Чтение онлайн

Девушка достала домашнюю одежду и с облегчением надела футболку и шорты. Устало плюхнулась на кровать, закрыв глаза, будто она летит в облака, приземляясь на их мягкую поверхность. Вдохнула — выдохнула. Так-то лучше. Этот день закончен. Все позади. Даже слез не осталось.

И пусть она теперь практически замужняя барышня, у нее есть еще несколько недель — недель свободы. А завтра надо обязательно съездит в гости к бабуле.

…..

— Ты самая лучшая внучка на свете! — воскликнула старушка, когда Дина

переступила порог ее больничной палаты.

— Бабуля! — девушка с улыбкой погладила опрятно уложенные волосы Раисы Валидовны. — Ну-ка, рассказывай, как ты здесь?

Девушка уселась на ее на койку и подоткнула под спину женщины подушку. Дина очень соскучилась по бабушке. Теперь она, полусидя в постели, с

шуршащим пакетом в руках и уплетала свое любимое миндальное печенье, а девушка с заботливым участием смотрела на жующую старушку. Она

улыбнулась и налила ей в кружку теплого чая из термоса.

— Вкуснотища! Таким тут не кормят! — укоризненно произнесла пожилая женщина.

— Ба, ты уже второй день одна. Остальных увезли по домам?

— Да. Эмму и Надю забрали дети, а Ясю — муж. А я осталась одна! — вздохнула Раиса Валидовна, даже как-то по-детски надув губы.

В этот момент у Дины сжалось от сочувствия сердце. Она, как наяву, увидела свою бабушку в пустой палате.

— Ты что была все это время одна? — она искренне удивилась. — Но ведь в

отделении есть дежурный врач! Да, и медсестра тоже.

— Есть! Но нет других людей! С кем мне разговаривать? — обидой пожаловалась старушка. Сейчас дежурит одна фифа. Она тебе не тот доктор… м-м-м… Руслан Рахимович!

— То есть? — недоумевала Дина. — Конечно, другой доктор не такой, как этот врач. Ты, конечно, привыкла нему, но это не повод обижать других врачей.

— Асия не такая! Она даже не заходила ко мне! Вчера осмотрела меня, записала что-то в свою папку и просто ушла!

Дина вздохнула. Конечно, девушка не могла пойти к дежурному врачу и

потребовать уделять больше времени пожилой женщине, хотя они могли быть более приветливыми. Она сжала губы и нахмурилась. Бабушка снова зашлась в сильном кашле, и Дине пришлось срочно дать теплого чая с медом.

— Да, жаль, что тебя не отпустили домой, — с искренним сожалением заметила

Дина и пожала тонкую руку родственницы.

— Мой доктор сказал, что у меня острый пиелонефрит, — ответила Раиса Валидовна. — Как ты думаешь, меня бы отпустили домой?

Дина встала с койки бабушка и с улыбкой отошла к окну.

— Тебе уже лучше? — спросила девушка, рассеянно рассматривая пустую

стоянку перед больницей.

— Да, Руслан Рахимович сказал, что по его части я уже поправляюсь, — старушка уже допила свой чай и теперь снова легла в постель.

— А конкретнее?

— Спроси у него. Уверена, что он с удовольствием поговорит с тобой.

— Конечно, он поговорит со мной. Ты его пациентка, а я твоя совершеннолетняя внучка, — спокойно отозвалась девушка. — Конечно, я имею полное право узнать у него о твоем здоровье.

— Я видела, как он на тебя смотрел тогда, — с хитрой улыбкой сказала Раиса Валидовна. — Я знаю, что означал тот взгляд…

— Ба! — Дина строго оборвала разумную тираду бабушки. — Не могу это слышать! Я ведь… Все, закончилась моя молодость…

Она расстегнула молнию на своей сумке и достала из внутреннего кармашка браслет из деревянных бусин, который любила катать в руках во время нервного напряжения.

— Не смей так говорить! — строго сказала она, ты еще не вышла замуж, калым вернуть можно, хоть это и против всяких правил.

Дина вопросительно подняла на женщину глаза, которая, как юная восемнадцатилетняя девчонка, захихикала:

— Я давно заметила, что и ты к нему неравнодушна. Твои глаза горели… — она выразительно подняла брови, а Дина со слабой улыбкой покачала головой,

стараясь сдерживать раздражение.

Конечно, она любила свою бабушку, но иной раз девушку пугала ее

удивительная проницательность.

— Ах, любовь-любовь, — прошептала старушка, улыбаясь краешком рта.

— Бабуля! Хватит! — вздохнула девушка, теряя терпение.

В этот миг Дина вновь на секунду ощутила себя счастливой. Весь прошлый вечер она проплакала в подушку, изводя себя бессмысленными размышлениями. Теперь ей стало немного легче и спокойнее на душе. В этот момент, дверь распахнулась, и с порога прогремел знакомый голос:

— Что здесь происходит?

Дина слишком часто думала о том, что она сделает или скажет, когда увидит

Руслана. Девушка одновременно и хотела и страшилась этой встречи. И вот, пожалуйста, она состоялась, причем в самый не подходящий для этого момент, когда она была к этому совершенно не готова. Ей хотелось спрятаться под кровать, чтобы избежать его, такого невыносимо красивого, но такого холодного и непоколебимого. А он… он просто стоял на пороге палаты, привалившись плечом к косяку двери, и смотрел на нее горящим иссиня-черным взглядом. В его глазах было столько чувств и желания — просто не передать словами, словно в них таилось что-то важное.

— Ничего — ответила Дина, совсем смущаясь под пристальным взглядом

Руслана. — Я просто пришла попроведовать бубушку. Она очень тут заскучала.

— Так, Раиса Валидовна, Вы не должны вставать с постели, — он даже не повысил голос, но старушка тут же юркнула под одеяло.

От исступленного стеснения Дина неосторожно потянула нить браслета, и его темно-коричневые деревянные бусины разлетелись во все стороны. Она ахнула и принялась быстро собирать их, отворачиваясь от Руслана и делая вид, что не замечает его. Однако, она видела лукавую улыбку Раисы Валидовны, которая с интересом наблюдала за суетливой внучкой.

— Вот, — над ухом Дины послышался тихий баритон. — Еще одна.

….

Я вздрогнула и повернулась навстречу голосу. Руслан стоял практически вплотную ко мне и держал в руке самую крупную и красивую из всей нити бусину. Я беззвучно выдохнула и машинально дотронулась до немного спутанных локонов волос.

— Больше ничего нет. Это последняя, — с нежной улыбкой сказал он.

Я почувствовала, как жар опалил мои щеки, и только теперь заметила, как

высок этот красивый и статный мужчина. Меня окутал волшебный аромат кофе. Я вновь вспомнила недавний поцелуй в машине, его нежные пальцы, скользящие по моей разгоряченной коже шеи, и щекочущее ощущение на моих щеках и верхней губе.