меня вызывали на «трубу». Я даже невольно вздрогнул, услышав звонок, начав привыкать к тому, что телефонные переговоры ничего хорошего не приносят.

Вздрогнула от неожиданности и Галина:

– Это не Елена? – не скрывая тревоги, спросила она.

– Исключено, – ответил я, направляясь к телефону.

Взяв трубку, я коротко бросил:

– Да!

– Где тебя все время черти носят?! – неожиданно спросил меня раздраженный мужской голос.

У меня появилось желание послать этого нахала далеко-далеко, но я сдержался:

– Так. Везде понемногу…

– Это Васильев, – представился он. Только сейчас до меня дошло, что звонит шеф.

– Извините, Виктор Викторович, но сразу не узнал. У меня столько новостей…

– Вот и хорошо. Будь завтра в моем кабинете к 15.00. Приезжай без машины. Тогда все расскажешь.

– Но завтра воскресенье…

– Знаю. Не опаздывай, – и в трубке раздались короткие гудки.

– Кто звонил, если не секрет? – спросила Галина, когда я вернулся на место за столом.

– Секрета нет, – усмехнулся я. – Звонил шеф. Он хочет, чтобы я был завтра у него в кабинете. Ничего не могу понять. Ты побудешь завтра одна дома?

– Конечно. Работа есть Работа. Но… – она замолчала, не зная как продолжить.

– Что случилось? – спросил я.

– Как быть, если без тебя позвонит или даже придет сюда твоя Елена?

– У меня больше нет Елены. Она не позвонит и уже никогда не придет ко мне. Я тебе рассказывал об этом утром, когда ты засыпала.

– Прости… – невольно улыбнулась Галина, положив свою ладонь на мою руку. – Я просто заснула под твой рассказ, как когда-то засыпала под сказки мамы. Налей мне еще. Что-то коньяк совсем не берет.

– Налью, но при условии, что ты поешь.

– Хорошо!

На этот раз мы выпили вместе. Пережевывая бутерброд, Галина сказала:

– Извини, Миша, можно задать тебе вопрос?

– Даже не один. Ты же должна в конце концов хоть немного узнать меня.

– Скажи, ты расстался с Еленой потому, что я оказалась в твоей квартире?

– Хочешь правду?

– Конечно.

– Должен объективно признать, что по внешним данным ты превосходишь Елену. Вроде бы у вас всех одно и то же, но у тебя все же лучше…

– Спасибо… – тихо ответила она, краснея и опуская глаза.

– Но пусть тебя это не обидит, ты здесь совсем ни при чем. Елена не успела узнать о твоем существовании. Она просто предала меня. Пойми, не изменила мне с кем-то, а просто предала.

– Как это?!

– Выяснилось, что она встречалась и спала со мной лишь потому, что я оказался похожим внешне на ее погибшего бой-френда…

– Как это пошло! – сморщилась Галина. – Уж лучше быть проституткой. У нее явно что-то с психикой!

– Возможно. К тому же, ее не устраивало, что я не городской. Быдло…

– Какая глупость! У меня уже был городской рафинированный подонок…

– Давай лучше выпьем, – предложил я, видя, что Галина неплохо закусила.

– Не откажусь.

Мы выпили, перекурили и решили ложиться спать.

Сначала легла Галина. Она заняла свою половину дивана, накрывшись пледом. Погасив свет, я тоже лег. Неожиданно Галина повернулась и приблизилась ко мне.

– Будь что будет, – тихо проговорила она, обнимая меня, и уткнулась своим носиком мне в шею. – Пойми, мне одной очень плохо!