Выброшенные на берег
Шрифт:
Завтрак. Сборы. Дорога. Она вошла в стеклянные двери, поздоровалась с тренером, а после начала разминаться вместе с детьми. Первая группа, вторая, третья. Обед. Сабрина села на диван и достала из сумки контейнер с едой, пока Антон Владимирович располагался за столом.
— Что с тобой сегодня? — спросил мужчина, откидываясь на спинку компьютерного стула.
— Да я нашла вещи мамы, — тихо ответила она, размешивая вилкой содержимое своего обеда. — Давно их не видела просто.
— Память очень дорога, — с грустной улыбкой проговорил тренер. — Особенно, когда это память о близких людях. Твоя мама была очень хорошим человеком, раз ты так о ней вспоминаешь.
— Да, — протянула Сабрина, глубоко вздыхая. — Она была лучшей.
— Тебе очень повезло, что у тебя была такая мама, — мужчина прикусил губу и посмотрел в стену. — Моя семья ужасно со мной обращалась.
Антон Владимирович сложил руки на груди, а девушка подняла на него заинтересованный взгляд.
— Они никогда меня не слышали, — он покачал головой. — Мои просьбы были для них пустым звуком.
— Это ужасно, — Сабрина опустила глаза и нервно сглотнула.
— Да, — протянул мужчина, складывая ладони на столе. — Так что не грусти из-за своей мамы, она тебя очень любила.
Антон Владимирович улыбнулся, а девушка постаралась ответить тем же. Они приступили к обеду. Вилки глухо звенели, ударяясь о пластиковые контейнеры, а разговоры стихли.
Круговорот детей снова закружился с бешенной скоростью. Сабрина даже иногда не успевала следить за тем, как ученики в зале заменяли друг друга. Они шумели, громко смеялись, но быстро замолкали под грозным взглядом Антона Владимировича, возвращаясь к тренировке.
Последняя группа покинула помещение, а Сабрина обессиленно рухнула на диван, распуская волосы, что быстро рассыпались по плечам волнистыми прядями. Телефон в её кармане завибрировал. Она посмотрела на экран и заметила сообщение от отца, который уже ждал её на парковке. Девушка быстро попрощалась с начальником и практически бегом вышла на улицу. Было время, когда она действительно наслаждалась своей работой. Вставала по утрам с улыбкой на лице и с гордо поднятой головой шла к своей мечте, но теперь всё это ушло на второй план. Стояла самая главная и важная задача – остановить чудовище, кем бы оно ни было. Машина Марка стояла около входа, поэтому Сабрина без особых усилий запрыгнула на пассажирское сидение и поздоровалась с отцом.
— Давно ты меня не забирал, — с лёгкой улыбкой заметила она, но серьёзное выражение лица ввело её в ступор. — Что не так опять?
Марк ничего не ответил, завёл мотор и выехал на дорогу, постукивая большим пальцем по обивке руля. Девушка поёжилась и нахмурила брови, тяжело выдыхая.
— Зачем ты рылась в кладовке? — мужчина сильнее сжал руки. Взгляд под его густыми и тяжёлыми бровями был устремлён прямо на проезжую часть, пока дочь бегала глазами по всему салону автомобиля. Она нервно сглотнула и заправила волосы за уши.
— Хотела посмотреть мамины фотографии, — тихо ответила Сабрина, глядя на свои колени. Она боялась смотреть на отца, ведь в его лице можно было увидеть самое страшное – боль и скорбь родного человека.
— А кольцо ты не брала? — он наконец-то повернул голову к ней всего на секунду. В глазах мелькнуло недоверие вперемешку с маленькой частицей гнева.
— Брала, — честно призналась девушка, резко отлипая спиной от сидения. — Это вещи моей мамы. Я имею права их взять.
— Конечно, имеешь, — Марк покачал головой и громко выдохнул, поворачивая руль. — Просто нужно было убрать всё за собой, а не оставлять беспорядок.
Сабрина замерла. Она попыталась вспомнить, прибрала ли кладовку после своих поисков или нет. В голове царила лишь пустота. Воспоминания словно течением унеслись из её мыслей, оставляя после себя лишь еле мокрые камни.
— Прости, пап.
— И предупреждай меня, если что-то берешь там, — попросил мужчина, снова глядя на дочь. На это раз его взгляд стал мягче и добрее, разливая по её телу каплю успокоения. — Больше ничего не взяла?
— Нет, — выпалила Сабрина и отрицательно покачала головой. Руки предательски затряслись, но она отчаянно пыталась спрятать это под сумкой, чтобы не вызвать лишний подозрений, которых и так в её сторону было слишком много.
Глава 19
Глава 19
Сабрина взяла больничный на работе. Она больше не могла этого выносить. Не могла смотреть детям в глаза и улыбаться, пока в её голове крутились мысли о приближающейся смерти. А та была близко. Девушка чувствовала это своими невидимыми жабрами. Это душило, не давало спокойно есть, спать и плавать... Море превратилось для неё в предвестника неминуемой гибели. Сабрина не погружалась в солёную воду уже дня три. Она потеряла счёт часов. Ноги ужасно чесались и ещё сильнее выводили из себя.
Девушка раскрыла красные глаза и уставилась в потолок. Отражающиеся от окон заходящее солнце бегало по нему солнечными зайчиками. Сабрина глубоко вздохнула и скинула с себя одеяло, приподнимаясь. Икры покрылись кучей маленьких алых чешуек. Она нахмурила брови, потёрла их и надела домашние штаны вместо коротких пижамных шорт. В доме царила тишина, но светить своими русалочьими прелестями не хотелось. По пути на кухню лестница скрипнула под её ступней. Сабрина с силой сжала челюсть и отправилась к холодильнику. Консервы, протухший суп, который она приготовила ещё несколько дней назад, и утренние бутерброды, что брат заботливо оставил ей, предстали перед её глазами.
— Неужели в этом доме никто, кроме меня, не готовит, — девушка хлопнула дверцей и, закатив глаза, отправилась в коридор.
За её спиной послышался стук. Кто-то настойчиво и упорно бил кулаком по входной двери и останавливаться, казалось, не собирался. Сабрина недовольно выдохнула и выглянула на крыльцо. Перед ней стоял Арсений с картонной коробкой от пиццы. Его глаза широко раскрылись при виде подруги, а рот приоткрылся. Он собирался что-то сказать, но девушка опередила его:
— Заходи.
Морозов кивнул и перешёл через порог, скидывая кроссовки на пол.
— Я решил не приходить с пустыми руками, — начал он, проходя на кухню следом за хозяйкой. — Мы не виделись несколько дней, я начал переживать. Ты в порядке?
— В полном, — Сабрина натянула улыбку, которая больше походила на злобный оскал, чем на дружелюбный жест. Парень громко выдохнул и оставил пиццу на обеденном столе.
— Не похоже, — он передразнил её выражение лица и сел на стул, пока девушка отходила к кухонному гарнитуру. Она резко остановилась и с силой стала чесать ногу. — Что такое?
Сабрина обернулась к нему и закатила штанину. Морозов моргнул пару раз, в попытках убедиться в реальности увиденного, и чуть наклонился, чтобы лучше рассмотреть. Она ещё раз потёрла икру, а затем вновь прикрыла её тканью и потянулась за тарелками.
— Почему так?
— Потому что я не плавала давно, — сквозь зубы процедила девушка, расставляя посуду на столе.
— Поехали сегодня, — предложил он и откинулся на спинку. — Так же нельзя.
— Я туда не полезу, — решительно заявила Сабрина, усаживаясь на стул напротив него.