Чтение онлайн

— Садитесь и рассказывайте!

— Я не знаю, что делать! — начал канцлер. — Налоги собраны полностью, но мы сильно залезли в долг к купеческим домам, и они требуют хотя бы частично погасить долги. Примерная сумма выплат — полтора миллиона. Еще около двух миллионов мы должны выплатить армии. Больше миллиона потребуется на ее содержание и самые необходимые траты. Как я ни пытался, денег на выкуп пленных не нахожу. Их и без выкупа не хватает.

— Требуют, значит! — сердито сказал король. — И кто конкретно требует?

— Все, ваше величество, — убито сказал канцлер. — Я пытался договориться об отсрочке, но мы ее уже у них один раз получили, а второй раз давать не хотят ни в какую.

— Ладно, перво–наперво рассчитайтесь с армией, — сказал Мехал. — А потом будем решать с остальным. Сколько всего задолжали купцам?

— Примерно три миллиона.

— Какой годовой доход герцогов Ларенсов с серебряных рудников?

— Около десяти миллионов.

— Хорошо, — сказал король. — Пошлите гонцов герцогам Ларенсам, Сельванам и Балларам. Пусть все прибудут через пару свечей. Идите, граф, я вас больше не держу. Позже я постараюсь найти недостающие деньги.

Встреча с женой и дочерью немного подняла королю настроение, поэтому на встречу с герцогами он пришел уже не таким взвинченным.

— Я вас здесь собрал для того, чтобы объяснить, из-за кого мы проиграли войну, — не здороваясь, сказал он приехавшим главам герцогских семейств.

— Будет интересно услышать ваши объяснения, — хмуро сказал герцог Ларенс. — Так из-за кого?

— Из-за вас! — ответил король. — Это вы упросили меня взять на войну ваших сыновей и доверить им важные посты в армии, хотя, как оказалось, им нельзя доверить даже патруль в десять бойцов! Мне напомнить, как вы на меня давили? И что в результате? Ваш сынок, Ларенс, дал себя сжечь вместе с двадцатитысячной армией на нашей территории. А это треть всех наших сил! А ваш, Сельван, всего–навсего сдал противнику тысячу кавалеристов и обоз с серебром для выплат в армии! Ваше чадо, Баллар, тоже отличилось. Ему дали простое задание: преследовать и добить королевскую армию, которая была вдвое слабее той, которую я ему дал. И что в итоге? Он полез штурмовать город, погиб сам и завел в ловушку всю армию. Вы считать умеете? Вот и посчитайте, сколько потеряла армия от ваших детей. А я вам и без подсчетов скажу, что эти потери составят почти половину личного состава! Если бы я из-за них не потерял двадцать восемь тысяч бойцов, хрен бы нас кто победил! Мне доложили, кто и как порочил мое имя! Наверное, пришла пора и мне рассказать всем, кому они обязаны горечью поражения и смертью своих близких!

— Чего вы от нас хотите, Мехал? — спросил герцог Ларенс.

— Если не хотите, чтобы вас обливали грязью на каждом углу, извольте мне помогать! Вы втроем заплатите ту сумму выкупа, которую назовет герцог Аликсан. За десять тысяч человек это будет что-то порядка одного–двух миллионов. Поскольку ваш вклад, Ларенс, в наше поражение намного больше остальных, вы еще поможете расплатиться по займам с купеческими домами. На этих условиях я готов забыть обо всем и до времени взвалить позор поражения на свои плечи.

— До времени? — спросил Баллар. — Вы хотите развязать войну в третий раз?

— А вы думали, что я все прощу и забуду? Конечно, это будет не через год или два. Сейчас у нас просто нет сил воевать. Нужно хорошенько подготовиться, все продумать и ударить наверняка!

— Держи письмо, — сказал Сергей жене. — Через день–два должен прибыть человек графа Хергана за портретом, передашь ему и письмо для короля Барни. На время моего отъезда ты здесь являешься полноправной хозяйкой, но прошу по всем важным делам советоваться с Джоком или хотя бы Севоржем. И постарайтесь не охотиться, пока я в отъезде.

— Не люблю, когда ты куда-нибудь уезжаешь, — сказала Альда, прижавшись к мужу. — Становится пусто и уже ничего не радует. Сидишь и считаешь дни до твоего возвращения.

— Ты же знаешь, что ехать нужно. Мы получили провинцию Барнем, а в ней многие до сих пор не знают, что у них новый хозяин. Надо ознакомиться хотя бы с главами графских родов, принять у них присягу и обговорить с ними мою идею об изменении налогообложения. Дороги стали получше, лошади у нас прекрасные, поэтому постараюсь слишком долго не задерживаться. Если все-таки придется задержаться, пришлю гонца. А вот плакать не надо, а то я останусь дома и не буду ничем заниматься, а потом нам из-за этого придется плакать всем вместе. Да, совсем забыл сказать. Я беру с собой Сура и попросил его, чтобы на время нашей поездки Гала пожила с вами во дворце. И веселей будет, и безопасней, а по дому и ее отец управится.

