Чтение онлайн

В девонских слоях встречаются затем уже совсем необыкновенные рыбы, известные под названием птерихтис. Когда они были открыты, то их сравнивали со щитом черепахи, в которую вросла рыба. Изучение большого количества канадских и шотландских экземпляров этой рыбы позволило нам составить себе отчетливое представление как об удивительных костных пластинках, составляющих оболочку тела птерихтиса (рис. 140), так и о его мягком чешуйчатом хвосте и двух оригинальных придатках, которые заменяли этим животным передние или грудные плавники обыкновенных рыб. В Британском музее имеется чрезвычайно искусно сделанная картонная модель этой рыбы.

Рис. 138. Современные двоякодышащие рыбы: А — австралийский цератод; В — африканский протоптер; С — южноамериканский лепидосирен. Наряду с жабрами они имеют легкие и могут дышать воздухом.

Рис. 139. Ископаемые двоякодышащие рыбы из девонских отложений: А — диптер; В — фанероплеврон. Сплошной спинно-хвостовой плавник цератода имеется и у фанероплеврона; у диптера же он разбит на отдельные части, как у большинства рыб.

Рис. 140. Панцырная рыба птерихтис из девонского красного песчаника.

В тех же слоях, где находится птерихтис, встречается и другая очень интересная рыба кокостеус (рис. 141). Обе эти рыбы были небольшой величины — около фута длиной, — хотя в Огайо были найдены нижние челюсти и черепа огромных родственных кокостеусу рыб, длина которых должна была достигать 3 или 4 метров.

Рис. 141. Кокостеус из девонского красного песчаника.

Рис. 142. Панцырноголовая рыба, цефаласпис, из девонского красного песчаника.

Замечательно интересные рыбы (всего в несколько дюймов длиной) были найдены в еще более древних слоях, именно, в самом древнем девоне и в верхнем силуре. Одна из них называется панцырноголовой, или цефаласпис (рис. 142). Голова ее по форме напоминает шорный нож; глаза расположены близко друг от друга. Замечательной сохранности цефаласписы Шпицбергена и Англии позволили детально изучить строение их черепа, кровеносной и нервной системы, причем обнаружилось очень близкое родство их с современными миногами. От другой рыбы сохранились почти исключительно лишь щиты, покрывавшие ее голову вместе с туловищем — один снизу, а другой сверху. Это — птераспис (рис. 143). Головные щиты этих рыб и цефаласписа попадаются в огромном количестве в твердых песчаниках Шотландии, где этот камень употребляют на починку дорог; в нем нашли массу экземпляров таких рыб, тогда как никаких других ископаемых не было найдено. Предполагалось, что эта порода представляла отложение большого пресноводного озера, но это оказалось неверным, так как в Галиции щиты таких рыб были найдены вместе с морскими раковинами.

Рис. 143. Птераспис из девонского красного песчаника. Вид сбоку.

Странно то, что хвост или тело цефаласписа, покрытое чешуями, вместе с плавниками изредка попадается в соединении с головным ее щитом, как это показано на рисунке 142, тогда как тело и хвост птерасписа найдены не были. Единственный экземпляр, обнаруживающий остатки задней части тела птерасписа, мне удалось приобрести, когда я был еще мальчиком, в одной каменоломне; рабочий, который мне его дал, сказал, что это — окаменелая еловая шишка. Этот единственный экземпляр я уже давно передал Британскому музею. На вид он ничего особенного не представляет, а между тем это одна из самых интересных находок, которые когда-нибудь удалось мне сделать. Однако, в последнее время найдены экземпляры птерасписа с превосходно сохранившимися хвостами, на основании которых и нарисован рис. 143.

На рис. 144 представлен с верхней и с нижней стороны дрепанаспис, чрезвычайно странная ископаемая рыба, родственная птераспису, и также весьма древняя. Она была найдена в нижнедевонских слоях. В силурийских слоях Шотландии найдены удивительные маленькие рыбки, изображенные на рис. 145 и 146 и представляющие самые древние остатки рыб, которые только были открыты. Две последние рыбы, биркения и лазаниус, представляют очень курьезные маленькие существа, с рядом шипов вдоль спины. У них очень трудно различить глаза и рот, но в то же время они обладают типичными рыбьими хвостами и чешуйчатым покровом на туловище. Эти рыбки представляют самые древние остатки позвоночных, извлеченные из земной коры.

