Чтение онлайн

— Мне нечем доказать свои слова, но я никогда не пользовался услугами стукачей и не намерен делать это впредь. А верить мне или нет – дело твое, Малфой

Как ни странно, юноша поверил, сам удивляясь своей наивности.

— Я только одного не понимаю… — смущенно сказал он. — Ладно, у меня в Министерстве знакомых нет, и вы смогли без труда меня развести. Но ведь сюда приходят работать родные и друзья здешних служащих. Они знают о вашей подставе и на нее не купятся. Вы настолько доверяете родным и друзьям своих коллег?

— Для таких людей у нас другие методы проверки разработаны.

— Какие же?

— А вот это секрет, Малфой. Много будешь знать – скоро состаришься! Но имей в виду: ни дружочку Перси, ни Жамбе ни отсюда, ни из бухгалтерии выдачи не было, нет и не будет!.. Кстати, — Штроссербергер взглянул на собеседника абсолютно трезвыми глазами и хмыкнул, — так или иначе, могу тебя поздравить: ты сдал экзамен на право работать на пятнадцатом этаже.

— Какая честь! – Драко почувствовал себя оскорбленным: он, высокородный Малфой, должен сдавать экзамен на право работать под нищебродом и рядом с ласковой обслугой!

— Именно честь, и экзамен этот выдерживали не все, так что можешь собой гордиться, Малфой! Я от тебя такого не ожидал… Кстати, у меня сегодня действительно день рождения, и сейчас я приглашаю тебя уже по–настоящему. Идем!

— Извини, я не могу, — Драко все же не мог одобрить подобную тактику борьбы с Жамбой да и сближаться с ласковой обслугой не хотел. – Устал я что-то…

— Ну ладно, — Эрик снова улыбнулся, — не хочешь – не надо! Но в следующем году непременно приходи!

— Вряд ли я смогу. К тому времени моя принудиловка уже закончится, и я уйду из Министерства… — после разговора с Перси младший Малфой твердо решил, что после отбытия срока заключения не останется здесь ни на минуту.

— И куда ты пойдешь?! – удивился Штроссербергер.

— Не знаю, я еще не решил. Но под Уизли я точно работать не буду!

— Интересно, чем тебе не угодил Арти? Нормальный мужик, по–моему. Здесь все подчиненные обращаются к начальникам «сэр», так что в вашем конфликте прав был Арти, а ты вел себя безобразно. Он еще долго тебя терпел, я бы столько не выдержал…

— А, по–моему, что Перси Уизли, что его отец – все едино.

— Я с тобой не согласен: Арти лучше Перси хотя бы потому, что не делает своих подчиненных стукачами. Но спорить с тобой я не буду… Так ты действительно не хочешь идти на мою вечеринку?

— Нет, Эрик, честно, не хочу. Мне бы выспаться хоть немного…

— Ну, приятного отдыха…

Штроссербергер направился к дверям своего кабинета, а Драко пошел к лифту. Никто из них не подозревал, что Эрик ошибся: главный экзамен на право работать в Министерстве и просто жить младшему Малфою предстояло сдавать несколько дней спустя. Этот экзамен навсегда разделил жизнь юноши на две части.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ для особо впечатлительных читателей:

это не конец фика, а середина!

Пара слов о саундтреке. Упоминаются две песни из мюзикла «Hair» («Волосы»):

«Aquarius» («Эра Водолея») И «Let the Sun Shine in» («Пусть Солнце светит всем»). При хорошем исполнении это очень красивые песни с большим положительным зарядом. (Больше в данном мюзикле хороших песен нет; кстати, и в экранизации, сделанной Милошем Форманом, самые яркие эпизоды тоже сняты на эти две песни, а остальное в принципе и смотреть не стоит.)

Музыка, упоминаемая чуть позже, это вступление к песне «Child in Time» группы «Deep Purple». Это одна из самых красивых песен, слышанных мной, но я долго не понимала, при чем здесь дети и время, и только нынешним летом сообразила, что они нужны только для маскировки истинного положения вещей. :)

Драко часто вспоминал следующие два дня после беседы с Эриком, пытаясь понять, испытывал ли какие-то предчувствия. Но, сколько юноша ни думал, ответ всегда был отрицательным. Никаких предчувствий наследник Малфоев не испытывал, а просто жил, не думая о будущем.

