Чтение онлайн

Слишком долго этот суперголем не атаковал нас, слишком уж это странно.

— Романов, — прогудел элементаль. — Сопровождение.

Некоторое время среди деревьев стояла спокойная лесная тишина.

— С тобой я точно никогда не заскучаю, малой.

— Слушай, Легион, ты же говорил, что был здесь, — произнёс Танис, пока мы шли за элементалем. — А когда? Я к тому, что ты не говорил про этих существ, значит, их не было. А когда они появились?

— Последний раз я был в долине лет семь назад, — ответил Легион. — Но… Конкретно это место, я вообще никогда не посещал.

— Как это никогда? — удивился Танис. — За… За всё время ни разу?

— Пустая долина, знаешь ли, немаленькое место, и делать тут нечего, — ответил он иронично. — Обычно, куда бы я ни направлялся, достаточно обойти её с востока или запада. Прям в саму долину, ещё и вплотную к скалам, я никогда не заходил. Лет… — сделал он паузу. — Уже и не помню. Лет через двести после окончания войны, я тут бродил, но конкретно к этой точке не приближался. Меня вот другое интересует. Малой, а как так получается, что вход в лабораторию находится внутри долины? Это же секретный объект, а во времена Империи тут проходил торговый путь. Два форта на входе и выходе, патрули постоянные. А как же секретность?

— Главный вход расположен с другой стороны гряды, — ответил я. — Мы направляемся к чёрному входу.

— То есть объект и так можно расконсервировать? — спросил Легион с удивлением в голосе.

— Только так, — ответил я, оборачиваясь на ходу. — Это правило ещё со времён Хумбры действует. Объекты высшей категории секретности расконсервировать через главный ход невозможно. Там наоборот, максимальная защита стоит. Если враг узнает о подобном объекте, именно к главному ходу он и направится.

— Ну… — замолчал он. — Логика, конечно, присутствует, но, как по мне, это немного параноидально. Особенно, учитывая тот факт, что на территорию Империи ещё зайти надо. Я бы понял, если бы это правило принято во времена войны с инферно, но до неё, Империя была сильнейшим государством на континенте.

— Не во времена Хумбры, — поправил я его.

— Хм, ну да, забыл, — пробормотал Легион.

— А через полторы тысячи лет родился император Скрип, — продолжил я. — Напомнить, в каком состоянии тогда государство было?

— Не стоит, — вздохнул он. — Я помню. Согласен, есть смысл.

За всю историю Империи, официально, во всяком случае, было всего два отрезка времени, когда она находилась на грани развала и исчезновения. В исторических книгах эти времена называли Час раздора и Век страха. Времена, породившие двух, на мой взгляд, величайших императоров Империи Грома — Хумбру и Скрипа. Именно эти двое вводили правила и законы, которые потом выглядели… странновато. Например, именно Хумбра ввёл правило — один регион, один легион. Его можно понять, так как главной проблемой Империи тогда, были сами имперцы. Час раздора, все дела. Хумбра банально опасался очередного восстания и сражения с собственной армией. Этот закон потом приводил к смешным ситуациям. Например, во времена Скрипа от Империи остался один регион, из-за чего это было уже королевство, а не империя. В связи с этим Громовым пришлось протолкнуть закон, по которому королевство не принимает отделение одного из регионов бывшей Империи. Типа да, у нас всего один регион, но по закону два, так что мы имеем право на два легиона. Потом, когда Скрип вернул власть в стране, и начал восстановление Империи, ему пришлось вновь изгаляться, создавая, впервые в истории страны, так называемые «временные» легионы. Два Иностранных, из жителей бывших регионов, и один Сборный, уже из своих подданных. Там ещё и чехарда с номерами получилась. Официально у королевства было два легиона — Первый и Третий, плюс Первый и Второй иностранные, плюс Первый сборный. Пять легионов, из которых три были Первыми. У нас в Атоле сейчас примерно так же — Восьмой легион плюс Вторая и Третья армии. При этом если говорить о времени создания, то Третья армия, появилась раньше всех. Собственно, это остатки Третьего легиона, которые не пожелали влиться в Восьмой легион. Что там за интриги были и почему они не стали Третьим легионом, я не знаю. Наверное, никто уже не знает.