Рис. 144. Реконструкция девонской рыбы дрепанасписа.

Недавно в Норвегии найден ряд родственных им форм, птеролепис и другие, позволившие установить их близость к современным круглоротым.

Как ни древни, непостижимо древни силурийские отложения, под ними залегает еще огромная толща слоистых пород, в которых также встречаются окаменелости, но не встречается более остатков рыб. Нет оснований заключать, что эти странные рыбы из силура одни только и существовали в то время и потому представляют предков всех позднейших рыб и всех позвоночных животных вообще.

Рис. 145. Силурийская рыба биркения из Шотландии.

Благодаря случайности именно они сохранились и были добыты из земли, но, вероятно, тогда же, да и ранее того времени существовали мягкотелые рыбы, которые не имели внутреннего костного скелета и не были покрыты твердыми чешуями, и таким образом в слоях земной коры не осталось никаких признаков их существования. Силурийские пласты, как вы это можете видеть на таблице пластов (табл. IV), находятся как раз на середине расстояния между современными речными осадками вверху и архейскими пластами с самыми древними ископаемыми внизу.

Рис. 146. Лазаниус, другой род, найденный вместе с биркенией.

Рис. 147. Челюсти крупнейшей современной акулы.

Справа и слева (а, а) поставлено для сравнения по одному зубу гигантской миоценовой акулы. Расстояние между верхней и нижней челюстью равно 60 см. Ископаемые зубы имеют 18 см вышины, а самый крупный из современной челюсти — всего 6 см.

Мы сейчас же вернемся к этим древнейшим ископаемым, но прежде чем расстаться с вымершими рыбами, я хочу упомянуть еще об огромных ископаемых акулах третичного времени (из миоцена и плиоцена); о них мы знаем по их зубам, которые одни только и сохранились (см. выше, стр. 141); в этих слоях встречаются огромные зубы одной акулы, которые раза в три крупнее зубов самой большой современной акулы, как это видно на рис. 147. Очевидно, эта огромная ископаемая акула должна была иметь в длину около 30 метров, так как зубы ее ровно в три раза больше зубов весьма сходной с нею современной акулы, длина которой равняется 10 метрам.

Рис. 148. Аммонит из юрских слоев Англии.

Среди вымерших животных, наряду с позвоночными, т. е. рыбами, амфибиями, пресмыкающимися, птицами и млекопитающими, конечно, имеется также огромное количество более мелких животных. Встречаются породы, заключающие тысячи, даже миллионы раковин моллюсков — улиток, двустворчатой и других, — скопившихся на пространстве нескольких метров. Также многочисленны остатки маленьких креветок, и целые горы сложены из пород, образованных кораллами, т. е. известковыми скелетами крохотных полипов, похожих на наших актиний. Многие из этих ископаемых обладают очень странной формой, совсем не похожей на современных животных. Другие же замечательны тем, что хотя они и найдены в самых древних пластах земной коры, все же близко походят на ныне существующих животных.

Рис. 149. Разрезанная раковина наутилуса с животным в последней камере.

Рассмотрим несколько наиболее замечательных окаменелостей, принадлежащих этим низшим или простейшим классам (см. таблицу животных).

В юрских пластах и в мелу очень часто попадаются удивительные закрученные раковины, которые местные жители сравнивают обыкновенно с окаменелыми змеями или с закрученными рогами барана. Это — так называемые аммониты (рис. 148); имеется огромное количество различных их видов; некоторые достигают 5 метров в диаметре. Если такую раковину разрезать продольно, то внутри видно ее разделение на множество камер. Таким образом, они имеют то же строение, как и красивая раковина перламутрового наутилуса, или кораблика, который живет в настоящее время в Индийском и Тихом океанах. Камеры раковины наутилуса наполнены газом; раковина, таким образом, служит поплавком, само же животное помещается в последней из камер (рис. 149).