Чтение онлайн

Вмиг посеревший Эллохар в облике демона метнулся к женщине, его рев, полный обжигающей, как адово пламя, боли оглушил всех. Я же пребывала в каком — то заторможенном состоянии, пытаясь поверить, что все это не порождение ночного кошмара. Что я вот-вот проснусь.

Иллар откинул меня в сторону и шагнул навстречу ужасу, тонувшему в сполохах синего пламени, обращаясь в нечто подобное ему.

— Стой, отец, она убьет остальных, она убьет всех! — кричал вампир, пока демон рвал его плечо клыками под заливистый смех Леди.

И всё…

Рухнувшиеся на колени представители рода Тьер, распластанный Риан, который выл от бессилия, прижатый невидимой силой к полу и скребущий ногтями по мрамору, ломая их, оставляя кровавые дорожки. Подошедший к Дее Дарг, выхвативший из рук женщины, плачущего Руда, ее крик, ее протянутые руки. Отвратительные руки убийцы собственного отца, сжимающие крохотную ручку ребенка и с полным отвращения взглядом, взирающего на малыша. Ринувшиеся к похищенным детям обезумевшие отцы, оседавшие на пол, успевая сделать лишь пару шагов. Лица малышей, на руках похитителей стремительно бледнеющие от того, что их «выпивали».

Воспоминания хлынули словно цунами: родители лишенных магии деток с алчной надеждой следящие за моим прикосновением, голова Красса, покатившаяся по льду, серая комната, полная холода и безнадежности, прожженная грудь Иллара, сын, приносящий мне машинку, чтобы поиграть, и машина, перевернутая, смятая крыша, сгоревшая, тело на снегу, все в крови, так много крови. Кровь Андрея! Демон, кромсающий собственного сына, ради убийства. И кровь Иллара на мне. На мне так много крови…

Я заорала, запрокинув голова и вонзив ногти в ладони. Чтобы только не видеть, не чувствовать, не слышать!

Треск камня заглушил все эту какофонию. Огромные трещины побежали по стенам и полу, по потолку, по трону, по лицам присутствующих и их эпицентром, их истоком была я.

— Я помогу, — успокаивающий ласковый голос Анны. — Ты же хочешь, чтобы все это закончилось? Пойдем со мной, дорогая.

Я — хорошая девочка, послушно протянула ей свою руку, как маме в детстве, и мы с Анной шагнули в черный огонь. Больше я ничего не слышала и не видела.

Не видела, как сыпались с потолка куски камня и позолоты, как ворвалась охрана, потому что блок на дверях с исчезновением Леди спал, как исчезли темные силуэты, растворяясь, точно призраки, как соскальзывали с их рук на пол малыши, как откинувший каким-то неимоверным усилием отца, Иллар с почти оторванной рукой одним прыжком оказывается возле Дарга, ломая одним движением хребет предателя. Как подхватила падающего ребенка Дея, как поднялся на ноги освобожденный лорд Тьер. Как из всполохов адского огня выбежала Найрина, кидаясь к мужу, обхватившему голову руками.

Все это было уже не для меня. Я чувствовала, как меня обняли теплые руки и нежный, добрый голос рассказывал мне сказки. И лишь шепот глубоко внутри, заставлял чуть хмуриться: «Очнись, родная, очнись…»

Почему-то захотелось в ту сказочную таверну на берегу моря с необычно вкусным пирожными и улыбчивым Илларом с человеческими глазами.

— Мам, блинчиков! А знаешь, еще так вкусно получается, если ложечка какао, ложечка сухого молока, ложечка сахала и ложечка воды. Мням. И батончик с маслом и сахалом посыпанный.

— Веруся, сладкоежка ты моя. Давай только блинчики?

— Мамочка, можно еще батончик, пожалуйста…

— Карась хитрый, вот бы тебе жизнь такую сладкую! Вымогательница.

Держись, не слушай никого, я скоро…

— Мамочка, почему мне нельзя играть с Иркой?

— Верусь, она — нехорошая девочка, она же тебя камнем ударила, зачем с такой дружить?

— Она не хотела. Ну, мама, она больше не будет. Ну, правда же!

— Она не хотела, а у тебя кровь, да еще и по голове.

— Ну ммааммаа, она хорошаяяяя…

— Найри, милая, живая.

— Все хорошо, Рэн, все хорошо. Вот, видишь, я тут. Мы с Повелителем и Риш не могли достучаться!

— Девочка моя. Я не смогу. Не смогу отступить, не смогу.

— Что?

— Ты — дыхание мое, но я тот, кто я есть.

— Рэн, я… Я знаю про клятву. Повелитель отринул ее, Рэн. Теперь все будет хорошо!

— Нет, родная, не в клятве дело! Я стану тем, кем должен, и если ты не захочешь быть рядом, твое право уйти.

— Рэн? О чем ты?

— Я не предам Деда, я не откажусь от власти, потому что я был для этого рожден, я не буду искать уловки и отговорки, перебрасывать эту ношу на плечи того, чью жизнь и так испортил. Ты встанешь рядом, будешь плечом, на которое я обопрусь, станешь воздухом, которого мне будет так не хватать. Ты родишь мне детей. Если ты не готова, если хочешь прожить свою человеческую жизнь, я не буду держать. Решай сейчас, Найри, я слишком много ошибался, больше времени нет.

— Рэн…

— Мамочка, можно я тут посплю?

— Что такое, опять кошмар приснился?

— Нет, просто темно, я боюсь, когда темно.

— Риан, что же… Что же теперь будет? Она уйдет в их мир?! Как же Вера?!

— Не знаю! Бездна, я не знаю! Я бессилен, милая, прости меня. Есть вещи, который никто не может изменить.

— Главное — мы вместе.

— Да, главное — мы вместе

— Шестой диспетчеру. Новостройка по Скусова, дом 6. Молодая женщина, ранение в области сердца. Вызывайте бригаду.

— Диспетчер шестому, повторите адрес.

— Диспетчер, Скусова дом шесть, третья парадная, двадцатый этаж. Холл у лифта.

— Шестой понял вас, бригаду отправлю.

— Я думал, когда откажусь от клятвы, это пройдет. Ведь это демон говорил в тебе.

— Я слишком многое, Повелитель. Но на нее ответил не демон, а человек.

— Ты точно уверен, что хочешь этого? Пути назад уже не будет. А ее может… скорее всего…

— Уверен. Главное, чтобы цена для тебя не стала непомерно высокой.

— В таких случаях цена значения не имеет.

— Спасибо. Еще встретимся?

— Бездна одна на всех…

Полгода я приходила в себя после случившегося, почти три месяца пытаясь совместить реабилитацию собственной жизни с потугами забыть то, что произошло, пугаясь самой себя в отражении зеркал. А потом, потом начала понимать, что не могу жить в этой девятимесячной серости ради трех месяцев синего неба вперемежку с дождем.