Чтение онлайн

Помню, Диего ему частенько говорил, что нет ничего хорошего в том, что он может нечаянно наступить на его висящие джинсы и оставить с голой жопой.

Нэйт познакомился с Джастином, когда тот однажды остался у нас ночевать, сказав, что дома ему делать нечего и его никто там особо не ждёт. С моим братом они сразу же нашли общий язык. В ту ночь они не давали мне спать, пытаясь перещеголять друг друга в шутках. А потом врубили Britney Spiers и танцевали под неё. Я тогда чуть в окно не вышел, честное слово. Они чем-то были похожи. Оба весёлые балагуры. Оба купались в женском внимании. Оба любили петь и танцевать. Оба не умели делать это профессионально, но им было плевать. Оба имели креативное мышление. Но Джастин больше. Он ведь у нас будущий архитектор.

В детстве Джастин проводил большую часть времени со мной. То в школе, то после неё. Потом вместе ходили в зал, где занимался боксом Диего. Поэтому могу смело сказать, что Бибер мне как брат. Да, в принципе, как и Диего. С друзьями мне определённо повезло. Мы все были с разными характерами и темпераментами, с разным прошлым, с разными мечтами. Но ценили нашу дружбу.

За всё время нашего знакомства мы только пару раз повздорили. Я с Диего и, опять-таки, я с Джастином. Видимо, причина была в моём непростом характере. С Нэйтом просто невозможно было поругаться. Даже если очень хотелось настучать ему по голове, он всегда отшучивался и умело огибал острые углы.

Кстати, девушек мы никогда не делили. То ли вкусы у всех разные, то ли просто сразу понимали у кого на какую встанет и не трогали чужое.

— «A-a-a-ha-a-a», — заголосил Джастин.

— Сукин сын, не могу, — захрюкал Нэйт, закрыв ладонью глаза и сотрясаясь от хохота.

Да, Джастин и вокал — это как Camaro и Nissan GTR, несовместимые вещи.

— Чуваки, камон, дайте попить! На жаре танцевать, пожирая приторно сладкую пасту, это целое испытание и искусство, — жалобно заскулил Джастин после своих ритуальных танцев.

Теперь из динамиков зазвучала Humanity группы Scorpions. Сразу видно чей плейлист, не рэпчина там всякая и попса, а нормальная мужская музыка.

— Здесь только кола и фанта, — ответил Диего.

— Колу, — протянул руку, подходя к нам.

— У тебя будет сахарная кома, дебил, от такого количества глюкозы, — заржал Нэйт.

— А мне не надо держать форму, как тебе. Ты просто завидуешь, — подмигнул ему, схватив протянутую банку из моих рук.

Да, Нэйт перед соревнованиями всегда садился на строгую диету и сушился, чтобы вес был в определённых пределах. Из-за этого его тело было рельефным, а мышцы под загорелой кожей идеально прорисованы. Просто слепок для занятий по анатомии, чёрт подери! Его тело можно было использовать для рекламы мужского нижнего белья. Девочкам нравилось, как вы понимаете. По сравнению с ним мы все были чересчур мясистыми.

— Я забочусь о твоём здоровье, недоумок, — смеясь, Нэйт отвесил пендель Джастину.

— С тобой всё в порядке? — спросил у Бибера, рассматривая его лицо, немного вспотевшее от танцев.

— Да. Теперь да, — улыбнулся он, явив миру свои ямочки на щеках.

— Так о чём ты хотел поговорить? — перевёл тему Диего.

Перед танцами нашего рэпера я понял, что один эту хрень не вывозил уже. Может я чего-то не замечал, а они могли увидеть со стороны.

— О Волчонке, — начал я.

— О, мне нравится, как ты её называешь, — довольно протянул Джастин. — Неужели, наш полигамный радар остановился на одной-единственной девушке?

— Но она правда хорошенькая, — кивнул Нэйт, улыбаясь мне.

— Хорошенькая? Она красивая, мать твою. Но нет, дело не в моём радаре, — усмехнулся я. Правда же не в нём?! — Дело в другом. Мне кажется, что в её семье происходит какое-то абсолютное непонятное говно. Но я не могу понять какое, — озадаченно произнёс, сидя на капоте тачки и крутя банку фанты в руках.

— И ты захотел поковыряться в этом говне? — губы Нэйта дрогнули в улыбке. — Точно дело не в твоём радаре?! Ты просто так не стал бы вникать в чьи-то проблемы.

Да, не стал бы. Одно дело просто помочь постороннему человеку на улице и уйти в свою жизнь. Но с волчонком другая история. Необъяснимый порыв души, который никак не отпускал меня.

— Она девственница, парни. Дело не в моём радаре, — вздохнул я.

— Это дело поправимое, — улыбнулся Джастин.

— Поправимое, — согласился я. — Но не мной и моим радаром.

— Ебобо, ты не на то сейчас внимание обратил. Он знает о том, что она девственница. Понял, да? — поиграл бровями Нэйт, смотря на Джастина. — Он же обвинял Волчонка в проституции. А теперь, значит, вещает нам о чистоте этого прекрасного создания.

— Красавчик, Трахунчик! Не в бровь, а в глаз! — дал пять Нэйту. Не спрашивайте, откуда эти прозвища, у них свои «приколы». — Трэвис, ты тоже охренительный красавчик! Так держать, — вскинул кулак и заржал.

— Так и что именно происходит в её семье? Откуда ты сделал вывод, что вообще что-то не так? — покачав головой на их комментарии, подключился Диего.

Он всегда особенно внимательно и почтительно относился к теме семьи. Ведь его усыновили в своё время. Ему дали путёвку в жизнь. Ему дали кров и еду. Поэтому всё, что касалось семьи для него было важным, если не сказать первостепенным.

— Вчера я привёз ей джинсы взамен тех, испорченных. Внезапно появился её отец, при виде которого у Волчонка отнялся язык и побелело лицо. А в глазах… в глазах застыло то, чего бы я никогда не хотел в них видеть, — тихо ответил им.

— Что? — напрягся Диего.

— Страх и ужас.

— Ты уверен? Тебе не показалось? — встрял Нэйт, который тут же перестал улыбаться.

— Уверен. Так же она смотрела на меня, когда я её чуть не утопил. Так же она смотрела на меня, когда я схватил её здесь за руку и наорал, — ответил, разглядывая банку газировки в своих руках.

— Твою мать, — пробормотал Диего. — А Габи ничего не знает о ней или её семье?

Отрицательно покачал головой.

— Может, он просто очень суровый тип? Ну, знаешь, те папаши, которые блюдут честь и достоинство своих дочерей до брака? — предположил Джастин.

Поднял на него глаза, обдумывая его слова.

В них было рациональное зерно. Она же была до сих пор невинна. Так что такое вполне могло быть.

— Возможно. Но почему в её взгляде был такой животный страх? — не унимался я.

Что-то было не то в их взаимоотношениях. Что-то меня насторожило.

— Если он из тех, кто смотрит за дочерью больше, чем ему полагается, то он может кричать на неё. А она такая маленькая, хрупкая крошка, что, естественно, ей страшно. Я тогда ещё заметил, когда ты тут встал не стой ноги, что крик её вводит в ужас. Кстати, тактильный контакт у неё тоже явно не в почёте. Она была напряжена до предела, когда я обнимал её, — задумчиво произнёс Джастин.

— Да, я тогда тоже обратил внимание, как она держалась из последних сил, чтобы не расплакаться, — кивнул Диего.