Чтение онлайн

– Открой глаза!
– подчиняюсь, решив, что все равно надо будет ему все сказать.
– Встань!

– Нет!
– с трудом удерживаю себя в лежащем положении, при этом вцепившись в кровать пальцами. Наши воли схлестнулись. И впервые, наверное, из-за стресса он проиграл.
– Никогда больше! Ни за что! Можешь разорвать свою связь и убить меня, но я больше не выйду из этой комнаты и не позволю себя унижать!

Внимательный взгляд и он садится на корточки, из-за чего наши глаза оказываются на одном уровне.

– И ты готова так просто сдаться?
– голос усталый, а во взгляде что-то похожее на отчаянье.
– Неужели ты не понимаешь, что оставаясь в этой комнате, ты признаешь, что они правы, и ты не заслуживаешь иного обращения?

– Мне плевать на них! Я устала и так больше не могу! Я не хочу больше видеть вас всех!
– у меня начинается истерика.

– Знаю!
– и это слово заставляет меня замереть - Но ты не единственная Мэвл и есть те, кому хуже! Неужели ты их бросишь?

– А какая тебе разница? Я что, мало отдала за то чтобы им помочь? И что получила взамен? Ничего! Только тычки и синяки?
– закричала в отчаянье - Каждый раз, когда я пытаюсь что-то изменить, это кончается волной насилия! В прошлый раз заплатили они, а вчера я!

– И ты спустишь этим тварям все это?
– закричал вдруг он, и я впервые увидела его истинное отношение к другим хозяевам. Всю его ненависть и омерзение. Но там было что-то еще. Но увы я не успела понять что это было.
– Давай, останься тут и все, что они делают, будет оправдано или встань, оденься и пойдем со мной, и пусть они сами испытывают стыд за свое вчерашнее поведение.

– А им разве не все равно!

– Нет, моя дорогая, не все равно! И от того, появишься ты сегодня или нет, будет зависеть как дальше к тебе будут относиться! Как к вещи, которую можно как хочешь использовать или как к хрустальной статуэтке на камине, сдувая пылинки и следя чтобы не попала в руки к детям!
– он помолчал, давая мне время обдумать его слова, а потом приказал - А теперь встала и начала одеваться!

И тут на меня обрушилась вся его мощь, и я осознала, что до этого он просто отступил, позволив мне почувствовать себя сильной, чтобы не сломать окончательно, а теперь решил, что я готова.

– Ненавижу!
– шепчу, натягивая протянутые им вещи.

– Знаю, но ты мне сегодня нужна и не только днем, но и ночью.
– пожимает плечами, отмахиваясь от моих чувств.

Я не сразу поняла, о чем он.

– Я не пойду!

– Пойдешь и не спорь! Оделась, тогда пошли!

Хватает меня за руку и вытаскивает из комнаты.

Овит.

Вечер предыдущего дня.

Расставляю посуду, низко склонив голову. Он не любит, когда я смотрю на него.

Его ноги вытянуты под столом и торчат, мешая мне двигаться, главное не зацепиться. Фу справилась! Теперь не накажет! Осталось погладить рубашки и может быть сегодня все будет не так неприятно.

Руки болят. А ведь уже несколько недель прошло. Пальцы опять не сжимаются, и я не удерживаю рубашку. Она падет на чистый пол, и я быстро ее поднимаю, в надежде, что пронесет. Не тут-то было.

Лицо Атли искривляет ярость.

– А ты сучка гр...я, да я тебя сейчас!
– рычит он, подходя ко мне, и с размаху бьет по лицу. Я падаю, отлетая к стене, а парень, подскочив ко мне, начинает бить меня ногами. Сворачиваюсь в клубочек, закрывая голову руками, и молюсь, чтобы все быстрее закончилось. Господи, как же больно!
– Я научу тебя беречь мои вещи!
– рычит парень, продолжая пинать меня.

Удары только по телу. Не любит когда у меня синяки на лице.

"Не стоит другим, видеть какая ты плохая" - всегда говорит он.

Но завтра он будет еще злее, ведь эта пощечина оставит след на лице. И виновата буду я.

Ругаясь последними словами, Атли резко приказывает мне выпрямиться, разводит мои ноги в стороны, и расстегнув ширинку тут же оказывается во мне. Больно!

Хотела бы я быть такой же сильной как Натали. Но я слабее и вместо того, чтобы сопротивляться, молча терплю и лишь тихий стон боли вырывается наружу.

– Вот так детка, ты всегда получаешь удовольствие от наших игр!
– парень усмехается, а я стараюсь, как могу сделать вид, что мне нравится. Последние силы на маску на лице. Урок об наслаждении под ним я усвоила еще на первой неделе моего рабства.

Наконец он кончает и опять в меня. Боль и отчаянье сковывает сердце. И я могу только молиться, чтобы детское личико снова не появилось перед глазами. В прошлый раз я молила его не убивать ребенка, но он меня силой притащил и держал за руки, когда тот мясник выскребал из меня моего ребенка. Повезло. Нет личика, значит все нормально.

Еле сдерживаю слезы, смотрю, как он встает и идет в ванну.

– Сегодня ты спишь на полу! Не заслужила кровати!

Сворачиваюсь в клубок и так и засыпаю. Боясь даже подумать о чем-то и не обращая внимания на боль. Она привычна, постоянна и никуда не денется. А думать нельзя, ведь прекрасно знаю, что стоит мне это сделать и уже не усну, а силы мне очень нужны.

Утро

– Подъем!
– меня хватают за волосы и заставляют выгнуться назад. Чужие губы затыкают мне рот, лишая возможности дышать, но я не сопротивляюсь, иначе опять его рассержу. Я вещь и мне не положены эмоции и чувства. Проклятая ведьма! Будь ты проклята за нас всех! Наконец отстраняется - У тебя пятнадцать минут!

Другая бы возмутилась, но не я. Пробовала и прекрасно знаю, чем все кончается. С трудом поднимаюсь. Все тело жутко болит. Основательно он меня вчера отделал, да еще и старые раны... А ведь было время, когда меня будила мама и я еще ругалась, что меня разбудили поцелуем и за час до выхода. Тогда я не знала, что такое боль, но это было раньше, до того как он решил, что я буду его и до того как я заболела.

Иду в ванну. И смотрю в зеркало. Фингал основательный, на пол лица. Он опять рассердится. Быстро надеваю платье и заплетаю косу, даже и не глядя на душевую кабинку. Какой душ - десять минут и опаздывать нельзя!

Платье чуть ниже колен и никакого белья. Его наказание за бунт. Теперь в школе надо вести себя тихо, иначе все увидят мои прелести. Уж Атли об этом позаботится. Как же я хочу быть такой же, как Натали. Лучше смерть, чем такое существование. Но я слишком люблю жизнь и буду терпеть до последнего.

Встряхиваюсь, смотрю на часы и начинаю наносить макияж. Бесполезно. Его не скроешь. Атли будет в ярости.

Выхожу к нему, заранее внутренне съежившись. Подходит, и схватив за косу поворачивает лицо свету.

– Ну вот, а я ведь не раз говорил, не зли меня!
– качает головой. Все, вечером он отыграется! Или прямо сейчас?
– Пошли!

Идем к машине. Все как всегда: и привязь и ошейник. В машину меня не пускают. "Не заслужила!" А вот длинна моего поводка зависит от его настроение. Заранее накладываю на себя защиту от горячего пара. Но мне повезло, видать вчера он выбил всю свою злобу. Удлинил поводок, и пар меня почти не касается.