Ну и продолжая тему странных законов. Сейчас это уже норма и никого не удивляет, но именно Скрип, в своё время, ввёл закон, запрещающий использовать лошадей в армии. Вместо этого он вложился в создание големов. В «Истории големостроения» я читал, что современники Скрипа постоянно насмехались над этим решением, считая его тупым и очень дорогим. Но именно благодаря Скрипу Империя получила сначала грузовых големов с транспортными телегами, а потом и штурмовых, заменяющих конницу. Сейчас, спустя тысячу лет после окончания войны, големы создаются на одной платформе, а раньше штурмовой и артиллерийский сильно отличались друг от друга. Штурмовой, помимо отсутствия артиллерийского модуля, мог ещё и огромную скорость развивать. Ненадолго, но этого хватало. Собственно, потому сейчас и существует понятие «имперский голем», ну или «голем имперской сборки». В наше время слишком дорого делать их на разных платформах.

Артиллерийские големы, кстати, появились значительно позже, когда уже весь континент использовал артефактные щиты и стрелы с баллистами потеряли свою актуальность. И если баллисты со временем полностью исчезли, ибо на фига это старьё, если есть артиллерия, то стрелы превратились в тактическое оружие, используемое в определённых ситуациях.

Ну и заканчивая с историей, стоит упомянуть, что именно Скрип ввёл звание легат империум пропретор. До него главнокомандующим всегда был глава государства.

— Чёрт… — услышал я у себя за спиной. — Дарий… Ты это видишь?

Обернувшись, посмотрел на Таниса, который указывал вправо, где к нам приближался ещё один элементаль.

— Не обращай внимания, — произнёс я. — Всё нормально.

— Ну как скажешь, — протянул Танис.

Он просто не видел, точнее, не чувствовал, но сейчас нас окружали десятки элементалей, направляющихся в нашу сторону.

Чуть ускорившись, поравнялся с идущим впереди «големом».

— Эй, — похлопал я его по ноге. — Как нам тебя называть?

— Страж Грагрр, — прогудел он. — Грагрру нравятся листья.

— Это он к чему? — спросил Танис.

— Элементали, — ответил я. — Не обращай внимания.

Этих существ порой очень сложно понять, всё-таки сознание у них хоть и похоже на наше, но всё-таки нечеловеческое.

— Тупой шаман, — подал голос гоблин. — Гряку тоже любопытно, но он же молчит.

— Ой, не начинай, — бросил Танис раздражённо.

— Грар… — произнёс я. — Страж, у меня вопрос. Сколько всего элементалей в окрестностях лаборатории?

— Грагрр. Страж Грагрр часть… — продолжил он уже голосом моего, то есть деда моего предка. — Система безопасности объекта состоит из двух тысяч двенадцати элементалей. Системный вход. Охрана. Атака сущностей с демонической энергией. Сопровождение смертных с меткой приоритета. Охрана. Романовы, Громовы — высший приоритет. Турио, Циапон, Горано, Авитус, Кардис — низший приоритет. Игнорирование смертных без меток приоритета.

Когда элементаль замолчал, я задумался. Романо с Громовыми понятно — свой собственный род и род императора и должны быть в приоритете. Высшем. Турио тоже понятно, он тогда легатом империум пропретором был. Горано… отец трибуна Горано был министром и главным хозяйственником Империи. А при чём здесь остальные? Фиг с ним, Циапонов тоже могу понять, они были приближёнными императорского рода. А Кардисы с Авитусами, почему в список попали?

— Две тысячи элементалей, милорд, — произнёс Горано тихо. — Может, демоны это место не из-за призраков избегают?

— Может быть, — произнёс я задумчиво. — Но вряд ли. Демонам здесь просто делать нечего.

— Рамейская долина — это точка стратегического преимущества, — проворчал Легион. — Не могут они её игнорировать. Агейский прорыв мы, если кто забыл, именно здесь остановили.

Точнее, не остановили, а свели на нет. Именно что прорыв тогда остановил Двенадцатый легион, а мы просто… Помножили на ноль семисот тысячную армию тварей. Да уж, предку тогда пришлось сильно мозги поднапрячь, чтобы собрать их всех вместе и направить именно сюда. В итоге получилась самая… одна из самых эпичных битв той войны, где три легиона перемололи семьсот тысяч демонов. Три дня, во время которых мы даже поесть толком не могли.