23 июня, отправляясь на работу, Драко тоже не предполагал, что этот день, — обычный теплый летний день, — навсегда изменит его жизнь. Впрочем, как только юноша вошел в свой кабинет и увидел лицо нищеброда, то сразу почувствовал неладное: Уизли выглядел каким-то зеленым и заметно растерянным.

— Что случилось, сэр? – младший Малфой ни разу не видел невозмутимого начальничка в таком состоянии.

— Прошлой ночью в разных концах Англии сработали три портативных Черных Дыры, — ответил Уизли ничего не выражающим голосом. – В первом случае исчезли три человека, во втором – пятеро, в третьем – шестеро… В каждой из пропавших семей были дети.

— А это… точно были портативки, сэр?

— Да, мистер Малфой. Я побывал во всех трех домах. Некробиотическое поле абсолютно типичное – можно в учебники включать, — нищеброд прошептал что-то неразборчивое. – Поскольку исчезли целые семьи, думаю, портативка активизировалась во время ужина, когда все домочадцы собрались за столом. Значит, судя по всему, Черная Дыра была спрятана либо в предмете посуды, либо в какой-то вещи, которую держат в столовой: в вазе, или картине, или, может быть, статуэтке. Если вы помните, в прошлый раз портативка находилась в игрушке, да еще и проявила себя задолго до активации. Эти Черные Дыры, к несчастью, оказались более качественными, и хозяева ничего не заподозрили до самого последнего момента…

— А почему…

Драко хотел спросить, почему начальничек не взял его с собой, но осекся: в отличие от нищеброда, он и в самом деле не нанимался работать на Министерство круглые сутки.

— Так что мы переходим на усиленный режим работы, — спокойно сказал Уизли. – Ясно, что портативки были, скорее всего, куплены исчезнувшими людьми у бродячих торговцев. Портативные Черные Дыры либо кем-то производятся, либо где-то хранятся. Мне кажется более вероятным второй вариант: если бы портативки умел создавать кто-то из ныне живущих магов, этой мерзостью была бы завалена вся страна. Раз их мало, — значит, их не делают, а откуда-то берут. Или, возможно, все дело в редком ингредиенте, который хранится лишь в каком-то труднодоступном и хорошо защищенном месте…

Но и первый вариант исключать тоже нельзя, поэтому мракоборцы сейчас не только шерстят всех разъездных коммивояжеров, но и проверяют небольшие мастерские. А мы займемся пустующими особняками покойных магов, занимавшихся наукой и подозревавшихся в сочувствии Волдеморту. По–моему, это очень перспективный путь: большой нежилой дом – самое подходящее место для хранения портативок или редких и опасных ингредиентов.

— По–моему, даже если портативки или ингредиенты изначально находились в каком-то пустующем особняке, их разумнее оттуда унести и спрятать в другом месте, более доступном для новых владельцев, — возразил юноша.

— Я абсолютно убежден, что урод, распространяющий портативки, наверняка и раньше был замешан в преступной деятельности и сталкивался с мракоборцами. В таком случае криминальные вещи ему лучше хранить в местах, которые не имеют к нему ни малейшего отношения, — то есть там, где этот гаденыш их нашел. Кроме того, и портативки, даже не активизированные, и ингредиенты для них – штука опасная, и лучше держать их подальше от своего дома…

Но это все теории, а нам работать надо. Мистер Малфой, мы сейчас отправляемся в особняк покойного Джонатана Уилкинсона. Это очень высокородный маг, большую часть жизни он прожил одиноко, занимался науками, поддерживал тесные контакты с торговцем Горбином и регулярно покупал у него разнообразные артефакты. Уилкинсон скончался пять месяцеы назад и все свое состояние оставил двоюродному племяннику, который за полгода до смерти дяди пропал без вести. Тело исчезнувшего не было найдено, поэтому старик не поверил в смерть единственного родича и не стал менять завещание. Так что сейчас особняк Уилкинсона пустует до истечения десяти лет с момента исчезновения наследника: только по прошествии этого срока пропавший без вести официально будет признан погибшим… Сами понимаете: людям, знающим, как войти внутрь, трудно найти для тайного склада место лучше, чем этот дом.