Чтение онлайн

«Удивительно, чему они так радуются? — подумал Сергей. — Большое дело — огреть жулика дубинкой. Или это они от скуки?»

Раздвинув смеющихся людей, к прилавку булочника протолкался невысокий усач в шлеме. Он что-то требовательно сказал остальным.

«Влип! — подумал мальчик. — Наверное, это стражник».

Выслушав, что ему сказали соседи булочника, он улыбнулся, шагнул за прилавок, поднял за шиворот пострадавшего и что-то у него спросил. Выслушав ответ, он нагнулся под прилавок, достал нож Сергея и протянул его мальчику. Забрав нож, мальчик с сожалением достал булки и собрался их положить обратно на прилавок, но был остановлен усачом. Тот жестами показал, чтобы Сергей оставил сдобу себе и уматывал отсюда побыстрее. Едва мальчик выбрался из толпы, как увидел, что судьба подбросила ему шанс заработать. В десяти шагах от него стояла пожилая толстуха с невысоким, худым подростком и лежавшими у их ног двумя большими, накрытыми плотной тканью корзинами. Женщина оглядывалась явно в поисках носильщика. Он подбежал к ней, знаками показывая, что будет рад помочь. Женщина с сомнением осмотрела мальчика и кивнула ему на одну корзину, после чего, не оглядываясь, пошла к выходу с площади. Подросток ухватил за ручку одну корзину, Сергей — другую, и они оба поспешили вслед за хозяйкой.

«Кирпичи она туда наложила, что ли? — думал мальчик, постоянно меняя руки. — Корзина совсем неподъемная! Долго я ее не попру».

К счастью, идти оказалось совсем недалеко. Их целью оказался большой двухэтажный постоялый двор, который Сергей в своих поисках умудрился пропустить. Толстуха оказалась женой хозяина, а в корзинах были аккуратно уложенные бутылки с вином. Жестом показав, куда поставить ношу, она подошла к мужу и о чем-то с ним поговорила, пару раз показав рукой в сторону Сергея. Хозяин поднялся из-за своего стола и подошел к мальчишке. Подросток, видимо, здесь работал, потому что, избавившись от корзины, умчался куда-то на второй этаж. Хозяин что-то требовательно сказал и показал Сергею на руки. Видя, что его не понимают, он схватил правую руку мальчика и пощупал мышцы.

«Хорошо, что хоть зубы не смотрит! — подумал Сергей и сглазил: мужчина жестом приказал ему открыть рот.

Удовлетворившись осмотром, он что-то спросил. Ничего не понявший Сергей на всякий случай утвердительно кивнул. После этого ему приказали отнести обе корзины в погреб, накормили сытным ужином и показали комнату, где он будет жить вместе с двумя другими слугами. Так он попал на работу к господину Жано в заведение, которое носило название «Радость путника». Жил он вместе с мальчиком на побегушках — пятнадцатилетним Роном Марже и пожилым конюхом — Солом Лашне, который присматривал как за лошадьми постояльцев, так и за транспортом самого Жано. Каких-то особых обязанностей у Сергея не было, он должен был делать все, что придет в голову хозяевам или их главному повару господину Морну. Обычно он колол и приносил на кухню дрова, мыл полы в трапезном зале и в коридоре второго этажа, выносил помои и помогал конюху чистить лошадей, когда их набивалась полная конюшня, и старик не успевал управляться один. Еще были походы на рынок, поднос вещей клиентам и множество других мелких и, как правило, неприятных и грязных дел. Кормили его очень хорошо и каждые десять дней выплачивали сорок медных монет, из которых он десять отдавал Рону за помощь в изучении языка. Учитель из Рона был хреновый, но Сергей очень старался и уже через месяц мог говорить с окружающими на самые простые темы. Грамоту Рон не знал, поэтому они учили только устную речь. Когда мальчик смог разговаривать с остальными слугами, процесс обучения резко ускорился. На кухню его пускали только ненадолго принести дрова и выгрести золу из печей, поэтому с кухонными работниками и поварами он не общался. Помимо них в услужении хозяевам работали шесть симпатичных девушек в возрасте от шестнадцати до девятнадцати лет. Они подавали постояльцам еду и напитки, убирали у них в комнатах и за отдельную плату работали в их кроватях по ночам. Последнее вызывало у Сергея недоумение, пока Лина Орди, с которой он сошелся больше остальных девушек, не провела с мальчишкой разъяснительную работу.

— Чему ты удивляешься? — спросила она. — Нас девчонок в семье четверо, а родители зарабатывают мало. На жизнь нам хватает, а вот приданого уже не скопишь. А кому я без него нужна?

— Как кому? — не понял Сергей. — Ты красивая девушка, неужели не найдется парень, который полюбит тебя без всяких денег?

— Может быть, и найдется, — согласилась она, — но в жены не возьмет. Ему не даст это сделать его семья. Я не понимаю, что тебя возмущает в нашем занятии? Люди должны питаться, спать и любить друг друга. У мужчин есть в этом потребность, мы им помогаем, и сами при этом получаем радость. Да и опыт много значит. Я уже столько всего знаю в этом деле, и все равно иной раз попадается такой искусник, что диву даешься! Думаешь, моему будущему мужу будет лучше, если ему попадется какая-то неумеха? Да я его за ночь выцежу раз пять. Ну что ты краснеешь, как ребенок! Давай я сегодня никого не буду брать, а проведу эту ночь с тобой чисто по–дружески? Научу кое–чему и доставлю радость. Сам меня потом будешь благодарить.

— Мне еще рано, — сделав над собой усилие, отказался красный как рак Сергей.

