Чтение онлайн

Мэдди настроила радио на местную рок-волну, и они пели «Широкие просторы» вместе с Дикси Чикс, проезжая по мосту и выруливая на берег. Здесь они свернули на дорогу, ведущую в малонаселенную часть острова.

Мэдди прищурилась и разглядела среди кустов указатель, освещенный белыми огоньками. Она последовала замашиной Марко к входу на территорию курорта и остановилась, ожидая, пока Марко наберет код на воротах. Вдалеке виднелись площадка для гольфа и несколько домиков.

– Да, местечко довольно безлюдное. – Софи подалась вперед, напряженно всматриваясь в темноту.

Мэдди ахнула, и у нее засосало под ложечкой.

– Теперь я вспомнила, почему это название показалось таким знакомым.

Софи побледнела:

– О Господи, там голая женщина! – Мэдди указала на ворота:

– Курорт «Оупен-Армс» – это...

– Ой! Это не женщина, а мужчина. У него волосы на... на спине! Да тут все голые!

– Это нудистская колония.

Они ошарашенно уставились друг на друга. Антонио подошел к кабриолету. Софи вжалась в сиденье. Мэдди покосилась на Марко, который подходил с другой стороны. Ясное дело, его братья будут в восторге, когда ее увидят.

– Вот мы и приехали. – Марко жестом указал на пожилую пару, которая стояла на деревянном крыльце офиса в чем мать родила. Мужчина и женщина призывно замахали в ответ.

Мэдди в панике вцепилась в руль вспотевшими руками.

– Я... я ничего об этом не знала. – Марко нахмурил черные брови.

– Но я думал, ты поняла идею «Оупен-Армс». Ты же говоришь, что читала статью.

– Да, но только про прогулки верхом без седла. Я решила, что статья посвящена верховой езде.

– У нас и верховой ездой занимаются.

Мэдди представила себе эту картину и оторопела.

Марко махнул рукой в сторону павильона справа от них, и Мэдди, вытаращив глаза, смотрела, как десятки людей прогуливаются и сидят в шезлонгах на ярко освещенной набережной, толпятся вокруг длинных столов, едят, пьют, беседуют, танцуют как ни в чем не бывало. И все нагишом!

Его голос нежно ворковал у нее над ухом:

– Ах, дорогая, ты же говорила, что обожаешь приключения. Разве не так?

– Д-да, пожалуй, – промямлила Мэдди, нервно сглотнув. – Но я не имела в виду ничего похожего.

Он озадаченно уставился на нее.

– Ты разве не согласна, что человеческое тело – самое прекрасное произведение искусства?

– Согласна.

– Хм. Ты ведь не ханжа?

– Да... То есть нет.

Марко удивленно развел руками.

– Так чего ты стесняешься?

– Я не то чтобы стесняюсь...

– Тебе не нравится твое тело? Оно, как это у вас говорят, недостаточно хорошо сформировано?

– Я этого не говорила.

– Уверяю тебя, любовь моя, ты выглядишь просто потрясающе – светлая кожа, каштановые волосы. Все будут тобой восхищаться.

«Этого-то я и боюсь».

– Спасибо, Марко, но, видишь ли... – Мэдди смущенно замялась. – Раздевание – это... это очень интимно.

Он вытаращил на нее глаза.

– Так ты никогда... не позволяла никому видеть себя обнаженной?

Мэдди поморщилась:

– Я не это имела в виду.

Он перевел дух и лукаво добавил:

– Значит, у тебя есть телесные изъяны и уродства, которых ты стыдишься?

Мэдди сердито воззрилась на него:

– Нет, конечно!

– Тогда я не понимаю, милая. – Голос его смягчился. – Ты такая хорошенькая и совсем не похожа на этих американок, которые только и думают о том, как бы...

– Нет!

Улыбка слетела с его лица, и Мэдди заметила группу высоких темноволосых итальянцев, направляющихся в их сторону. Они были подозрительно похожи на Антонио и Марко.

– А, это мои братья, – с гордостью заявил Марко. Парни, которые будут от нее в восторге!

Хотела бы она испытывать к ним подобные чувства.

Трое высоких, атлетически сложенных мужчин приблизились к машине. Мэдди улыбнулась сквозь зубы, с бьющимся сердцем стараясь сосредоточить взгляд на их лицах, в то время как глаза невольно опускались к самой интимной части тел. Да, она определенно многое упустила, встречаясь с Джеффри. Надо было приехать сюда давным-давно, когда еще училась в художественной школе. Вот где надо учиться пропорциям...

Размер, конечно, не главное...

Но она не могла не думать о том, выдержит ли сравнение Чейз Холлоуэй.

Чейз Холлоуэй мечтал о женщине, но партнерши у него не было. И подходящей кандидатуры тоже. Итак, вечер пятницы придется провести одному, что не очень-то радует.

Он уже подумывал о том, чтобы снова позвать Дафну или другую девицу из своего списка, но после неудачи с Дафной он уже не был уверен, что будет на высоте. А что, если он вообще больше не сможет?

Впрочем, у него нет проблем с физической реакцией, когда речь идет о Мэдди. Но именно Мэдди для него и недоступна. Чейз пытался забыть ее и поработать над чертежами, но стоило ему погрузиться в работу, как он опять видел ее лицо и сверкающие от счастья глаза, когда он разрешил ей оформлять его дом.

«Если ей нравятся дикие животные, это еще не значит, что ей нравишься ты».

Чейз решил, что все ерунда, и заставил себя в который раз перечитать лозунг на клочке бумаги. Он прикрепил его на стену гаража, чтобы почаще к нему обращаться.

«Союзхолостяков.

Вечныехолостяки.

Ланс. Рид. Чейз».

Каждый расписался кровью, когда они еще учились в школе. А после заключения делового соглашения обновили этот договор. На этот раз кровью расписываться не стали, но решимости у них не поубавилось. И Чейз был намерен твердо придерживаться этого девиза.

И спасти их общее дело, присматривая за работой Мэдди.

Но больше он к ней не прикоснется. Никогда.

Чейз прихлопнул комара, дав выход накопившей энергии. Он чистил двигатель «Камаро-57». Полгода назад он купил эту рухлядь и наконец закончил предварительную починку. Теперь надо выправить кузов. На это потребуется время, а еще и переднее крыло на очереди, но ему нравилось возиться с автомобилем. Это отвлекало от мыслей о Мэдди Саммерс.

Он провел рукой по волосам, испачкав лоб и виски. Лицо Мэдди в тени деревьев, лучи заходящего солнца, играющие в ее золотисто-каштановых волосах, и ее губы... Господи, она сама нежность, наполненная греховной страстью. Шум водопада смешался с ее прерывистым дыханием и чуть не подвел его к краю пропасти, и ему ничего не оставалось, как оттолкнуть ее. Ничего умнее он не придумал, как сказать ей, что она для него по-прежнему ребенок.

Черт, Чейзу стало не по себе, когда он увидел в ее глазах обиду и боль. Но если он позволит этой сумасшедшей страсти выйти из-под контроля, то нанесет Мэдди гораздо более серьезную рану. Вдобавок лишится работы и потеряет друзей – ее братьев. Чтобы этого не произошло, надо заставить свое тело слушаться голоса разума, и все будет хорошо.