Простившись с семьей, он подошел к Лишнею.

— Вы у меня, Джок не начальник службы безопасности, а по меньшей мере канцлер. Передавайте, наверное, свою службу Салану, и становитесь моим помощником. Должность мы вам придумаем, а графский титул вы уже давно заслужили, просто я его не хочу вам давать без графства. Ближе к весне поедем разбираться с Парнадой, вот тогда его для вас и подберем. На время моего отъезда к вам будет одна просьба. Скоро привезут деньги за пленных, и нам их нужно будет отправлять. Лучше всего это будет сделать через Парнаду тем путем, каким их вели сюда. Хоть и дольше, но дорога гораздо легче. Возьмите в свои руки вопрос снабжения. Во–первых, нужно по всему маршруту движения колонны пленных подготовить запасы продовольствия и дров, а, во–вторых, всем им нужно раздобыть хоть какую-нибудь теплую одежду. Можете отдать те куртки, что мы снимали с убитых, их там с тысячу будет. Казначею я сказал, так что надобную сумму денег он выдаст. А Севоржу скажите, чтобы обеспечил охрану. О своей семье говорить не буду, вы и так все знаете.

— Не мало берёте охраны?

— Полсотни всадников, которые прекрасно владеют луками, легко отобьются от любой разбойничьей ватаги, а со своими дворянами я воевать не собираюсь. Да и не будем мы лезть на рожон, проявим осторожность. Каждого из нас дома кто-то ждет, как же можно не вернуться?

— А почему вы, ваша светлость, сами в такую погоду мотаетесь по провинции, вместо того чтобы собрать нас всех в ее столице? — с любопытством спросил Сергея граф Эрик Вендаль. — Там у короля и дворец был, который теперь принадлежит вам. Не очень большой, правда, но пожить, пока все съедутся, можно.

Они вдвоем сидели в гостиной графа и с удовольствием пили горячий чай.

— Значит, вы хотите, Эрик, чтобы я вас всех гонял по холоду, а сам сидел во дворце, дожидаясь, пока вы все злые с отмороженными задницами соберетесь по моему приказу?

— Так уж и с отмороженными, — хмыкнул граф. — До морозов еще далеко, да и будут ли они вообще? Не хотите нас злить?

— И это тоже, — согласился Сергей. — Но главное в том, что я совершенно не знаком с провинцией. Конечно, вот так, с наскоку я с ней и не познакомлюсь, но хоть общее представление составлю. В столице я бы увидел только вас, а так я имею возможность познакомиться с вашими близкими и посмотреть, кто как живет. Вы у меня восьмой и предпоследний граф. К сожалению, я почти не заезжаю в баронства, разве только переночевать. Чтобы знакомиться со всеми мне и двух месяцев будет мало. Я и в провинции Аликсан до сих пор знаю не все роды, а еще весной ехать знакомиться с Парнадой.

— Вы могли бы сейчас и не ездить, — сказал граф. — Герцог Лантар присылал гонцов предупредить, что хозяин провинции теперь вы, поэтому и налоги вам бы отправили, а вассальную клятву можно было бы принять летом в столице провинции.

— Спасибо герцогу, — сказал Сергей. — Но, во–первых, он меня о своей инициативе в известность не поставил, а, во–вторых, у меня сейчас есть свободное время, а что будет летом, нам с вами и боги не скажут. И потом я не только принимаю присягу, я еще объясняю смысл задуманной мной налоговой реформы и смотрю, как к ней относится.

— И в чем суть реформы? — заинтересовался граф.

— Давайте объясню на вашем примере. Вы собираете налоги в размере трети всех доходов, так?

— Так, — согласился граф. — Собирать нелегко, все пытаются укрывать доходы из-за того, что налог очень велик.

— Я тоже думаю, что его надо бы уменьшить, но только не сейчас. Пойдем дальше. Половину собранного вы оставляете себе, половину отдаете мне. Часть налога мы с вами отправляем королю, но она небольшая, поэтому о ней говорить не будем. Собранные налоги идут на наши собственные нужды и на нужды наших земель. В первую очередь — это содержание дружины у вас и армии — у меня. Такая система очень неудобна. Вам солдаты в большом количестве вообще не нужны, разве что война, и нужно исполнять свой вассальный долг. Но и тогда, опасаясь соседей, вы отдаете мне в лучшем случае половину дружины. Мне это неудобно тем, что я получаю помощь с большим запозданием, и просто нет времени для создания полноценной армии. В результате получается не армия, а толпа вооруженных людей. Насколько это может быть пагубно, показывает судьба провинции Парнада.