— Глупости! — отмела она его возражения. — Тебе шестнадцать есть? Нет? Странно, я думала, что ты старше. Вон у тебя какие мышцы! Знаешь, как от таких заводишься? Ну это неважно, по штанам вижу, что ты уже готов. Странный ты какой-то. Первый раз вижу юношу, которому девушка предлагает сама, а он ломается.

— Я люблю другую, — выдавил он из себя.

— И где она та другая? В той стране, откуда тебя к нам принесло бурей вместе с кораблем? Сколько ей лет, пятнадцать? Значит, уже должны выдать замуж. Это мы здесь задержались в девках, Лори уже совсем старуха. Ее и с приданым в девятнадцать никто не возьмет. И как ты собираешься ее искать, если у нас никто даже не знает о таком королевстве, как Россия? Запомни, Серг, что для мужчины нет большой разницы эта девушка или другая, главное, чтобы она радовала глаз и ласкала тело. А если она еще его любит, ни один не устоит только из памяти о пропавшей любви. Смотри, когда девочки разойдутся по номерам, я тебя буду ждать. Не придешь, сам потом будешь жалеть.

Черт бы побрал эту Лину с ее дружеским предложением! Он не нашел в себе силы прийти в ее комнату, а потом, как она и говорила, долго мучился и уснул только под утро. Лина ему потом ничего не сказала, и на тему любви они больше не говорили.

— Проходите, Алексей Владимирович, садитесь! — предложил отцу Сергея начальник управления Т. — Наши специалисты закончили предварительный анализ проб грунта, растительности и других материалов, собранных в месте пропажи вашего сына. Согласно их выводам участок леса диаметром чуть больше ста метров был заменен лесом с какой-то другой планеты. Пятьдесят два поваленных дерева относятся к неизвестному виду хвойных, наиболее сходны с бразильской араукарией, но намного больших размеров. Самые большие из них достигают в высоту девяносто метров. Замена произошла вместе со слоем грунта толщиной около десяти метров, причем, по мнению наших специалистов, участок чужого леса упал на освободившиеся место с высоты примерно пятнадцать метров. Отсюда и падение деревьев: их корневая система просто не выдержала удара.

— Насчет другой планеты это точно? — спросил отец Сергея.

— Я понимаю, что это звучит дико, — сказал генерал. — Но биологи нашли много отличий появившихся растений от земных. Сейчас с ними работают физики. Там были не только растения. Пойманы птицы, которых нельзя отнести ни к одному из известных нам видов. Их еще, видимо, много разлетелось, сейчас ищем.

— Пятнадцать метров — это высота пятиэтажного дома.

— Я понял, о чем вы подумали. Если ваш сын в том мире упал вместе с лесом примерно с такой же высоты, он вполне мог выжить и даже не получить сильных травм. Десятиметровый слой почвы сыграл роль амортизатора, смягчив силу удара, а атмосфера там не должна сильно отличаться от нашей. Пока ничего нельзя сказать насчет болезнетворных микроорганизмов, исследования в этой области проводятся. Если ваш сын уцелел при ударе, он выживет. Больше мне вам сказать нечего.

— Ну что он сказал? — встретила Алексея дожидавшаяся его в коридоре Светлана.

— Пойдем, — обнял он ее за плечи. — Ничего утешительного, Света. Сказал, что Сергей должен остаться жив. Но он где-то в другом мире, и это навсегда.

— Дура! — сказала девочка. — Почему я послушалась мать? Сейчас бы мы были вместе! Если бы только знать…

— Не кори себя. Если бы знали, мы бы туда просто вообще не поехали. Что произошло, то произошло. Говорил я ему, чтобы не торопился с любовью, видишь, как оно вышло.

— Я все равно рада, что она была! И тому, что он мог выжить! Я его, Алексей Владимирович, не для себя люблю! Пусть мне будет плохо, но лишь бы он жил, был счастлив и вспоминал обо мне хоть иногда. А я его еще подожду, у меня пока есть время. И даже если он не вернется, и я выйду замуж за другого, я все равно буду его помнить столько, сколько буду жить. Спасибо вам за все, я дойду сама. Не нужно меня провожать, у меня здесь все знакомые. А вы все-таки найдите себе кого-нибудь. Нельзя, чтобы человек оставался совсем один.

Сергей не только учил язык, он пытался узнать как можно больше о мире, в который его занесло по вине неведомых инопланетян, и о той стране, где он сейчас жил. От Рона в этом толку было мало, больше он узнал от конюха. Но основные сведения мальчик, к своему удивлению, получил от Лины. Правда, ей за это пришлось заплатить.

— Расскажу все, что хочешь, — улыбнулась девушка. — Только платой будет один поцелуй. Ну, же, соглашайся! У меня брат служит первым помощником капитана торгового корабля. Несмотря на то, что ему только двадцать пять лет, Мартин уже где только не побывал. Каждый год он приезжает домой, и мы с сестрами слушаем его рассказы. Да и отец у меня служит писарем в магистрате. Временами и на него нападает разговорчивость.

Они сидели в комнате Сергея одни на его кровати, потому что для стульев не было места, а Рон с конюхом не любили, когда кто-нибудь забирался на их кровати. Было время между обедом и ужином, когда большинство слуг обычно предавались недолгому отдыху, а сожители Сергея разбежались по своим делам.

— Может быть, все-таки расскажешь так? — покраснел он.

— Не–а, — отрицательно покачала головой девушка. — Причем сначала поцелуй, потом рассказ, а то знаю я тебя…

Получив согласие, она уселась ему на колени и припала к губам. Что при этом вытворяли ее руки, он потом вспомнить не смог. Он вообще выпал из реальности и очнулся только тогда, когда что-либо предпринимать было уже поздно. Закончилось все к неудовольствию Лины слишком быстро, но она знала, как поступать в таких случаях, поэтому второй раз все прошло гораздо лучше.